смотрит! О, это было та-а-ак романтично! И от него молнии еще в сторону бах-бах! От него так и искрило, так и искрило, в прямом смысле того слова!..
Я улыбнулась. Было приятно это слушать, не скрою.
Со своей стороны я поведала подруге о том, что на самом деле произошло, потому что толки по академии ходили разные, все студенты уже знали, что на меня было совершено покушение, а вот как именно – об этом информация еще до адептов не дошла. И пока что плодились разные слухи, вплоть до того, что кто-то считал, что на меня было совершено вооружённое нападение, и я истекала кровью всю ночь. Вот выдумщики, а!
Оливия чем дольше меня слушала, тем больше хмурилась.
– Чейн совсем чокнутый, – недовольно покачала она головой. – Он страх потерял, что ли? Он же на себе этим крест поставил!
– Да папаша наверняка его отмажет, как обычно, – вздохнула я.
Оливия покачала головой.
– Нет-нет, Лина, покушение на рейну – это слишком серьезно. От таких вещей не отмазывают. Казни он избежит, конечно, но дорога на все нормальные посты в Искандере ему теперь будет закрыта, и про теплое место своего папочки Алекс может забыть. И дело наверняка дойдет до суда.
Мысль об этом чрезвычайно радовала мою душеньку. Поделом, я считаю.
За болтовней не заметила, как всё проглотила, а после обеда решила последовать совету Бестиана и целительницы и отправиться на тренировку, так что потопала в сторону полигона. Мы с Оливией вместе вышли из замка, так как она направлялась на занятия в оранжерею, и нам частично было по пути.
Но на выходе из академии мы застали эпичную картину.
У ворот территории академии стоял Алекс Чейн и разговаривал со своей матерью – Алисией Чейн, ректором академии, эффектной темноволосой женщиной лет сорока, одетой в черную ректорскую мантию с серебристой каймой.
Ну как – разговаривал… Мы находились от ворот на расстоянии нескольких десятков метров, но Алекс орал так, что мы прекрасно слышали каждое его слово.
– Что значит – отстранен от занятий?! – орал Чейн на всю округу.
Миссис Чейн что-то негромко ответила, разведя руками, на что Алекс заорал пуще прежнего:
– Да в смысле – ты не можешь ничего с этим сделать?! Кто в академии ректор – ты или он?!
Ответ миссис Чейн снова не было слышно, так как она отвечала хоть и повышенным тоном, но все же не орала во всю мощь своих легких.
Чейн зло сплюнул на землю.
– Я буду жаловаться на него министру магии! Я натравлю на него проверки и сделаю всё, чтобы облить его имя дерьмом! Я всех поставлю на место! И она еще пожалеет о том, что родилась на этом свете!
Он что-то швырнул прямо об ворота территории академии. Судя по последовавшему звуку разбитого стекла, это была бутылка. И вряд ли с обычной водой, судя по разливающемуся винному пятну. По ходу, Алекс был пьян.
Я недоуменно проводила взглядом Чейна, который разъяренным быком помчался прочь от академии. Когда он повернулся, стало лучше видно, что у него голова перемотана, и на одном глазу повязка, пропитанная кровью.
– Красиво он разукрашен, – пробормотала я.
– Так твой благоверный постарался, – хмыкнула Оливия.
Я потрясенно уставилась на подругу.
– Да ладно? – спросила недоверчиво.
– Ага, профессор Брандт когда с Чейном столкнулся в коридоре, то его дружок просто сразу притих и сдался, отползая в сторону и понимая, что попал, а вот Чейн попытался оказать сопротивление. Ну и… Получил, в общем. Визжал на весь коридор, нашел с кем тягаться, идиот.
Я аж ладошку ко рту прижала.
– Ох-х-х, так ведь у Бестиана же теперь проблемы будут, и всё из-за меня…
– Э, нет. Произошедшее с тобой приравнивается к покушению на жизнь рейны, рейнар имеет право и не так разукрасить личико, если честно… Но профессор Брандт – интеллигент, он предпочитает разбираться с недругами в рамках закона, ну, по возможности. Но заехать в глаз Чейну не удержался, и тут никто не может его винить. На месте Чейна я бы сказала спасибо за то, что вообще глаз оставил, – Оливия рассмеялась, довольная своей шуткой.
Миссис Чейн что-то кричала сыну в след, но Алекс не только не отозвался, а еще и показал ей средний палец через плечо, даже не глянув на мать. Кхм… Нормальные у них такие отношения…
На секунду представила, что было бы со мной, позволь я себе такой жест в сторону отца. Была бы размазана по земле за секунду, наверное.
Впрочем, я и со своей мамой никогда бы не позволила так себя вести, мама меня не так воспитала, как эту мажорную мразь. Но с мамой – это уже из уважения, а не из страха.
– Что происходит? – спросила я у Оливии. – Что-то Чейн совсем разошелся, раньше он такого безобразного отношения к матери на публике не позволял себе…
– Алекса Чейна отстранили от занятий, и я думаю, что его выпрут из академии, – пожала плечами Оливия. – Неудивительно , что он в бешенстве.
– А кто отстранил-то? Явно не миссис Чейн.
– Так профессор Бестиан Брандт же.
Мои брови взлетели вверх.
– У него разве есть на то какие-то полномочия?
– Полномочий нет. Зато, походу, у него серьёзные связи в Министерстве магии и Инквизиции Генерального Штаба, – восхищённо произнесла Оливия. – Потому что сегодня утром, сразу после того, как тебя определили в лечебницу, в академию пришла целая делегация очень пафосных людей в форменных мантиях Инквизиции и Министерства магии. Они направились сразу к ректору академии, и, судя по посеревшему лицу миссис Чейн, у нее теперь большие проблемы. Бестиан, походу, не только доложил о покушении на тебя, но и натравил серьезную проверку на академию. Другие преподаватели тоже ходят как в воду опущенные, так что я ожидаю дальнейшей частичной смены преподавательского состава.
– А ты откуда столько подробностей знаешь? – подозрительно сощурилась я.
– Ой, этот инквизитор Ра́йланд из проверочной делегации – такой душечка! – с мечтательной улыбкой произнесла Оливия.
– Поня-я-ятно всё с тобой, – усмехнулась я.
Оливия на мою усмешку не обратила никакого внимания и продолжила накручивать прядь волос на палец.
– Как думаешь, мне подойдёт его фамилия? Рэ́йлес. Миссис Оливия Рэйлес, – протянула она с чувством. – Как тебе?
– А какая разница, если завтра ты уже будешь фамилию другого парня на себя примерять?
– Нет, ну а вдруг с Райландом у нас всё будет серьезно?
Я вздохнула.
– Фамилия Дэниса тебе больше к лицу.
– Думаешь? – с сомнением произнесла Оливия.
– Агась.
– Не, ну тогда с Райландом придется порвать, – грустно вздохнула Оливия. – Мы,
