этой планете. Выйди из-под этого золотого купола, под которым ты пряталась всю жизнь, и прими решение, которое сделает счастливой тебя, а не его или кого-то ещё.
— Я люблю его, — выдавила я.
— Да? — парировал он. — Правда любишь? Будь честна с собой и подумай, прежде чем отвечать.
— Мне не нужно думать, — взвизгнула я в защиту, теряя терпение. — Я знаю, что у меня в голове, Камерон! — Страх быть осуждённой мешал мне признаться даже самой себе в том, что я чувствовала на самом деле. — Просто закроем тему!
— Тогда я не знаю, что тебе сказать, Хоуп, — устало ответил Кэм. — Честно, не знаю.
Он замолчал и не произнёс ни слова до конца поездки.
Я отвернулась к окну, но его слова не выходили у меня из головы.
Они преследовали меня всю дорогу домой и ещё долго, когда я уже лежала в кровати.
Я не была влюблена в Хантера Касараззи.
Ему не было места в моём будущем.
И я отказывалась даже думать об этом.
Даже если моё сердце требовало обратного.
ГЛАВА 56
Джордан
— Ты хреновый муж, Джордан Портер, — заявила Аннабель, когда я зашел на кухню в четверть седьмого утра в пятницу. — Потрясающий друг, — поправилась она. — Но чертовски ужасный муж.
Райдер уже сидел в своем стульчике, уплетая завтрак, так что я предположил, что именно он стал причиной столь раннего пробуждения его мамы.
— Вау, спасибо, Энни, — пробормотал я, направляясь прямиком к кофеварке. Я знал, что никогда не выиграю титул мужа года, но услышать это от Аннабель с самого утра было удручающе. — Вроде как ты уже разобрала тему моей никчемности несколько недель назад.
Больше, чем разобрала.
Она вломила мне по полной после ссоры с Хоуп и повторяла каждый день с тех пор.
Хотя она не говорила ничего, о чем я уже не знал.
Я был никчемным.
Во всех чертовых смыслах.
— Я слышала тебя, — уточнила она, уперев руки в бока. — Разговаривал с О’Мэлли по телефону в гостиной? Ты взял еще одну двойную смену. Энни покачала головой и уставилась на меня с явным неодобрением. — Ты, может, и новичок в браке, Джей, но обычно такие вещи обсуждают с женой перед принятием решений.
Я подумал о том, чтобы защищаться, но решил, что мне сначала нужно влить в себя кофеин, прежде чем сражаться с природной стихией по имени мой лучший друг.
Кроме того, в глубине души я знал, что она права. Мне стоило поговорить с Хоуп перед тем, как брать еще одну смену в больнице. Но я не привык обсуждать с кем-либо что-либо, касающееся моей жизни. Я любил свою работу. Мне нужно было работать. Это помогало мне оставаться чистым и собранным.
К тому же, мы с Хоуп вообще мало о чем говорили в последнее время.
Она все еще сильно злилась на меня за то, что я облажался в тот вечер, который она для нас организовала.
Я хотел наладить между нами отношения, но не знал как.
И я все еще не мог пережить то, что она рассказала своей семье о моем прошлом.
Я не мог с этим смириться.
Я чертовски вымотан всем этим.
Каждый день я просыпаюсь усталым и засыпаю изможденным.
Лекарства, которые я принимал, были настолько сильными, что могли свалить с ног лошадь. Единственное, на что я был способен — это выполнять рутинные дела.
Как бы жалко это ни звучало, я был слишком измотан, чтобы бороться.
— Ты почти не бывал дома на этой неделе, — продолжила Энни, озвучивая мои мысли и заставляя меня поморщиться. — Хотя, забудь. Ты почти не бывал дома с тех пор, как эта девочка появилась!
— Это не твое дело, Энни, — резко сказал я, наливая себе кружку кофе. — Ты ничего об этом не знаешь.
— Ты знаешь, какое вчера было число? — потребовала она.
— Четверг.
— Смешно, — сухо ответила она. — Очень смешно.
— Ладно, — устало сдался я. — Какое число было вчера?
— День рождения твоей жены, — гневно воскликнула она. — А ты даже не вспомнил!
Мое сердце упало.
Я выхватил телефон из кармана и глянул на экран.
Пятница, 13 мая
— Черт, — прошептал я, ощущая, как меня накрывает чувство вины. — Вчера было двенадцатое. Я забыл.
— Я знаю, что ты забыл, — резко парировала Аннабель. — И это никуда не годится.
— Я заглажу вину, — прошептал я, чувствуя, как подкатывает тошнота. — Я… что-нибудь придумаю.
— Не морочь мне голову, Джордан Портер, — огрызнулась Аннабель, не давая мне ни малейшей поблажки. — Я знаю тебя лучше, чем ты сам себя.
Да, пожалуй, она была права.
Ее прямота — именно то, что позволяло нам оставаться друзьями так долго.
Аннабель всегда говорила мне правду в лицо, и я всегда ценил это в ней.
Но только не сегодня утром.
— Ты не загладишь вину, потому что избегаешь ее, — заявила она. — Ты хватаешь лишние смены при каждом удобном случае и почти не проводишь времени дома с семьей.
— Мне нужны деньги, — попытался я оправдаться, хотя бы перед самим собой.
— Не настолько же, — парировала она, не отводя голубых глаз от моих. — Ври себе, если так легче, но мы оба знаем, что ты используешь работу как способ избегания. — Ее голос смягчился, когда она добавила: — Ты знаешь, что бывает, когда ты выдыхаешься. И ты рухнешь, если не остановишься.
Да, я знал, что бывает.
Она тоже.
— Здесь не тот случай.
— Уверен? — возразила Энни. — Потому что я уже видела такое твое поведение. Видела, как ты используешь избегание, чтобы справляться со стрессом, и знаю, чем это заканчивается. — Она вздохнула. — Это никогда не работает, Джей. Ты знаешь это. Неужели ты хочешь снова оказаться…
— Не надо, — резко прервал я, подняв руку, чтобы остановить ее.
Я не мог говорить об этом.
Не сейчас, когда Хоуп наверху.
— Пожалуйста. Просто… пойми… — Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и выдавил: — Мне нужна твоя поддержка, Энни.
— И ты ее получишь, — горячо ответила она. — Всегда. Но это не значит, что я могу молчать, когда вижу, как ты скатываешься к
