— И что? — не поняла Клара. — Пусть это «место ужаса». Что нам там делать?
— Это последнее место в Эвиале, где можно противостоять Западной Тьме, оставаясь под привычным небом, — ответил некромант.
— А, может, для этого надо просто стереть с лица земли Империю Клешней?
— Нет, — вдруг вмешался Кицум. — Я достаточно просидел на Левой Клешне. Это странное место, дикое место, несомненно, орудие мести, там правят бал дуотты, но могущество Западной Тьмы основано не на нём. Империя Клешней — выкормыши тех, у кого хватило ума воспользоваться Западной Тьмой в своих интересах; ну, и Она, конечно, тоже своего не упустила, обратив Клешни в своё послушное орудие. Можно перерезать нити, связывающие кукловода с его марионеткой, но разве затронет это самого кукольника?
— А Утонувший Краб — затронет? — осведомилась Клара.
— Не знаю, — ядовито ответил клоун. — Сами решайте. На то вы и люди со свободной волей.
— Слышали, слышали… — проворчала Райна, неодобрительно косясь на Кицума. — Ты, великий, мне странен. Мои боги поступали прямо и открыто. Шли ли войной, заключали ли мир. Внимали молитвам верящих в них, помогали. А ты, не в обиду тебе и твоему единому будь сказано, всё больше говоришь загадками да ссылаешься на Закон Равновесия. Помоги нам, раз уж прошёл такой путь! Помоги, не играй в эти игры!
Капитан Уртханг недоумённо воззрился на старого клоуна.
— Не обращай внимания, доблестный, — усмехнулся Кицум. — Почтенная Райна шутит. Я не могу указать вам путь, воительница. Его можете отыскать только вы сами.
Валькирия с горькой обидой покачала головой.
— Я не понимаю, великий. Я привыкла задавать прямые вопросы и получать прямые ответы. Я помню битву, нас разбили, но мы не покорились и не поклонились победителям; однако даже в те дни мои боги не виляли и не скрытничали. Они — наверное, все — погибли доблестно, с оружием в руках, сражаясь, как положено воинам. Почему ты избегаешь прямого пути?
— Потому что Древние Боги были свободны, — холодно ответил Кицум. — Над ними не довлели многочисленные запреты Упорядоченного. Само Сущее позволяло им многое, но потом не забыло взыскать самую высокую плату. Цена моей помощи, Райна, может оказаться непомерной. Я не хочу этого. Какой бы путь вы ни избрали, это будет лучше, чем следовать моим указаниям.
— Будь по-твоему, великий, — сдержанно поклонилась Клара. — Что ж, Бельт, если ты настаиваешь… Капитан, хватит у тебя дерзости пощипать за мягкое подбрюшье сам Утонувший Краб?
— Гррр! — оскалился орк. — Ты, кирия, знала, чего попросить. Ни один из «длинных» ещё не заходил в его воды. Ни один не осмелился даже приблизиться. Ты многое просишь, кирия Клара! Но — хороша ли там добыча? Что я скажу моим удальцам?
— Скажи им, — решительно перебил Кицум, — что они найдут там богатства, какие им не по силам даже вообразить. Всё, что они называют «добычей», покажется содержимым нищенской сумы по сравнению с тем, что их ожидает на Утонувшем Крабе. Столетиями на этом острове копили золото, самоцветы и вообще всё, что возвеселит душу истинного воина. Но драка предстоит жестокая. Это так же верно, как и то, что меня зовут Кицум.
— Х-ха! Мы не испугаемся! — гордо бросил Уртханг. — «Длинные» ещё не бросали якорей на рейде Краба, это так. Но всё когда-нибудь делается впервые, правильно?
Кицум кивнул.
— Империя Клешней — на самом деле — управляется именно оттуда. Я понял это, пока оставался у них в «заложниках», хотя сидящие в столице дуотты и убеждены, что они совершенно независимы в своих решениях.
— Отлично, — пожал плечами орк. — Пусть управляются откуда хотят, лишь бы моим парням нашлось, чем поживиться. Мы, правда, не знаем тамошних вод, ни фарватеров, ни мелей, ни даже — где у них хранится казна!
— На этот счёт не волнуйся, — усмехнулся Кицум. — Если вы решите идти на Утонувший Краб, я помогу с навигацией.
— Для клоуна ты знаешь очень много, — Уртханг пристально взглянул на собеседника. — Может, мне следовало бы пасть перед тобою ниц и воздать почести, называя для начала хотя бы «великим», как доблестная Райна?
— Не стоит, — Кицум по-прежнему усмехался. — Свободные воители Волчьих островов не кланялись никому и никогда, разве не так?
— Так. Но к нам никогда и не заглядывали такие гости, кому не зазорным было б и поклониться.
— И всё равно — не стоит, — настойчивее повторил клоун. — Лучше поговорим о ветрах и фарватерах, капитан.
* * *
Огромная полярная сова летела прямо на запад. Ничего не значащие для Сильвии, родившейся в Мельине, слова «Утонувший Краб» стали плотью, запахом и звуком; неведомая сила словно указывала дорогу громадной птице, сжимавшей в когтях исполинский чёрный фламберг.
Смертный Ливень мало-помалу иссяк, излив в покорный океан свою ядовитую ярость; ничто не держало Сильвию на востоке, даже Игнациус. О мессире Архимаге она почти и не вспоминала. Куда ему теперь до неё, хозяйки несущих всеобщую гибель облаков! Достаточно лишь чуть-чуть изменить их путь… и возомнившему о себе старику придётся попрыгать.
Но сейчас перед нею Утонувший Краб. Что ж, враг ничуть не хуже прочих, а добыча может окупить всё и вся.
Белые крылья равномерно поднимались и опускались, внизу проносились тёмные волны Моря Надежд. Далеко впереди лежал пролив между Кинтом Дальним и Семиградьем, там горел памятный маяк, возле которого собирались армады Империи Клешней; мимоходом Сильвия подумала о судьбе чёрно-зелёных галер, спасшихся от Ливня.
Впрочем, какая разница. Она, последняя из Красного Арка, сметёт любого, кто встанет у неё на пути. Сильвия Нагваль не останется жутким чудовищем. Она вернёт себе свой облик. И завоюет достойное её место. Не в этом мире, так в другом, может, даже и не в Мельине, но обязательно завоюет. Ни для чего, просто так. Чтобы понять, на что она способна. Есть ли в ней вообще что бы то ни было, кроме наследства чародеев Арка и Хозяина Ливней. Может ли она обрести иной смысл существования, чем вечную войну всех против всех?
Золотой пайцзы с ней больше не было. Зловещая вещица сыграла свою роль, не то потерявшись, не то сгорев в пламени преображения. Да и к чему она, если Сильвия теперь твёрдо знает, кто она и откуда?
Правда, знание это лишь из прошлого. Куда важнее — кем она сделается, в тот день, когда вырвется из этой ловушки.
Несколько раз сова замечала медленно тянущихся над океаном странных существ, заключённых в красноватые сферы из призрачного пламени, чувствовала их смертное отчаяние, их несказанную муку — и могла лишь дивиться силе, втянувшей их в Эвиал. Знать бы ещё в точности, зачем…
…Сильвия миновала кинтский маяк, перед ней расстилалось Море Клешней, совсем недавно она уже пересекла его, правда, не на собственных крыльях, а на мачте имперской галеры, где по палубам бродили мёртвые солдаты в ало-зелёных шипастых доспехах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
