— Ты сказала, что нам долго идти, — напомнил Иван. — Ты хорошо знаешь дорогу?
— Совсем не знаю, но мне сказали, что идти по лесу долго и важно не сбиться с пути. Хорошо, что вас встретила, а то одной боязно.
— Защитниками мы с Марио выступим, — согласился Иван, — но проводниками быть не сможем — сами не знаем дорогу. Идём, стараемся не сбиться с указанного направления.
— И я вместе с вами буду стараться не сбиться, — решила цыганка. — Я-то сама не особенно хорошо ориентируюсь в лесу. Куда табор идёт, туда и я бреду, у нас мужчины путь указывают.
— А у нас только Иван, — сказал Марио.
Молодой человек застенчиво улыбнулся.
Адель слышала и читала о цыганах разное, но, как бы ни вела себя Настя среди своих соплеменников, сейчас она приспосабливалась к новому обществу, ничем не выделяясь и не выражая никаких своих желаний или мнений. Девушке было с ней легко, а об известной славе цыган она не думала, потому что воровать у них было нечего, а сбежать с награбленным — некуда да и незачем. Среди них уже имеется вор, так что Адель скорее тревожило, что именно он обворует цыганку, если в узле у неё были какие-то ценные вещи. Впрочем, она надеялась на честное слово, данное Марио в том, что он не будет воровать, пока путешествует вместе с ними.
Лес не менялся. Он был таким же тихим и безмолвным. Путникам казалось, что воды под ногами прибавилось, и к вечеру они забеспокоились. Полянка, которую они выбрали, была покрыта мокрым мхом, который прогибался под ногами, но вокруг было ещё более сыро.
— Как бы нам не выйти на болота, — озабоченно сказал Марио.
Иван поморщился. Он и сам об этом думал, но не хотел пугать спутниц.
— Мне кажется, что мы идём правильно, — ответил он, не чувствуя никакой уверенности.
Кто-то рядом с ними пискляво засмеялся. Адель, выкладывающая рыбу из мешка, вздрогнула.
— Кто здесь? — спросил Иван.
— Я не здесь и не там, — пропищал голосок. — Я блуждаю, всегда блуждаю по болотам и показываю дорогу заблудившимся.
— Кто же ты?
— Я блуждающий огонёк.
И сейчас же люди увидели, как сверкающая точка перелетела на кочку, а потом — на другую. Она кружила вокруг лагеря, не удаляясь и не приближаясь.
— Нам надо перейти через лес, оставив болота слева, — объяснил Иван. — Мы правильно идём?
— А вот и нет! А вот и нет! Лучше идите за мной. Люблю быть проводником. Только вы идите за мной сейчас, потому что к утру я погасну. Я свечу только в сумерки и ночью. Поторопитесь, а то я не могу долго блуждать по одному месту.
— Как вы думаете, друзья? — спросил Иван. — По-моему, опасно идти по этим местам ночью.
— Какая же опасность, если нам будет показывать дорогу огонёк? — удивился Марио.
— Всё-таки полезнее знать, куда идёшь, — сомневался Иван. — Не люблю что-либо делать вслепую.
— Когда ты идёшь не вслепую, ты идёшь в болота, — засмеялся блуждающий огонёк. — Через два-три часа пути ты бы завёл своих друзей прямо в трясину.
— Не глупи, Иван, — убеждал его Марио. — Пойдём за огоньком. К утру он выведет нас из болот, а дальше мы отдохнём и пойдём уже сами.
Адели казалось, что огонёк, светящийся таким приятным голубым цветом, послан ей колдуном Жаном. Её лишь тревожил ночной переход по лесу.
— Я не представляю, как мы пойдём в темноте, — сказала она. — Мы будем натыкаться на ветки и выколем себе глаза.
— А я на что? — спросил огонёк. — Я буду освещать вам путь, а мои друзья мне помогут.
— А что думаешь ты, Настя? — спросил Иван у молчавшей всё это время цыганки.
— Всё это очень странно, — ответила та. — Я кочую всю жизнь. Есть среди нас и гадалки, и ведуньи, и колдуньи, но такого чуда я не видела. Не знаю, что вам сказать и что посоветовать. Пусть решает Иван, а я покорюсь его воле.
— Оставайтесь здесь, если хотите, а я не могу больше ждать, — вновь заговорил огонёк. — Прощайте.
— Стой! Подожди! Не уходи! Мы идём за тобой! — закричали все в один голос.
Адель торопливо сунула рыбу обратно в мешок, Иван взвалил его на плечо, цыганка подхватила свой узел, а Марио уже бросился вдогонку за огоньком, чтобы остановить его.
Огонёк не торопил путешественников, но идти всё-таки приходилось быстрее, чем они шли днём. Тьма обступила их со всех сторон, и лишь снопы голубоватого света указывали им дорогу. Они шли по световой дорожке, как по скупо освещённому коридору. Все друзья блуждающего огонька, встречавшиеся им на пути, помогали своему собрату освещать путь.
— Топко, — пожаловался Марио, шагнувший вбок за полосу света.
— И становится всё хуже, — подтвердил Иван. — Огонёк, куда ты нас ведёшь?
— Туда, куда вам надо, — успокоил их тоненький голосок. — Вы сами зашли в такое место, а теперь доверьтесь мне.
Адель подумала, что, слепо идя по лесу, они обошли какой-то из участков болота и шли между соседними топкими местами, а теперь огонёк выводит их по другому пути.
— Не нравится мне это, — тихо сказала шагавшая рядом с ней цыганка. — Ох, не нравится!
Терявшиеся в догадках и сомнениях люди продолжали идти по указанному им, заботливо освещаемому пути. Но зачем блуждающему огоньку вести их куда-то не туда? Из вредности? Адель вспомнила хорька, без всякой причины разлучившего её с рыцарским конём.
Почва под ногами вздрагивала и прогибалась, а воздух был пропитан болотными запахами.
— Стоп! — скомандовал Иван. — Веди нас обратно, огонёк!
— Почему? — пропищал их проводник.
— Может, тебе всё равно, где блуждать, а нам здесь скоро не пройти.
— Пройдёте, — уверил огонёк.
— Пройдёте! Пройдёте! — запищало вокруг, и хоровод голубых угольков закружился вокруг них. — Назад дороги нет!
— Влипли, — вполголоса сообщил Марио. — Как теперь быть?
Люди неуверенно продвигались по освещённой дорожке. Деревьев здесь почти не было, а трава и мох уже не защищали от воды. Ноги по щиколотку уходили в жижу.
— Пошли назад, — скомандовал Иван.
Все развернулись и собрались было двинуться в обратный путь, однако позади свет погас, и они не могли идти в темноте. Коридор света по-прежнему указывал путь вперёд.
— Мы не можем оставаться на этом месте — нас засосёт, — сказал Иван. — Идите за мной.
И он пошёл туда, куда вела их световая дорожка, но шёл очень медленно.
— Поспешите, — торопил огонёк.
— Мы не можем идти быстро, мы устали, — ответил Иван.
Он явно тянул время, дожидаясь утра.
Адель шла по хлюпающей дрожащей дороге вслед за Марио. Сзади вздыхала цыганка, поддёргивая мокрые юбки. У девушки было очень тяжело на душе. Ясно, что их заводят в какую-то ловушку, а не идти туда они не могут, потому что дождаться утра, стоя на тропе, нельзя и повернуть назад нельзя из-за темноты. Справа и слева что-то хлюпало и булькало, и Адель подозревала, что там трясина. Немного успокаивало то, что блуждающий огонёк всё-таки освещал брод, но оставалось узнать, куда именно вёл этот путь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
