Сэвидж попробовал титул на слух. Маркиз Кинсейл. Звучит неплохо. Он купил лошадь, решив добраться до Блэкуотера, расположенного в соседнем графстве, верхом. Расстояние примерно в сорок миль.
Направляясь в глубь острова, Сэвидж заметил, что дальше от берега климат становился мягче. Здесь уже наступила весна, все межи усеяны цветами, по каменным оградам вились ранние дикие розы.
Сэвидж ехал тем же путем, что и влекомая пони повозка. Он тоже увидел на нависшей над рекой, заросшей лесом скале зубчатые стены и глядящие ввысь башни. Проехал под кельтской аркой, средневековой надвратной башней и въехал во двор.
Конюх поспешил принять поводья — могучая фигура и властная осанка приезжего не оставляли сомнений, что это новый маркиз собственной персоной. Войдя в парадный зал, Сэвидж почувствовал себя дома. Поспешившая навстречу миссис Кенни склонилась в книксене, но Сэвидж сразу помог ей подняться, сказав, что он сам осмотрит замок. Увиденное ему понравилось. Кинсейл стерся из памяти.
Сквозь освинцованные створчатые окна столовой он разглядел спящего в гамаке Тони и вышел в огороженный садик. Глядя на спящую фигуру, он заморгал глазами, дивясь странной игре света. На румяные щеки нежными полумесяцами опущены черные ресницы. На грудь легла изящная рука. Сэвидж нахмурился, недовольный женственным обликом юноши.
В этот миг Тони открыла глаза и тоже нахмурилась, недовольная тем, что Адам застал ее спящей. Спрыгнув с гамака, сунула одну руку в карман брюк и подобрала разбросанные листы.
— Добро пожаловать в Блэкуотер. Больше ничего не надо смотреть. Место совершенно идеальное. Первоначально здесь был монастырь, а замок построил король Иоанн. Подумать только… Король Иоанн! Посмотрите банкетный зал, — восторженно убеждала она.
Адам Сэвидж не сводил с Тони глаз, думая, что тот легко мог бы сойти за женщину. Загнутые ресницы, полные чувственные губы. Тони показывал путь в банкетный зал. Адам окинул взглядом высокую фигуру. Собранные сзади волосы сильно отросли. Довольно округлые ягодицы. Возможно ли, что Тони — женщина? Нет, сама эта мысль нелепа! Он тут же ее отбросил.
Оглядывая великолепный старинный зал, Сэвидж то и дело возвращался взглядом к Тони. Увидеть бы сквозь льняную батистовую рубашку. Возможно, это была игра воображения, но ему показалось, что он мельком увидел очертания женской груди.
— Взгляните сюда, — приглашала Тони.
Неожиданно для себя Сэвидж стал украдкой следить за Тони. Он смотрел, как его рука ласково поглаживала резную каминную доску. «Он трогает вещи по-женски», — думал Сэвидж, не в состоянии избавиться от закравшегося подозрения. Ему не терпелось снять с длинных темных волос кожаный ремешок, и он лихорадочно искал благовидный предлог.
— Тут мало света. Трудно прочитать, что здесь выгравировано. — Развязал ремешок, стягивавший собственные волосы, и подвязал одну из портьер. — Дай мне свой ремешок.
Тони заколебалась. Подняла руки к волосам, потом опустила, не желая, чтобы он видел распущенные по плечам волосы. Затем решительно сорвала ремешок и передала ему.
Сэвидж отчетливо увидел, как покраснел Тони, когда они коснулись пальцами. Со спадающими на плечи волосами парень был положительно красив. Если это парень! Мысленно возвращаясь к месяцам их знакомства, Сэвидж убеждал себя в нелепости своих подозрений.
— Здесь даже есть бильярдная. Пойдем посмотрим, — тянула дальше Тони.
Она в жизни не встречала мужчину, обладающего такой притягательной силой. По шее вились его черные волосы, и она вспоминала, как играла его жесткими кудрями. Романтическая атмосфера Блэкуотера нарушила ее душевное равновесие. Ей страстно хотелось, чтобы Адам заключил ее в свои объятия, впился в нее своими губами. Если бы у нее оставалось одно желание, оно бы свелось к тому, чтобы этот мужчина овладел ею здесь, в своем теперь родовом замке.
— Нет, хочу сначала спуститься к реке. Сэвидж решил, что должен либо подтвердить, либо развеять подозрение, что Тони — женщина, и для этого был один способ. Он должен заставить его раздеться. Не умолкая по пути, Тони пошла вместе с Адамом:
— В реке полно лосося. Если бы леску подлиннее, можно удить прямо из окна гостиной!
Когда они остановились на берегу, глядя на темно-зеленую воду, Сэвидж сказал:
— Я с дороги, в поту и пыли. Давай искупаемся. Тони отпрянула назад.
— Нет, давайте без меня. Хотя наверное, холодная.
— Не будь трусом, холодная вода никогда не вредила мужчине.
Сэвидж решительно шагнул к ней, и она слишком поздно разгадала его намерения. Ухватив Тони за руки, он потянул ее к воде.
Тони вырывалась изо всех сил, но сопротивляться такому богатырю, как Сэвидж, было бесполезно. Все в ней кричало, что Адам собирается ее раздеть. Она бешено сопротивлялась, когда он ухватил ее за рубашку. Потом почувствовала твердую ладонь на своей груди.
Сэвидж был ошеломлен. Его рука держала самое тугое полушарие, которые он когда-либо встречал. Прежде чем окончательно убедиться, ему нужно было увидеть своими глазами то, что сказали ему пальцы. Он стал стягивать с нее рубашку. Она, в свою очередь, стала вырывать ее, и ткань порвалась.
В руках Сэвиджа оказалась полуголая женщина. С растрепанными черными волосами, горящими зелеными глазами и готовым вцепиться в него ртом она была похожа на экзотическую дикую кошку из джунглей.
Сердце Тони бешено забилось, когда она осознала, что его острый глаз наконец раскрыл ее тайну. Ее груди были открыты его ледяному взгляду.
— Кто ты, черт возьми? — потребовал Сэвидж.
— Антония Лэмб. Кто же, черт возьми, еще? — ответила она, всхлипывая, и побежала в замок.
Глава 33
Антонию трясло, когда наконец она добралась до своей комнаты в башне. Гроза между ними назревала с того первого дня, когда Адам Сэвидж с нескрываемым презрением посмотрел на лорда Антони Лэмба. Они выдержали несколько шквалистых порывов, когда атмосфера опасно сгущалась из-за столкновения их характеров, но Антония понимала, что престоящий катаклизм будет посильнее грозы. Она видела его лицо. Его нельзя было назвать иначе, как диким. Даже в лучшие времена оно пугало, а когда он приходил в ярость, оно было ужасающим!
Антония скинула порванную рубашку и потянулась за платьем. Волосы в диком беспорядке спадали на плечи. Дверь с шумом распахнулась. В комнату шагнул Сэвидж, Она заметалась, прикрывая наготу своим зеленым платьем, потом отпрянула, увидев потемневшее от гнева лицо. Перед ней был дьявол во плоти. Ей казалось, что от него исходит адский жар и запах серы.
Сэвидж остановился и попытался обуздать свой гнев, начиная осознавать, что отныне он не волен врываться в ее спальню.
