отпрянула назад, вглядываясь в ее лицо, чтобы убедиться, что она реальна.
Алекс… Я улыбалась от уха до уха. "О, мой Бог."
"Шшш", — шипела она, глядя на дверь. "Я знаю. Знаю. Но не начинай праздновать. Никто из нас еще не спасен".
Она соскочила с кровати и поспешила к двери, прислушиваясь к чему-то, а затем, развернувшись, побежала в ванную.
Я смотрела ей вслед, пока она наполняла стакан водой и пила ее. Откуда, черт возьми, она взялась?
Неужели…? Как…?
И тут я увидела портрет на стене. Массивная картина в рамке, изображающая маленькую девочку и ее корги, резвящихся в каком-то саду, висела открытой, как дверь.
Тайный ход.
Я улыбнулась про себя. Похоже, отвертка мне все-таки не понадобилась.
Выйдя обратно, она стянула с головы шапку и улыбнулась мне своими полными губами и белыми зубами. Она подстригла волосы. А-образный боб длиной до плеч закрывал ее длинную шею, пряди свисали ей на лицо и на ее красивые глаза, зеленые на тон темнее, чем у Уилла.
"Как ты здесь?" спросила я, рассматривая ее узкие джинсы, которые были намного практичнее, чем брюки, в которых я приехала, и ее приталенную коричневую кожаную куртку, которая подходила к ее коричневым кожаным сапогам на резиновой подошве.
Она была одета для бега. Грязь натерла ей челюсть, она стянула перчатки, под ногтями осталась черная грязь.
И тут я вспомнила, что она сказала минуту назад, и выпрямила позвоночник. Она наблюдала за нами в гостиной прошлой ночью?
Она была здесь, пряталась. По крайней мере, в течение дня.
Я вскочила с кровати. "Это ты меня сюда затащила?"
Я свела брови, гнев внезапно сменился облегчением, которое я только что почувствовала.
Но ее глаза метнулись к моим. "Нет", — сказала она, нахмурив брови. "Боже, нет. Я обещаю. Я понятия не имею, почему ты здесь".
"Тогда почему ты здесь?" потребовала я, затягивая полотенце вокруг себя. "Как… откуда ты взялась? Откуда ты знаешь о секретных проходах? Где мы находимся?"
У меня было слишком много вопросов, и путаница, возникшая после моего прибытия, снова начала набирать обороты. Ни у кого не было ответов.
Она открыла картину шире и наклонилась, доставая черную сумку. Подойдя, она достала одежду и протянула ее мне, сохраняя молчание.
Я посмотрела вниз на джинсы и черную футболку с длинными рукавами и…
Да. Трусики и лифчик.
Она собирала вещи для этого. Она знала, что придет сюда, в отличие от меня.
Я сглотнула, уставившись на нее. "Алекс?"
Почему она молчала?
Она перемешивала вещи в своей сумке, отказываясь смотреть на меня.
"Алекс."
Наконец, она сказала низким голосом: "Мы на острове. В Северной Америке".
"Канада?"
Она колебалась.
"Где в Северной Америке?" Я надавила. "Восточное побережье, западное побережье, Новая Англия…?"
Но она просто покрутилась на месте, отнесла свой стаканчик в ванную и наполнила его.
Остров…
Он был необитаем? Он был рядом с материком? Черт. Там были миллионы островов.
"Алекс?" рявкнула я.
Черт побери.
Но она шепотом прикрикнула на меня. "Эмми, заткнись".
Я снова посмотрела на дверь, вспомнив, что по ту сторону у нас полный дом мужчин, которые не знают, что она здесь.
И хотя я была рада, что она здесь, она не успокаивала меня.
Я не знаю, почему ты здесь, сказала она. Значит, она знала, почему она здесь?
"Как давно ты здесь?" потребовала я.
Как долго она пряталась в стенах? Я слышала эти звуки в ночь моего приезда. Не могла же она прятаться так долго?
Но даже когда эта мысль пришла мне в голову, я увидела, как меняются ее глаза, когда она наполняет свою бутылку, и ярость закипела во мне.
"Я прибыла на корабль, как и ты", — сказала она низким голосом.
Я подошла, схватила ее бутылку с водой и швырнула ее. Я схватила ее за воротник и оттолкнула, рыча. Она попятилась назад, споткнулась об унитаз и упала на пол, приземлившись на задницу. Она разбила падение руками, и ее глаза поднялись на меня.
"Что, черт возьми, с тобой происходит?" прохрипела я так тихо, как только могла. "Ты хоть представляешь, что могло со мной случиться?"
Все это время. Она наблюдала за всеми нами. Что, черт возьми, происходило?
Она тяжело дышала, но не моргала. Она знала, что облажалась.
"Ты пряталась в стенах", — отметила я. "Неужели тебе не пришло в голову в какой-то момент схватить и меня?"
"Конечно, пришло", — сказала она, снова поднимаясь на ноги и беря свою бутылку. "Просто все усложнилось".
Я сократила расстояние между нами и пятнадцать раз легонько шлепнула ее в грудь. Черт бы ее побрал.
"Ты бьешь меня по сиськам?" Она отбивалась от моих рук. "Серьезно".
Я не знала, что происходит, и хотя я была благодарна за то, что не осталась одна, как я думала, я не сомневалась, что у нее есть ответы, которые мне нужны, но она отказывается их давать.
Это было дерьмово.
Она перевела дыхание, а я стояла, ничуть не боясь, что она решит ударить меня в ответ.
Но она не ударила. Она просто приподняла бровь, сказав: "Оставь это для толстосумов. Я тебе нужна".
Я стояла там, готовая ударить ее снова, но она была права. У меня было гораздо больше шансов выбраться отсюда с ней.
Она наполнила бутылку с водой, которую я пролила, когда бросала ее, и я вернулась в спальню, надевая трусики и лифчик, которые она мне дала. Я не стала надевать одежду, потому что если я снова встречусь с парнями, они будут удивляться, где я ее взяла.
Я натянула оксфорд Айдина и завязала свои мокрые волосы в хвост резинкой, которую взяла из спаржи в холодильнике.
"Слушай…" Алекс вошла в комнату, сунула бутылку в сумку и
