Потому что он заслужил.
Северус выпустил запястье жены из слабой хватки, а затем потянулся в карман мантии и достал оттуда маленький оранжевый пузырек. Открыв крышку, Северус бросил на ладонь две белые таблетки и протянул их Мелоди.
— Я не уйду, пока не увижу, что ты их выпила.
Мелоди смотрела на Северуса снизу вверх, как на Божество, спустившееся с небес, и старалась спрятать глубоко внутри себя мысль о том, что он скорее вылез из Преисподней и отправил своих слуг к ней, чтобы те обосновались у нее в голове.
Мелоди Тодд появилась на свет с конкретной задачей, и она ее выполнила. Она полюбила Северуса еще до того, как они познакомились. Мелоди полюбила его образ с самого детства, как только он появился у нее в голове. Образ, за которым она следовала, чтобы выполнить свое предназначение. Так почему же Северус ее останавливает? Почему не дает ей вернуться к ним, если она сделала то, что от нее требовалось?
Она привела в этот мир Дейзи. Его Дейзи.
Эту девочку Мелоди не может назвать своей дочерью, у нее так и не проснулся материнский инстинкт ни во время беременности, ни после родов. Дейзи занимается одна только Моди, а Мелоди лишь старается держать крепко на лице свою маску.
Пытается доказать другим, что с ней все в порядке.
Старается заставить Северуса ей поверить.
И всеми способами пытается обмануть его, да только как скрыть правду от легилимента, который не покидает твои мысли и следит за каждым шагом после первой неудачной попытки? Мелоди сжала в тощих пальцах таблетки и бросила их в рот, запив холодной водой из почти пустого стакана.
— Покажи.
Мелоди послушно открыла рот.
Северус внимательно все проверил, а затем, бросив на жену ледяной взгляд, вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Мелоди долго сидела в холодной ночной тишине, а затем вынула из-за щеки таблетки, бросила их к остальным в вазу, стоящую на комоде, и ушла из гостиной, направляясь в свои покои.
Состояние Мелоди Тодд не было таким до определенного момента. У нее, разумеется, всегда было семь пятниц на неделе, и она никогда не думала о будущем, но… После рождения Дейзи все изменилось.
Это превратилось в обыденные, цикличные фазы, вот только никто их не отслеживал. Северусу было плевать на то, что его не касалось. Он не любил лишний раз быть в доме, когда ее состояние ухудшалось, но при этом в фазу полного дна старался запирать Мелоди в спальне и следить за каждым ее движением, чтобы она себе не навредила.
В фазу подъема они даже выезжали иногда в гости к сестре Мелоди. Розамунд в такие моменты трещала без остановки, что не понимает, как сестра умудрилась выбрать себе в спутники жизни такого ворчливого брюзгу. Мелоди смеялась заливисто и звонко, просила Рози быть мягче, а сама светилась вся и сияла, как новенький галеон. Северус не мог заставить себя улыбнуться, никогда не мог.
И расслабиться себе он никогда не мог позволить.
Его поражала наивность Розамунд, но в глубине души он понимал, что никогда не сможет вынести из стен дома правду о том, что из себя представляет его супруга. Северус доверился одному пожилому целителю в отставке, и тот, соблюдая полную конфиденциальность за большие деньги, согласился курировать состояние Мелоди Тодд.
Прогноз был неутешителен. Рассудок Мелоди помутился после рождения Дейзи, и процесс этот был необратим. Его можно было замедлить, можно попробовать контролировать, но остановить его нет никакой возможности. Разум Мелоди разрушался, только выписанные целителем таблетки и тотальный контроль могли хоть как-то держать ее в узде.
Целитель не стал вводить Северуса в заблуждение. Мелоди продолжит попытки суицида. И будет продолжать до тех пор, пока не достигнет желаемого.
Северус запер себя в доме со своей ношей, со своим безумным выбором, последствия которого сияют золотом на его безымянном пальце, ограничил штат прислуги, оставив одну только Моди, и не выпускал ни одной подробности состояния своей жены и рухнувшего брака за пределы поместья.
Этого бы ничего не случилось, если бы не главное. Мелоди была другой до рождения Дейзи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Что-то сломалось в Мелоди после появления девочки, что-то треснуло и разрушилось. И вылезло из этой зияющей темноты существо, которое требует от Мелоди повиновения. Требует возвращения.
Северус никогда не сможет понять в полной мере, что Мелоди Тодд была рождена, чтобы выполнить свое предназначение. Отдать ему Дейзи. Создать ту нерушимую связь, которая уготована Северусу Снейпу кем-то свыше.
Мы притягиваем в свою жизнь лишь то, чего достойны, забывая временами о том, что даже радуга может быть только после грозы и дождя. Жаль, о грозах нас не предупреждают заблаговременно.
Небо громыхнуло, и Северус вскочил с постели, хватая ртом воздух. Комната озарилась вспышкой молнии, вынуждая сморщиться. Это уже вторая гроза в июле, после первой весь день был душный и знойный. Северус уже собрался лечь спать дальше, вот только странная тревога кольнула его в самое сердце.
Снейп нахмурил брови, инстинктивно коснулся грудной клетки и, уставившись в одну точку, задержал дыхание. Небо громыхнуло снова. Бросив взгляд на дверь своей спальни, Северус вдруг резко вскочил на ноги, не контролируя собственные порывы, натянул ночную рубашку, схватил волшебную палочку и босиком выскочил в коридор.
Он не ринулся в спальню Мелоди, ноги сами понесли его к детской Дейзи, в которой он никогда не был.
Едва он распахнул дверь, сердце снова с болью ударило за ребрами.
Вспышка молнии озарила детскую дочери, и очертания склонившейся над кроваткой Мелоди вынудили Северуса сорваться с места. Бросив невербальное заклинание, Северус почти подбежал к кроватке Дейзи. Обездвиженная Мелоди с безумным блеском в глазах смотрела на него в упор.
Северус сам не мог понять причины своего поступка, но ему показалось, что он готов ринуться под пулю, чтобы защитить этого ребенка. Эту девчонку, которую он на руках даже не держал ни разу. Которая с рождения под опекой Мелоди и Моди находилась.
Которую он по имени называл всего пару раз.
Северус почувствовал, всего на мгновение, что сделает ради нежеланной дочери все, что угодно.
Всего на мгновение.
— Ты что творишь?..
Миг, когда он выхватил из тощей кисти Мелоди большие ножницы Моди, которыми она пользуется во время шитья. Мелоди затрясло, острые плечи задрожали, грудная клетка нервно начала вздыматься, зеленые глаза заискрились.
— Я лишь хотела ее прядь, — бегло зашевелились ее губы. — Всего прядь. Только одну, я хотела взять ее с собой, — блестели безумием ее глаза. — Я бы никогда не причинила ей зла, Северус. Я бы никогда не причинила, даже если бы они меня заставили.
Северус опустил взгляд в детскую кроватку. Темные волосы малышки разметались по подушке, дышала она ровно и спокойно. Дейзи спала крепко, даже сильная гроза оказалась не способна потревожить ее сон.
Даже безумная, совершенно потерявшая рассудок мать.
— Прочь отсюда, — взмахнув палочкой, бросил Северус. — Прочь из комнаты!
Мелоди на негнущихся ногах попятилась назад.
Северус не обращал пристального внимания на состояние Мелоди все эти месяцы, отдав ее под полное внимание целителя, даже в ее фазы упадка, потому что безумие касалось Мелоди напрямую, не задевая никого другого в доме. Впервые за все время Северус понял, что ее безумие коснулось Дейзи.
И внезапная мысль о том, чтобы оставить девочку на ее попечение, привела в ужас.
— Моди.
Хлопок аппарации послышался секундой позднее, Северус даже не дернулся, продолжая смотреть в кроватку дочери. Эльфийка во все глаза глядела на своего хозяина и боялась лишний раз шевельнуться. Мелоди топталась на пороге, а никто не подозревал даже, что все ее существо разрывалось глубоко внутри.
Они кричали на нее, они требовали, чтобы она пошла с ними.
— За Дейзи головой отвечаешь, — процедил Северус ледяным тоном.
— Как прикажете, хозяин.
— Увижу, что детская пустая — пожалеешь.
