но передумал. Может, это она.
Достаю телефон — на экране имя Кайла. Нахмурился.
— Кайл, — сухо признал, поднося трубку к уху. — Чего надо?
— Хоуп с тобой? — сразу спросил он.
— Нет, — солгал, скорее для неё, чем для себя. Мне плевать, что обо мне подумают, но ей бы этого не хотелось. — Не видел её.
В трубке посыпался поток ругательств.
— Почему спрашиваешь? — спокойно уточнил я. — Что случилось?
— Он на свободе, — Кайл выдавил, голос сорванный.
Брови взлетели вверх.
— Твой отец?
— Если можно так его назвать, — прошипел Кайл. — Ублюдка выпустили с утра.
Ну и дерьмо…
Мне заранее рассказывали, что за мразь этот Дэвид Хендерсон, когда попросили присмотреть за мальчиками в прошлом месяце.
— Что тебе нужно? — спросил без колебаний.
Кайл гордый. Этот звонок дался ему нелегко. Ему что-то было нужно, и я не собирался заставлять его унижаться. Даже если отбросить то, что я влюблён в его дочь, я уважал его. Он брат Ноа. Ноа — моя семья, а моя преданность распространяется на всех его родных.
— У меня есть домик в Вейле. Увожу Ли туда, пока не разберусь с этим дерьмом, — объявил он. — Кэш и Кейси тоже. — Пауза, затем тяжёлый вздох. — Возможно, я паникую, и он даже не вспомнит про нас. Но я не могу рисковать. Особенно с ней.
Я понял.
На все сто.
— Чем помочь?
— Мои дети, Лак, — хрипло сказал он. — Они должны быть в безопасности. — Снова пауза, прерывистое дыхание. — Не то, чтобы я не волнуюсь за тройняшек, они бывалые, справятся. Но Хоуп… Она не такая, как я или её братья. Она… беззащитная…
— С ней ничего не случится, — оборвал я.
— Знаю, — после долгой паузы ответил он. — Поэтому и прошу.
***
Хоуп
Я ехала без цели часами, пытаясь осмыслить произошедшее и безуспешно сдерживаясь, чтобы не разрыдаться.
Слёзы текли по щекам, и я сдалась, рыдала громко и некрасиво.
На светофоре водители рядом наверняка считали меня психопаткой, но мне было всё равно.
«— Я люблю тебя сильнее…
— Думаешь, мне легко? Я уже проходил через это, Хоуп, и проиграл. Ты думаешь, мне легко снова подставить себя?
— Я здесь, потому что ты того стоишь. Я воюю в безнадёжной битве, потому что безумно влюблён в тебя. Ничто больше не важно. Только ты.»
Телефон не умолкал, но я не решалась ответить.
Даже когда на экране появилось имя отца, я сбросила вызов.
Сейчас я не могла ни с кем говорить.
Сердце будто раскололось, отравляя остальные органы.
Я чувствовала себя разбитой.
Когда я поздно вечером зашла в дом Джордана, всё ещё была в смятении. Швырнув сумку на ступеньки, я побрела в гостиную, где Джордан и Аннабель сидели за столом, поедая пиццу.
Оцепенев, я застыла в дверях.
— Привет, Хоуп, — радостно поздоровалась Аннабель. — Ты голодна?
Я молча покачала головой.
Джордан нахмурился.
— Ты в порядке?
Снова покачала головой.
Я не в порядке.
Вряд ли когда-нибудь буду.
Он подошёл ко мне.
— Что случилось? — В его зелёных глазах читалась тревога. — Хоуп?
Я не хочу здесь быть… Слова вертелись на языке, но я не решалась их произнести. Я влюблена в другого.
Потому что так и было.
Я думала, он — мимолётное увлечение. Поцелуй, который буду вспоминать ночью. Тёплое воспоминание, за которое буду цепляться, будучи женой Джордана.
Но он выбил у меня почву из-под ног и перевернул мой мир.
Я была влюблена в Хантера Казарацци.
Безрассудно, безумно, полностью.
Я вспомнила тот звонок, где он сказал: «Тоже не влюбляйся в меня».
Тогда я была такой наивной.
Хотя прошло всего несколько месяцев, казалось, целая жизнь.
— Я забыла телефон у Тиган, — выдавила я, не в силах оставаться здесь, глядя на него. — Пойду заберу.
Не дожидаясь ответа, развернулась и выбежала за дверь.
Обессиленная, рухнула в сиденье грузовика, схватилась за голову, отчаянно пытаясь ни о чём не думать. Не думать о двух мужчинах, разрывающих меня на части.
Я любила двух совершенно разных людей.
Один — дикий, недосягаемый, готовый воткнуть флаг в мою испорченную гору.
Другой — сломленный, и мой флаг уже воткнут в него.
Чёрт…
Я не могла остаться здесь.
Не сегодня.
Мне нужно было бежать.
Уехать.
Сделать как Тиган — смыться из страны.
Сейчас это казалось идеальным решением.
Но я вспомнила семь мучительных лет в одиночестве.
Я не могла пройти через это снова.
По крайней мере, без Тиган.
Но она теперь замужем и влюблена. Вряд ли захочет бросить всё и вернуться со мной в Корк.
Точнее, знала — ответила бы «абсолютно нет».
Я думала поехать на Саут-Пик-Роуд и сжаться в комок у неё на коленях, но не могла.
Не имела права втягивать их в это.
Всхлипнув, завела двигатель и поехала туда, где хотела быть сейчас.
Тринадцатая улица.
Я ехала домой.
ГЛАВА 60
Хоуп
Все, чего я хотела, прокрасться в свою старую комнату и спрятаться от мира. От своих проблем.
Мне нужно было это убежище, пока я пыталась разобраться в своей жизни. В своем чувстве вины. В том, как теперь двигаться дальше.
Я хотела наладить отношения с Джорданом, но мысль о потере Хантера причиняла мне физическую боль.
Мне не нравилась эта сторона моей личности.
Меня воспитали лучше.
Я выросла, ожидая любви, подобной той, что была у моих родителей. Яростной, вечной, безусловной. Теперь она у меня была, но с двумя мужчинами.
Один — мой муж.
Другой — мой любовник.
Из-за этого я разобьюсь вдребезги.
Я чувствовала это.
До конца жизни в моем сердце будет дыра.
В любом случае, я проиграю.
Дело было не в том, кого я люблю больше.
А в том, кого я не могу ранить.
И я не могла ранить Джордана.
Я не могла…
Заехав на пустую подъездную дорожку родителей, я заглушила двигатель и просто уставилась на дом.
Дом был погружен в полную темноту.
Никого не было дома.
Меня охватило облегчение.
По крайней мере, я могла прокрасться прямо в свою комнату без лишних вопросов.
Я открыла дверь ключом и на мгновение застыла в прихожей, наслаждаясь тишиной. Мне это было нужно. Время, чтобы собраться с мыслями и успокоиться.
Телефон в кармане спортивных штанов продолжал
