использовать немного своей силы, чтобы «приклеить» его к сиденью машины. Без этого он бы прыгал вокруг и пытался лизнуть меня в лицо — совсем ещё молодой и игривый пес.
— Ну что, Чипсина, поехали, покажу тебе твой новый дом, — завел я мотор. — Правда, надолго ли… Я дома меняю, как перчатки, так что особо не привыкай.
Дальше всё шло довольно грустно. По пути я заехал в магазин неподалёку: купил для пса всякой мелочи и корма. Но стоило мне снова тронуться с места, как за мной увязалось шесть машин.
Напали? Не совсем. Просто следили, но настроения придумывать хитроумные планы или устраивать взрывы у меня не было вообще. Поэтому я выбрал простой способ: расширил своё поле воздействия и сделал некоторые детали в их машинах тяжелее. Машины начали ломаться и глохнуть одна за другой. Только последняя врезалась в столб.
Я же включил радио, где играла музыка настолько унылая, что она идеально подходила к моему настроению. Но через минуту я не выдержал и просто разбил радиоприёмник кулаком. Даже музыка не могла меня отвлечь.
Всё это случилось из-за меня. Именно я стал причиной того, что мой Род теперь передают из рук в руки, как горячую картошку. И дело не в том, что они покинули страну. Теперь наш Род заинтересовал всяких подозрительных людей, и всё из-за моих действий. Вот такие людишки, увидев выгоду, не отказались от предложения одного чокнутого прусского аристократа.
Но убить меня⁈ Серьёзно⁈ Они вообще думали, что предлагают? Обидно, конечно. Ведь если бы я согласился на такое предложение, то скорее всего умер бы. Моя сила могла оказаться никому не нужной в другой стране. Да и сам я всегда оставался бы там чужаком, которого можно игнорировать.
А чтобы бумаги, которые я должен был подписать, сохраняли свою силу, мне действительно нужно было бы умереть. В прямом смысле.
Вернулся я домой весь мрачный, а там новость не лучше. Только вошёл в холл и поставил Чипсину на пол, как сзади раздался громкий стук в дверь.
— Господин, я вас дожидаюсь, — с порога заявил Дмитриевич. И вид у него, мягко говоря, был далеким от радостного. — Дело у нас серьезное!
— Слушаю, — сказал я, швырнув ключи на тумбу.
— Тут не место: спустимся на базу, — сказал он, махнув рукой, мол, за мной.
Мы направились в бункер, а шпиц всю дорогу буквально требовал внимания — тявкал и попискивал. Я сунул ему игрушечную косточку, и он сразу перестал отвлекать меня: хотя всё равно шел вплотную, перебирая своими крохотными лапками.
Спустились, короче, в одно из ответвлений тоннеля, где у нас было что-то вроде склада. И вот там, у кирпичной стены, покрытой влагой, висели четверо парней, закованных в цепи.
— Эти сволочи из наших, — пояснил начальник наёмников, уловив мой вопросительный взгляд. — Точнее, были нашими… Пока недавно не продали нас врагам.
Геннадий в красках объяснил, как они прокололись и каким именно аристократам сливали информацию. Ну и денёк же выдался: одно предательство за другим.
— И что они уже успели сдать? — вздохнул я, провёл ладонью по лицу и осмотрел этих дергающихся бойцов.
— Вот в том и засада, что пока не удалось узнать подробностей, — сухо отчитался Дмитриевич, бросая на них мрачный взгляд. — Они молчат. Поэтому решил сначала вам доложить, босс.
— Правильно сделал… Тащи-ка мне стул, я сейчас с ними побеседую, — сказал я, и кивком велел развязать им рты.
При этом Чипсина стоял неподалёку, вообще не вникая в серьезность ситуации — ему-то всё казалось отличным. Хоть кому-то тут везёт в жизни.
— А ну-ка, иди укуси их! — показал я псу на бойцов пальцем.
Шпиц склонил голову набок, высунул язык и уставился на меня. А потом подскочил к пленным и задорно затявкал.
— Да, сомневаюсь, что их это проймёт, — проворчал я, помотав головой.
Стул мне уже притащили, а Чипсину я отдал на руки одному из наёмников — пусть присмотрит за ним.
— Ну что, приступим? — сказал я, устраиваясь на стуле поближе к пленным, и, хлопнув в ладоши, велел опустить их на пол.
— Обратной дороги уже нет. Всё равно ты ничего от нас не узнаешь, — выпалил один из них.
— Это ты уверен? А у меня есть проверенный метод, — ответил я, не меняя выражения лица, и положил свою ладонь ему на руку. Он сразу завопил от боли.
Парень кричал на всю округу добрых две минуты, а его дружки уже косились на него куда менее нагло. Причём я лишь начал — всего-то стал дробить ему кости под давлением. А учитывая, что костей у человека предостаточно, и предателей здесь аж четверо, работать мне есть с чем…
В целом мой проверенный метод и на этот раз не подвёл: пусть он староват, зато всегда даёт нужный эффект. Я бы даже сказал, что сработал он с пугающим успехом, ведь эти «крысы» мигом зашуршали и капитулировали. Причём во всех подробностях: кто конкретно и когда на них вышел и что хотел получить.
Их наняли довольно интересные Рода, чтобы всё вынюхивать, а с одним из них я даже ни разу не пересекался: похоже, тот самый осторожный и далеко не глупый. Только вот собирали они, в основном, сведения не о том, как меня атаковать и прикончить, а информацию про мою сестру. И, надо признать, зря: меня это злит куда больше.
Но я, в общем-то, и предполагал, что подобное может повториться. Ведь раз мой ранг теперь повысился и Маша тоже проявляет себя весьма на отличном уровне, то неудивительно, что ей заинтересовались как человеком, перспективным для вступления в их Род. Просто, если верить разведке Распутина, меня уже все «похоронили» заранее. Считают, что я вот-вот коньки отброшу, и тогда моя сестра достанется им в качестве невесты для кого-нибудь из своих.
Я же со своей стороны скажу, что план у них бодрячком, но уходить в мир иной я пока не намерен — слишком уж это скучно.
После пыток, не торопясь, я коснулся ладонью массивных кирпичей в стене, и она завибрировала, будто её оживили.
Все те убийства, что выпали мне в последнее время, невероятно быстро подстегнули развитие моего Дара. Да… Теперь я словно ненасытная чёрная дыра, готовая опять поглотить всё вокруг.
— Дмитриевич, — я взмахом руки подозвал к себе начальника наёмников, — передай нашим: пусть готовятся, завтра мы внезапно «заглянем в гости» к графу Мастакову.
Это был именно тот Род, с которым я ещё не пересекался и про который знал не так уж много. Геннадий кивнул и
