— Но разве… Ах да, откуда вам знать…
— Что? — встревожился я.
— Нет у нас больше церкви, — пролепетал он, — а церемонию бракосочетания… решили не отмечать так торжественно… Это была просьба леди Беатриссы… а лорд Эстергазэ милостиво пошел ей навстречу.
Я спросил страшным голосом:
— И что? Как? Где?
— В небольшой, наскоро построенной часовне, — ответил он поспешно, — это на другой стороне замка. В присутствии лишь свидетелей. Без гостей.
Я бросился к дверям.
— Бегу!
Он помчался следом, я слышал его удаляющийсзд голос:
— Но церемонию перенесли на два часа вперед…
Я несся по винтовой лестнице вверх с такой скоро стью, что стена шипела от трения. Ноги быстро стал как чугунные тумбы, воздух в груди разогрелся так, что едва не вырывался длинным языком огня.
Когда высоко впереди показалась дверь, я уже хрипел и хватался за стены. Но дверь отворилась от толчка^ я вывалился, намереваясь обогнуть главное здание броситься к часовне…
Колени подогнулись: из часовни выходят рука с руку Франк Эстергазэ и леди Беатрисса. Ленты с ее фаты исчезли, знак, что из невест перешла в законные жены.
Я хрипел, пот заливает глаза, легкие лезут из горла, смертная тоска охватила душу. Я внезапно ощутил себя человеком этого мира, когда вот эта нелепая церемония значит так много: минуту тому это еще невеста, она свободна, но ты не успел — и вот уже принадлежит другому, не смей и соваться, кто опоздун — тот опездол.
Я вас люблю, чего лукавить, но я другому отдана и буду век ему верна…
Тоска и чувство безнадежности охватили душу с такой силой, что хотелось опуститься под этой стеной, опустить голову на грудь и умереть.
Я не знал, сколько так просидел, но снизу зашелестели шаги, показался запыхавшийся Миркус.
— Вас могли заметить! — сказал он свистящим шепотом.
Я проговорил вяло:
— Не видно, войска ее братьев не подошли?
— Насчет войск, — прошептал он, — не слышу, но небольшие группки уже вблизи стен.
— Надо как-то впустить. Он всмотрелся в мое лицо.
— Что с вами, сэр?… Я знаю место, где можно попасть в замок не то чтобы легко, но… можно. Однако там всегда дежурит пять стражей. Они сразу поднимут тревогу…
Я заставил себя подняться.
— Показывай дорогу.
Замок расстраивался, перестраивался и достраивался многочисленными хозяевами, так что единая система обороны не то чтобы потеряна, она смята, раздроблена. Замок можно захватить даже без магии, если действовать очень грамотно.
Пятеро стражей в небольшом помещении, трое смотрят в окошки, двое играют в кости. Я прикидывал, как лучше ворваться и постараться сразить всех, не дав им поднять тревогу, но Миркус тронул меня за локоть.
— Не получится.
— Что?
— А то, что вы задумали.
— Ты и мысли читаешь?
— Они у вас написаны на лбу. Я нахмурился:
— А что получится?
— Позвольте мне…
Он пошептал, сделал пассы, из сумки появился медный кувшинчик, а он, закрыв пальцами ноздри, осторожно вытащил пробку из дерева. Я на всякий случай задержал дыхание, а Миркус бросил кувшинчик на середину комнаты.
Все пятеро подпрыгнули на металлический звук, уставились на катящийся по полу неизвестно откуда появившийся предмет. Почти сразу трое, что были на ногах, медленно сползли по стенам на пол, а у сидящих головы упали на грудь.
— Здорово, — сказал я пораженно. — И долго они так?
— Около часа… Главное, потом никакой головной боли.
— Ну, главное не это, — проворчал я. — Слишком ты заботливый. Пацифист, наверное, латентный.
— Да, — ответил он смиренно, — не люблю резни.
— Я тоже, — сообщил я ему шепотом. — Предпочитаю вешать. Или, как наша святая церковь… без пролития крови.
Он содрогнулся, взгляд метнулся испуганный. Я пожалел о грубой шутке, добавил с улыбкой:
— Там, где будет моя власть, будут править законы. Никакого своеволия самодуров вроде меня!
Он слабо улыбнулся. Я начал тащить из-за пазухи веревку, но Миркус отворил дверцу в кладовку. В его руках появилась длинная лестница. Мы опустили ее в окно, я высунулся и помахал руками.
.Через пару минут лестница задрожала, показалось бледное, но решительное лицо Маздэя.
— Слава богу, — выдохнул он. — Мы чего только не думали…
— Залезайте, — распорядился я. — И запускайте лучников. У вас они, похоже, даже лучше, чем у окрестных лордов. По крайней мере, луки композитные.
Он протиснулся в окно, тяжело рухнул на пол и еще оттуда оглядел меня удивленно.
— Так это и есть ваши знаменитые доспехи?… Кстати, там к нам присоединились ваши рыцари. Оказывается, уже давно рыщут вокруг замка, выискивают, с какой стороны напасть.
— Как, — вырвалось у меня, — разве леди Беатрисса не велела всем оставаться в замке?
Он хмыкнул, посмотрел на меня с интересом.
— Велела. Но, наверное, в вас все-таки есть что-то стоящее…
— Откуда вдруг такие выводы?
— Даже часть ее вассалов после отъезда госпожи… передумала. И, наскоро собрав всех, кто был поблизости, двинулись сюда. А если так вам верны, то вы не самое мелкое, что есть на свете.
Я выпрямился во весь гигантский рост, посмотрел на него сверху вниз.
— Надеюсь.
Он высунулся в окно и прокричал трижды совой. В ответ донесся тоскливый волчий вой. Маздэй сказал быстро:
— Все в порядке. Вы уже разузнали, куда идти? Я кивнул на молчащего Миркуса.
— Вот он проведет. А я пока пройду вперед. Ждите сигнала. Не здесь, конечно!
Я крался по коридору, стараясь не топать, не шелестеть, ничего не задевать, именно по таким признакам и вылавливают невидимок. Челядь и немногочисленные стражи даже не глядели в мою сторону, но я все равно прижимался к стенам и время от времени, избегая столкновений, втискивался за статуи.
Попался богато одетый вельможа с обрюзгшим лицом и длинными висящими усами, что-то его насторожило, я замер, задержал дыхание. Нога моя зависла в воздухе, он остановился, ощупывая многочисленные амулеты на груди, буркнул что-то под нос и двинулся дальше.
Первый колдун попался внизу у лестницы, я чуть было не столкнулся с ним, когда он неожиданно появился из-за поворота. Я с грацией балерины отпрыгнул на цыпочках, чтобы не наткнулся, тут невидимость не поможет. Был опасный момент, когда колыхнулся воздух, а колдуны читают запахи так же хорошо, как и гончие псы, но колдун слишком устал и запыхался, поднимаясь по ступенькам, так что прошел мимо, сопя и отдуваясь.
Второй застыл в неподвижности на фоне гобелена и наблюдает за гостями, почти такой же незримый, как и я. Я тоже присматривался именно к гостям, изображающим броуновские частицы, и потому едва не натолкнулся на него, как муравей натыкается на засевшего в засаде муравьиного льва.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
