– Я не думал, что вы можете выглядеть лучше, чем днем, в той шляпке с вуалью, но это, оказывается, возможно. Вам так к лицу розовый цвет.
– Даже при моих морковных волосах?
– Благодаря вашим морковным волосам, – твердо сказал он, и Сил поняла, что он ей действительно нравится.
Они танцевали все танцы, потом вместе пошли к столу, и она понимала, что все это заметили и обсуждали, но ей было все равно. Она прекрасно проводила время. Однако, всегда опасаясь скандала, не позволила ему проводить себя до дому.
Его внимательные карие глаза, его смех были последним, о чем она думала, засыпая в тот вечер, и первым, когда утром открыла глаза. Она подумала о Финне, и вся ее боль вдруг отступила. Она говорила себе, что Джек Оллердайс был симпатичным, привлекательным мужчиной, начитанным, культурным, происходил из хорошей семьи, и вдруг рассмеялась привычному возмущению, когда подумала, что это в точности такой человек, за которого отец согласился бы ее выдать. Но когда к завтраку подоспел его первый букет цветов, она вскочила с кровати, упаковала чемоданы и, охваченная паникой, сбежала в Арднаварнху.
Джек позвонил ей в тот же вечер.
– Почему вы сбежали? – спросил он таким огорченным и смущенным голосом, что она тут же начала таять.
– Дело не в вас, – отвечала она. – Дело во мне. Я не знаю… не могу объяснить. Может быть, потому, что вы слишком привлекательны.
– Не обращайте это против меня, – смеясь, проговорил он. – Что бы там ни было, я далеко не так привлекателен, как вы. Я ведь всего лишь второй сын в семье, без права на наследование, да к тому же моя военная карьера…
– Слава Богу.
Сил становилась все мягче и, в конце концов, пригласила его на тот же уик-энд в Арднаварнху.
Джек приехал нагруженный цветами, шампанским, шоколадом и книгами, как какой-то летний Дед Мороз. Его внимание снова зажгло давно потухшие искры в ее глазах и новый свет в ее сердце. Он был так не похож на Финна, что Сил быстро перестала мысленно их сравнивать.
Роман был коротким, и Сил через несколько месяцев вышла замуж за Джека, ограничившись скромной церемонией в Дублине. Одним из условий, поставленных когда-то ее отцом, было то, чтобы ее муж согласился принять фамилию Молино. Таким образом, Джек стал Джоном Говардом Оллердайсом Молино. Он увез ее в долгое свадебное путешествие по Франции, а когда они вернулись, в доме на Фицуильям-сквер был устроен огромный прием для всех их друзей. Друзья довольно улыбались, видя, что они очень подходят друг другу. «Прекрасная пара», – говорили они.
Они обосновались в Арднаварнхе, но Джек был военным, и Сил с удовольствием ездила с ним всюду, куда он получал назначения, – в Индию, на остров Борнео, в Гонконг… Она быстро осваивалась в любом новом обществе в новых местах, заводила друзей и радовалась жизни. Она говорила Джеку, что была бы одинаково счастлива с ним и в джунглях, и в пустыне, и в любом другом месте между этими крайностями.
Сил играючи договаривалась со слугами, говорившими только на хинди или урду, на кантонском диалекте китайского или на малайском языке. Она прихлопывала москитов размером со стрекозу, смахивала тараканов величиной с мышь, стреляла крыс, крупных, как зайцы, и кричала от ужаса, наткнувшись на паука с ладонь собственной руки. И молила Бога о том, чтобы не встретиться лицом к лицу со змеей, потому что единственное, с чем она не смогла бы справиться, были змеи.
– Я просто разорвалась бы на куски, – говорила она Джеку, и он купил ей пару мангустов, которые прониклись такой преданностью к Сил, что не отходили от нее ни па шаг, и их приходилось силой не пускать в ее постель ночью.
– Вы видите, как все вас любят, – смеясь, говорил Джек, пока она выпроваживала своих мангустов на отведенную для них веранду.
Единственной бедой было то, что шли годы, а у них все не было детей.
– Может быть, это из-за жары, – заметил Джек, понимая, что это тревожит Сил. И он, возможно, был прав, потому что едва они снова оказались в Англии, где Джека назначили на службу в военном министерстве, как Сил забеременела.
Они были женаты уже восемь лет когда родилась Моди.
– Еще одна пламенная рыжая головка! – с улыбкой заметил Джек в восторге от того, что это маленькое существо добавило радости в его доме. Глядя на свою маленькую дочку, Сил с тоской думала о Лилли. Она вспоминала, как преданно следовала всюду за старшей сестрой, и отчаянно хотела, чтобы была сестра и у Моди, но как они ни старались, этого было, как видно, не суждено.
Сил увезла Моди на летние месяцы в Арднаварнху, и Джек приезжал к ним при малейшей возможности, но когда на свою родину вернулся Финн, Сил была одна.
Она заметила, что служанки возбужденно перешептывались, склонив друг к другу головы, и подумала, не случилась ли какая-нибудь неприятность, поэтому потребовала объяснения.
– Это Финн О'Киффи, сын Пэдрейга О'Киффи, – добавили они, словно это имя не было навсегда запечатлено в уме каждого из Молино. – Он приехал повидать свою родину. И говорят, с миллионом долларов в кармане. Да и выглядит не меньше чем на миллион.
Сердце у Сил упало до самых пяток. Она выкинула Финна из головы и из своей жизни, и все было так хорошо, пока она его не видела. И вот теперь он здесь… Сил говорила себе, что, как бы там ни было, он никогда не осмелится показаться ей на глаза. Но Сил ошибалась.
Взбудораженные служанки впустили его в дом, и к нему тут же с лаем бросились далматские доги, размахивая хвостами так, будто он был их старым другом. Медленно спускаясь к нему по широкой парадной лестнице, Сил думала о том, что если бы собаки были наделены человеческим умом, они отгрызли бы ему голову.
Она прошла мимо Финна в небольшую комнату рядом с вестибюлем. Он последовал за нею. Сил села на небольшой жесткий стул с прямой спинкой, не доверяя своим подкашивавшимся коленям. Ему она сесть не предложила. Финн заложил руки за спину, и они пристально посмотрели друг на друга. Он выглядел совсем как прежде – красивый, хорошо одетый и богатый. Правда, постарел. Теперь его нос был как-то странно деформирован, словно был разбит, и на лице у него появились новые морщины.
– Мне сказали, что вы в деревне и сорите деньгами, – холодно сказала Сил.
Финн пожал плечами.
– Я хотел что-нибудь сделать для своих старых друзей. Разве в этом есть что-то плохое?
– Почему вы здесь? Кто дал вам право явиться в мой дом? – раздраженно спросила Сил.
– Поверите ли вы мне, если я скажу, что пришел просить прощения?
– Я не хочу об этом слышать. Я теперь замужняя женщина.
– Мне говорили. Я рад, что вы счастливы, Сил. Но есть и другая причина тому, что я пришел поговорить с вами. Я хочу купить Арднаварнху.
