после начала экскурсии, мы легко смогли бы уничтожить месячный запас шоколадной продукции вышеозначенной фабрики! Однако, воспиталки, прекрасно осведомленные о наших троглодитских способностях, не позволили нам оставить весь город без шоколада. Думаю, вам понятно, что после такого варварского нашествия вход на кондитерскую фабрику для детдомовцев был закрыт навсегда!
Но пуще Большого театра и шоколадной фабрики мне запомнились два человека, которые в рамках шефской помощи приехали к нам в интернат и произвели на меня совершенно громадное впечатление! Первым был знаменитый эстрадный и оперный певец Юрий Гуляев. Будучи известным на весь Советский Союз артистом, он не гнушался, при случае, петь свои песни далеким от искусства детдомовцам!
Помню, как к его приезду всех нас согнали в актовый зал и я, в общем-то привыкший к тому, что там ничего кроме скучнейшей фигни никогда не происходило, с большим неудовольствием поплелся на это мероприятие. А вышел оттуда потрясенным до глубины души, потому что Гуляев своим удивительно мощным голосом и невероятной энергетикой взорвал к чертям собачьим наши затхлые, казенные стены!
«Забота у нас простая,
Забота наша такая:
Жила бы страна родная,
И нету других забот!
И снег, и ветер,
И звёзд ночной полёт.
Меня мое сердце
В тревожную даль зовёт
Ну, разве можно было юному пятнадцатилетнему бунтарю-подростку, не откликнуться всей своей трепетной мальчишеской душой на эти проникновенные слова:
Пока я ходить умею,
Пока глядеть я умею,
Пока я дышать умею,
Я буду идти вперёд!
И снег, и ветер,
И звёзд ночной полёт.
Меня мое сердце
В тревожную даль зовёт
Юрий Гуляев показался мне тогда проводником каких-то высших сил, который с несокрушимой верой в собственные убеждения пел о чем-то, запредельно для меня светлом и притягательном:
Не думай, что всё пропели,
Что бури все отгремели.
Готовься к великой цели,
А слава тебя найдёт!
И снег, и ветер,
И звёзд ночной полёт.
Меня мое сердце
В тревожную даль зовёт».
Другим очень важным в моей жизни человеком, о встрече с которым можно было только мечтать, стал Колесников Александр. Это был легендарный герой Великой Отечественной войны, сын полка, который в двенадцать лет не раз ходил за линию фронта и выполнял с огромным риском для жизни ответственейшие боевые задания!
Однажды после подрыва железнодорожного моста с эшелоном боеприпасов Александр попал в плен к немцам и был прибит ими гвоздями к стене сарая! От верной смерти его спасли русские разведчики, которые отбили бесстрашного мальчугана из рук карателей. Спустя много лет после войны Александр показывал нам, детдомовским мальчишкам, следы на ладонях, оставшиеся от эсесовского распятия.
Я смотрел на него во все глаза, буквально забывая дышать от восторга – еще никогда мне не доводилось видеть вживую так близко от себя настоящего Героя, который в войну (подумать только!) был младше меня на три года и, тем не менее, совершал немыслимые для своего возраста подвиги!
Это именно о нем, маленьком отважном солдате Колесникове Александре, был снят впоследствии знаменитый советский фильм «Это было в разведке», в котором, среди прочего, прозвучала песня, тут же полюбившаяся многим детдомовцам, поскольку там были такие, понятные любому из нас строки:
«Разгулялася гроза
На крутых, на горных склонах,
Ночью выпал из гнезда
Соколенок, соколенок.
Зря его искала мать:
Голос был и слаб, и тонок —
Не умел еще летать
Соколенок, соколенок.
Я домой его принес,
Свил гнездо в кустах зеленых.
Оперился и подрос
Соколенок, соколенок.
Он подрос, и осмелел,
И с мечтою затаенной
В небо синее смотрел,
Соколенок, соколенок.
И взлетел он по весне,
И обратно с небосклона, —
Прилетал всегда ко мне
Соколенок, соколенок.
Вот опять летит он ввысь
В тучах, солнцем озаренных.
Обязательно вернись,
Соколенок, соколенок!»
Глава 50
Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого не жалели!
Из песни «Мое поколение», на слова Семена Гудзенко
Как же не любил я в детстве, когда меня пытались пожалеть! Мне казалось, что нет ничего более унизительного для человека, чем вызывать по отношению к себе чью-то, оскорбляющую его, жалость. «Ах, они бедные, несчастные сиротки – сжальтесь над ними!» – тьфу ты, и как только такая нелепая глупость могла прийти в головы, считающим себя умными, взрослым?!
Да знаете ли вы, что нам ваша дурацкая жалость на хрен не нужна?! Перестаньте уже, наконец, лить свои крокодиловы слезы и зарубите себе на носу: «Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого не жалели!». Уверяю вас, детдомовцы меньше всего думают о том, какие они «бедные и несчастные» и как «чудовищно не повезло им в жизни». Вот и вы лишний раз не трындите о нашей «тяжелой судьбе», а лучше подумайте о своей – пользы от этого будет куда больше.
Впрочем, бывают и среди детдомовцев такие экземпляры, которые ловко научились паразитировать на вызываемом к себе сострадании. Ведь оно дает им возможность почувствовать себя незаслуженно обделенными и даже обидеться на окружающих. О, это сладостно-притягательное чувство обиды, помогающее «обиженке» утвердиться в образе жертвы и оправдать собственную никчемность. Сколько идиотов захватило оно в свои коварные сети!
Человек любит ведь на пустом месте обидеться, не так ли? Это еще Федор Михайлович (который – Достоевский) верно заметил. Иногда без всякой причины сочинит себе какое-нибудь огорчение и давай обсасывать его, как ребенок любимую соску! Некоторые со своими обидами никогда не расстаются – лелеют и растят их до бесконечности. Хотя толку в этом все равно никакого нет, поскольку «на обиженных – воду возят».
Вроде и жалеть-то дурака не за что («Сирота» – говоришь? А кому сейчас легко?!) и все равно мучается, страдает, изнывает болезный, пыльным мешком по голове прибитый, от допущенной по отношению к нему «вопиющей несправедливости»… Ну, что за народ, эти нытики? Сами в жопе сидят, по уши в говне – им бы выбраться оттуда побыстрее, а они постоянными жалобами и стонами загоняют себя в клоаку еще глубже!
Запомните раз и навсегда – никто за вас ваши проблемы не решит! По малости
