облепили круг, как муравьи брошенную конфету. Они стояли вплотную к линии в паре шагов от парня. Низкие, худые, сутулые. Они водили руками по невидимой стене. Видимо, искали брешь.
Саша взял лопатку и фонарик. Подсветил вокруг себя, проверяя, нет ли где слабого места.
Нет. Все надежно. Линия не прерывается. Теперь парень даже радовался, что в поисках клада успел перерыть все вокруг, сняв с земли дерн. На свежей земле круг был хорошо различим.
Вдалеке, за деревьями, снова раздался какой-то шум. В первое мгновение Саша не придал ему значения. Слишком многого он наслушался и насмотрелся за эту ночь. Но затем шум повторился. Треск веток. А за ним человеческие голоса.
Сначала он обрадовался.
Спустя секунду опомнился. Запаниковал.
Он спешно выключил фонарик. Собрал все вещи в рюкзак. Положил руку на лямки, сел на корточки и затаился, готовый в любой момент сорваться с места.
Голоса послышались ближе. Мужские. Низкие.
Кажется, говорили двое. Старались делать это тихо, но Саша все равно различил обрывки фраз.
– …должен быть… девчонка сказала, он двигает сюда…
– …обманула?
– …своя… убери пока… ближе подойдем.
Саша решил посмотреть в тепловизор, но быстро понял, что это бесполезно. Все загораживали силуэты невидимых бесов – сплошная белая стена.
Парень почти не дышал. Вглядывался в темноту – туда, откуда доносились голоса. Они приближались.
В этих голосах не было ничего мистического. Поэтому они и пугали Сашу до смерти. Неужели магазин его заложил?
«Твою мать… Твою мать. Зачем ты сказал ей, что в пути за кладом? Кто тебя за язык тянул?»
В полумраке парень увидел собаку. Овчарку. Она бежала прямо на него.
Все.
Вот теперь точно все.
Это менты.
Саша схватил рюкзак и уже был готов рвать когти, но вдруг рядом раздался голос:
– Стой!
Он обернулся. Почувствовал, как немеют ноги.
Это был голос младшего брата.
В расщелине между двумя камнями над кустом папоротника сиял зеленый огонек.
– Не выходи, – сказал огонек голосом Вани. – Когда я скажу, хватай цветок и беги.
Речь огонька звучала будто из старого радиоприемника. Приглушенно, с помехами, сквозь какой-то звенящий писк. И все-таки это был голос брата. Саша знал это. Просто знал. Он поднял голову. Посмотрел в глаза бегущей на него овчарке. Она была в паре шагов. Обнажив клыки, собака прыгнула на Сашу. И рассыпалась пеплом, едва коснулась невидимой преграды над линией круга.
Еще один морок.
Из леса показались двое мужчин. В джинсах, туфлях, кожаных куртках.
«Слишком карикатурно, – подумал парень. – Могли постараться и лучше».
Мужчины подошли к кругу. Молча встали у линии в метре от Саши и уставились на него, как восковые куклы. В их глазах не было радужек. Только белые склеры.
Он уже понимал: ничему нельзя верить. Все вокруг – обман. Просто галлюцинации. Тайга смеется над ним. Водит за нос. Хочет, чтобы он вышел из круга.
– Будь готов, – сказал голос.
Ему Саша верил. Только ему. Душой чувствовал, что огонек не желает зла. Может, потому, что в глубине души знал, что это и правда брат. Сегодня ведь сорок дней.
– Ваня… Это ты?
Огонек задрожал в воздухе. Отлетел чуть в сторону, засветил ярче. В зеленом сиянии Саша рассмотрел силуэты бесов, которых видел в тепловизор. Они были словно мыльные пузыри. Прозрачные фигуры людей с едва-едва различимыми контурами. Еще Саша заметил, что два «мента», стоящие у круга, просвечивают насквозь. Когда огонек залетел им за спины, он увидел это ясно. Они были будто голограммы.
– На счет «три». Раз.
Саша встал.
– Два.
Саша прикусил губу. Напряг ноги.
– Три! Хватай!
Огонек вспыхнул зеленым лучом. Бесы завизжали, рассыпались по сторонам. Двое «ментов» схватились за лица, упали в траву и захныкали, как дети.
В ту же секунду папоротник, что рос в расщелине, вдруг ожил. Поднял листья, распустился, и прямо над ним, словно вспыхнувший фальшфейер, загорелся ослепительный красный цветок, похожий на маленькое закатное солнце.
Парень дернулся с места. Подбежал. Сорвал цветок – в касание. И тут же забежал обратно в круг.
– Нет! – крикнул голос. – Беги отсюда! Беги!
Саша не стал спорить. Схватил рюкзак левой рукой. В правой сжал цветок, который обжигал ладонь. Тут же неизвестно откуда возник черный пакет, перемотанный скотчем. Он будто сам прыгнул на Сашу из-под земли. Зажав пакет под мышкой, парень побежал. Сначала неловко, спотыкаясь. Потом закинул рюкзак за спину, перехватил пакет освободившейся рукой и помчался что есть мочи, не глядя под ноги. Он побежал быстрее, чем бежал прежде, когда, испугавшись следов в тепловизоре, летел по тайге, не разбирая дороги. Саша бежал, как от смерти. Словно и не было позади десятка пройденных километров. Словно и не он задыхался час назад, стоя у дерева.
Позади кричали. Хохотали. Рычали. Над головой мелькали чьи-то крылья. Со всех сторон из темноты смотрели свиные морды. Ветки цепляли косматыми лапами. Лаяла собака. Визжали и смеялись дети.
Саша бежал. Бежал не останавливаясь.
Он не знал, сколько продолжалась эта безумная гонка. Может, пару минут. Полчаса? Час?
Цветок жег руку и придавал Саше сил. Парню казалось, что в него вдохнули жизнь. Будто наполнили изнутри жаром. Ноги двигались сами и уже не заплетались, а вели, словно знали здесь каждый корень, каждый камешек и каждую кочку. Тайга вокруг преобразилась, и даже сквозь темноту Саша увидел, что все вокруг дышит, растет, перетекает. Все вокруг было живым.
Парень и сам не понял, в какой момент голоса за спиной стихли. Последнее, что он слышал, – это дикий хохот, донесшийся слева. Оттуда, где остались Перья. Саша не понимал, откуда он знает, что скала находится именно там. Это было само собой разумеющимся. Саша просто знал. Там – Перья. Там – Дед. Там – Второй столб. А вон там – Слоник.
Парень будто обернулся диким зверем, знающим каждую травинку в этом лесу. Он, словно в тепловизор, видел вокруг тысячи белых огоньков – видел птиц, мышей, зайцев, лис. Словно звезды опустились с темно-фиолетового неба на землю и наполнили жизнью тайгу.
Когда стало ясно, что погоня закончилась, Саша снизил темп. Затем и вовсе перешел на шаг. Он наконец раскрыл ладонь, в которой все это время сжимал цветок.
Только никакого цветка Саша не увидел. В его ладони лежал деревянный крестик. Тот самый. С которым похоронили брата. С надписью «ИВАН» на обратной стороне.
Саша остановился. Глубоко выдохнул.
А затем упал на землю и, сжимая в руке крестик, бесшумно расплакался.
* * *
Santa: маячок.
ТЕМNOTA: Слава богу)
ТЕМNOTA: Я уж думала, что-то случилось)
ТЕМNOTA: Что
