— Ты с каждой минутой становишься загадочнее!
— Твою жену в молодости звали Магдаленой Гриффон?
— Да, мой друг. Но зачем ты меня спрашиваешь об этом?
— Ренарда говорит, что маркиза поправляется?
— Да, слава Богу!
— Ты знаешь, что Магдалена Гриффон одно время жила на Ночлежном острове?
— Нет, Милон, не знаю.
— Правда! Ведь ты некоторое время совсем ничего не знал о ней.
— Магдалена потихоньку ушла из квартиры, которую я ей нашел.
— Мальчик тоже тогда пропал?
— Да, но к чему ты об этом спрашиваешь?
— Он жил на улице Лаферронери?
— Да.
— У кого?
— У Ренарды.
— Так! Она именно там жила в то время.
— И вы с виконтом жили у нее.
— Да, я помню это дитя. Ты тогда нигде не мог найти его.
— Я искал по всему городу!
— Только на Ночлежный остров не заглянул.
— Это правда, Милон.
— А Магдалена находилась на этом острове.
— Откуда ты знаешь?
— Магдалена жила у Жозефины, которая приютила ее у себя.
— У твоей невесты?
— Да, друг мой. И маленький Нарцисс был там с Магдаленой.
— Дальше… дальше рассказывай, Милон!
— У бедняжки только и было, что ее дитя.
— Она очень любила своего ребенка и сейчас все печалится о нем. Я думаю, что она будет только тогда счастлива, когда к ней вернется ее дорогой Нарцисс.
— Да, друг мой! — сказал Милон, уже едва сдерживаясь. — На Ночлежном острове тогда был укротитель зверей.
— Откуда ты это знаешь?
— От Жозефины и от других. Этот укротитель украл у Магдалены ее дитя и увез с собой в Бове.
— В Бове? — вскричал маркиз, задыхаясь от волнения. — Дальше…
— Несчастная мать в отчаянии ушла с Ночлежного острова искать свое дитя. Она напала на след укротителя зверей и нашла его.
— В Бове?
— Да, когда гостиница, в которой тогда обитал укротитель с мальчиком, была вся в огне!
— Господи! Так Нарцисс, которого мы спасли в Бове…
— Ваш сын: твой и страдалицы Магдалены!
— Милон, скажи… Пожалей меня… Правда ли все это?
— Да, ведь ты сам видишь, что я рассказал тебе все подробности.
— Да, да. Вое это доказывает то, что ты не ошибаешься. Нарцисс — мой сын!
— В этом больше не может быть сомнения. Жозефина подтвердила это.
— Но где Нарцисс?
— Он вчера приехал в Париж.
— Ты видел его? Говорил с ним?
— Да, мой друг!
— Он знает?
— Ему неизвестно еще. Он сам старался разыскать укротителя зверей, который рассказал, где жила его мать. На Ночлежном острове Нарцисс услышал о Жозефине. Когда он пришел к ней, Жозефина назвала имя его матери, Магдалены Гриффон.
— О, Боже, какое счастье! Наше дитя нашлось.
Маркиз закрыл лицо руками, потом со слезами на глазах взял приятеля за руку.
— Где Нарцисс? Я хочу его видеть!
— Постой, друг мой, твоей жене еще ничего нельзя знать об этом.
— Но я могу видеть своего сына, обнять его, сказать ему, что он, наконец, нашел отца!
— Разумеется!
— Где он?
— Внизу, у подъезда. Маркиз хотел идти.
— Подожди! — поспешно удержал его Милон, — я позову его сюда. Не делай шума. Магдалена может услышать, а ее надо прежде подготовить к этому.
— Спасибо тебе за такое внимание! — сказал Эжен де Монфор, — неожиданная радость, действительно, может нанести ей вред.
Милон вышел и скоро вернулся, ведя за руку Нарцисса.
— Вот твой отец! — сказал Милон, чувствуя, что он расплачется. Нарцисс кинулся в объятия к маркизу.
Давно не плакал Милон от радости.
— Нарцисс… дитя мое… я лишился тебя, мой дорогой сын, и вот, наконец, вновь нахожу тебя! — вскричал маркиз и долго молча прижимал его к изболевшемуся сердцу.
Нарцисс громко плакал от радости. И у маркиза горячие слезы текли по щекам на уже поседевшую бороду.
— Надо позвать старую Ренарду порадоваться вместе с вами, — заметил Милон.
— Да, да! Я сейчас позову ее, — сказал маркиз и позвонил. — Богу угодно было, чтобы я нашел тебя, дитя мое. Ему и моему дорогому Милону я обязан этим счастливым днем.
Дверь отворилась, и Ренарда с любопытством заглянула в комнату.
— Господин маркиз, вы звали меня? — спросила она.
— Да, да, Ренарда. Посмотрите на моего сына. Ведь это Нарцисс, которого вы нянчили когда-то!
— Ах, святая Геновефа! — воскликнула изумленная старуха, всплеснув руками.
— Я его, наконец, нашел!
— Ах, Господи! Маленький Нарцисс… Какой большой стал!
— Да, уже на руки больше не возьмете — сказал Милон.
— Какое счастье! — вскричала Ренарда, опомнившись от первого волнения, — ах, если бы знала госпожа маркиза!
— Матушка… Где моя милая матушка? — с нежностью спросил у маркиза Нарцисс.
— Она больна, дитя мое. Нам нельзя ее тревожить. Тебе сейчас нельзя видеться с ней, но надеюсь, что она скоро поправится.
— Лучше посоветоваться с доктором Вильмайзантом, — сказал Милон.
— Да, — согласился маркиз, — он скажет, когда можно сообщить Магдалене такую радость.
Милон отправился к доктору, чтобы поговорить с ним о случившемся. Он застал Вильмайзанта и рассказал ему обо всем. Доктор был удивлен неожиданной перемене в семье маркиза.
— Маркизе нельзя сейчас показывать сына, — сказал он. — Она еще очень слаба.
— Мы потому и не показываем ей Нарцисса, — ответил Милон.
— Вы говорите, что маркиза потеряла сына во время пожара?
— У нее украли его, но когда она, наконец, нашла мальчика, то дом, в котором он жил, сгорел.
— А! Так теперь я понимаю, почему маркиза так любила огонь и постоянно старалась зажечь что-нибудь.
— Ах, милый доктор, помогите вылечить маркизу.
— Я ее вылечу и именно огнем.
— Огнем?
— Вот увидите, полковник. Я сам все устрою. Сейчас же поеду и поговорю с маркизом, а на днях, вечером, состоится свидание матери с сыном.
— Давайте вместе отправимся в замок.
— Я согласен.
Милон и доктор поехали к маркизу, которого застали сидевшего с Нарциссом.
Доктор зашел к Магдалене, чтобы узнать о ее состоянии.
— Завтра маркиза может погулять в парке, — сказал он Ренарде.
Вернувшись вниз, где находился маркиз, он пошел с ним в парк, подошел к сараю, который стоял там, и объяснил свой замысел маркизу.
Маркиз сразу же поехал к префекту, чтобы переговорить с ним о задуманном плане, и получил от него согласие. Префект велел отправиться нескольким пожарным в парк, и по условному знаку они должны были потушить огонь.
На другой день, вечером, Вильмайзант в назначенный час явился в замок, где застал Милона и виконта.
Д'Альби тоже сообщили радостную весть о событии в семье маркиза.
Маркиз пошел со своими друзьями в парк. Они стали возле старых деревьев, откуда хорошо был виден сарай. Нарцисс, по распоряжению доктора, должен был стоять позади сарая.
