сделаны из деки рояля, трапециевидные.
– И? – поглядел на диковинный инструмент капитан, но разозлился: – Да окажись они хоть из кости змея морского, чем они могут быть полезны?
Команда и так едва управлялась с кораблем. Из всех собравшихся названия снастей и парусов четко знали только Сварт и Мани, остальные два бездельника просто путались под ногами. Третьего такого же болвана кормить задарма не хотелось. Но его появления стоило ждать.
Сад с минуту думал, чем он может быть полезен. В конце концов, он проявлял чудеса скрытности, когда следил за Свартом. Это капитан уже отметил, раздумывая, как использовать эту способность нелепого тапера. Сад, все еще держа на покорно вытянутых руках гусли, поднял глаза, проникнутые робкой надеждой, и ответил с придыханием:
– Говорят, искусная игра может зачаровать даже морских чудовищ! И кровожадных сирен!
– Мало я тебе верю… И еще меньше, что твоя игра может быть достаточно искусной, – безнадежно вздохнул Сварт, твердо продолжая: – Слушай, ничтожество! Договор такой: если попадется морское чудовище или мифическая сирена, а твоя деревяшка не поможет, мы выбрасываем тебя за борт вместе с гуслями. Я лично этим займусь. Так. Ближе к делу. Ты попадал в объективы фотоаппаратов?
– Кажется, нет. Не такая я важная птица, – пожал плечами Сад. – Никто меня не фотографировал.
– Тебя пока считают утопленником, но ты в розыске, – сообщил Сварт, на что музыкант понимающе кивнул.
Капитан кисло скривился, глядя на Мани, Сумеречного Эльфа и нового кандидата: «М-да… Команда еще та. Кто тут у нас? Девчонка-мартышка, трусливый фокусник-шулер и неудачливый музыкант. А! И псих-клоун. Да это же не пираты – это зверинец какой-то. Как будто я снова с бродячими артистами. Только плавучим цирком работать, представления давать. Но это уже без меня! Может, если наберется нормальная команда, и я решу (с чего бы?) не уничтожить эту, подать им такую идею. Плавучий цирк идиотов. Как я до такого дошел? Нет, надо вернуть время, я обязан все исправить».
Но размышления прервал спустившийся в трюм Скерсмол, который остерегался лезть, но, когда не услышал шума борьбы, осмелился полюбопытствовать, что вообще творится.
– Я слышал знакомый голос, – удивился горе-навигатор, спускаясь по узкому крутому трапу и едва не наступая на размотавшийся шарф.
Насчет голоса он не ошибся: только увидел нежданного лазутчика, как остолбенел. А Сад Ко побагровел от ярости:
– Скерсмол! Ты! Ты!
– Кх-а-а-а! Ты! Сад! К-х-а-а-а!
Музыкант забыл о своем смирении и страхе. Он вскочил с колен, поспешно вешая через плечо любимые гусли, и, сжимая кулаки, заревел:
– Падла! Где твой карточный долг? Я из-за тебя согласился на скользкое дело! Я теперь вообще в розыске! Где мои деньги? Где?! Урою!
И они чуть не устроили настоящую драку: Сад оказался напорист, Скерсмол задрожал и попятился, хотя был выше музыканта. Разбушевавшийся тапер схватил его за шарф и принялся душить на глазах у оторопевших от изумления Сварта и Мани. Один Сумеречный Эльф заливался смехом, скандируя:
– Драка-драка!
Сад Ко несколько раз хватил должника по голове, оттаскал за сальные черные патлы и стукнул об обшивку трюма так, что опасно задрожали развешанные на крючьях масляные лампы.
– Стоять! – тут же остановил их хладнокровный голос Сварта.
Оба спорщика вздрогнули и сникли, как по мановению волшебства.
– Я это… Я все отдам. Все… Вот, – нервно улыбаясь, немного погодя пискнул навигатор. И немедленно полез в карманы новых салатовых штанов, доставая то, что осталось от награды после игры в кости с дворецким мэра. А награда и так выпала не очень крупная – большая часть вполне законно ушла капитану.
– Доволен? Теперь я банкрот! – фыркнул Скерсмол.
– Чем мне быть довольным? Ты-то всегда был «банкротом» от своей дурости. Зато я честно играл в лучших домах города. И не в карты, а на рояле. А теперь я преступник! – посетовал Сад Ко, не без удовольствия пряча деньги за отворотом безразмерного желтого пиджака.
Похоже, после своего вынужденного «купания» в канале он успел заскочить домой и собрать кое-какие вещи перед побегом. Сварт счел, что с таким умением прятаться, да еще в броской одежде, дурковатый тип мог бы сойти за шпиона в случае необходимости.
– Продолжите болтать, выкину за борт обоих, – огрызнулся капитан, и спорщики тут же замолчали, вытянувшись по струнке.
– Как контроль морских стражей на выходе из бухты проходить будем? – вскоре после завершения конфликта поинтересовался Сумеречный Эльф.
И впрямь: пышное прощание с путешественниками не освобождало от необходимого дополнительного контроля на выходе из залива, который отделял город от моря.
Стражи заставляли все суда бросать якорь, подплывали на лодках и досматривали тех, кто казался им подозрительным. Обмануть городские власти контрабандисты еще могли, дать кому-то взятку или по взаимной выгоде, но служители джиннов чаще всего оказывались беспристрастны и беспощадны.
Укрепления уже маячили на горизонте серой полосой. Скоро обещали появиться лодки тех, кто досматривал корабли, а при оказании сопротивления форт обрушился бы залпом мортир. К тому же, в случае опасности узкий залив перегораживался цепями, не позволяя врагам подойти к бухтам. Сварт вычитал в городском архиве, что остров, на который они попали, многие века считался неприступной крепостью, потому что только одна его северо-западная часть годилась для швартовки крупных парусных кораблей – тот самый залив, по которому они шли.
«Только бы Даркси не успел передать своим, что вычислил меня, – молча заклинал Сварт. – Нет, нет, я не могу попасться, я все еще считаюсь мертвым».
Корабль плавно несся по волнам, безоружный и слабый в сравнении с мощью форта.
– Есть соображения? – неуверенно протянула Мани, рассеивая неловкую паузу. Внезапно Скерсмол ехидно улыбнулся:
– Кажется, у меня есть идея! Так, Ко, я тебе уже ничего не должен…
– Э… Что ты… – попытался возмутиться тапер-гусляр, но Скерсмол уже сбил его с ног и с наслаждением принялся запихивать в бочку с соленой рыбой, обильно посыпая скользкими тушками. Вскоре музыкант и сам перестал сопротивляться, догадавшись о плане.
– Неплохо, – отметил Сварт. За своими опасениями относительно капитана Даркси он не увидел очевидный выход из щекотливой ситуации: в бочках с рыбой исстари прятали неугодных закону пассажиров.
– Эй, а я тут не задохнусь? – донесся глухой голос Сада Ко.
– С петлей на шее задохнешься быстрее. Сиди и помалкивай, – крикнул ему Сварт.
– Мы тебя вытащим, когда все закончится, – постучала по крышке Мани, и они вышли на палубу. Свежий ветер натягивал паруса, бригантина шла ровным курсом. Сумеречный Эльф утверждал, что его магия заставляет корабль не отклоняться, но все же Сварт, никому не доверяя, взял управление на себя.
– Это у вас новые гидравлические усилители? Удобно придумали в вашем мире, – заметил Сумеречный Эльф. –
