Герард отдал честь.
— Вы не принадлежите к числу моих рыцарей, сударь, — уверенно проговорила она. — Я люблю видеть лица тех, с кем говорю. Снимите, пожалуйста, шлем.
Герард удивился: она сразу поняла, что он не ее рыцарь, хотя ничто в его облике не говорило о том, что он прибыл из Квалинести, Оплота или какой-либо другой части Ансалона. Он снял шлем, назвал свое имя и поведал более или менее правдивую историю. Говорил он уверенно, но, отклоняясь от истины, с трудом подыскивал слова. Его сковывало неприятное ощущение, что она знает о нем куда больше, чем он сам.
— Каково же содержание сообщения маршала Медана? — поинтересовалась Мина.
— Вы являетесь новым Повелителем Ночи? — спросил в свою очередь Герард, почему-то почувствовав себя неловко. — Прошу прощения, но сообщение маршала адресовано непосредственно Повелителю Ночи.
— Подобные титулы бессмысленны в глазах Единого Бога, — последовал ответ. — Я Мина, Его покорная слуга. Вы можете передавать мне сообщение, а можете и не передавать. Мне безразлично.
Герард был совершенно сбит с толку. Он не осмеливался взглянуть на Одилу, хотя ему было важно понять, как она реагирует на происходящее. Он понятия не имел, как ему поступить, сознавая, что в любом случае будет выглядеть глупо в этих янтарных глазах.
— Я все-таки озвучу послание маршала Медана, — сказал наконец Герард, с удивлением услышав в собственном голосе уважительные нотки. — Страна Квалинести подверглась нападению драконицы Берилл. Маршалом Меданом получен приказ разрушить Квалиност. В случае, если он не выполнит приказ, Берилл займется этим сама. Кроме того, она приказала уничтожить всех эльфов этой страны.
Мина ничего не ответила и лишь легким кивком дала понять, что внимательно слушает.
Герард перевел дыхание и продолжал:
— Маршал Медан позволяет себе напомнить Повелителю Ночи, что нападение на Квалинести является нарушением пакта, заключенного между великими драконами. Маршал не без основания опасается, что, если о подобном нарушении станет известно Малистрикс, может вспыхнуть война между драконами, которая опустошит весь Ансалон. Маршал Медан не считает себя обязанным повиноваться приказам Берилл и ожидает распоряжений от своего непосредственного командира, Повелителя Ночи. Маршал Медан со всем возможным почтением осмеливается напомнить, что разрушенные города приносят мало дохода, а мертвые эльфы не платят дань.
Мина едва заметно усмехнулась. Невольная улыбка согрела янтарный блеск глаз, и ее взгляд показался Герарду потоком меда.
— Повелитель Таргонн, безусловно, проникся бы важностью последнего аргумента. Покойный Повелитель Таргонн.
— Я с сожалением узнал о его смерти, — произнес Герард из вежливости. Словно отвечая на его слова, лучник ухмыльнулся, будто знал, какие чувства владеют Герардом на самом деле.
— Таргонн сейчас с Единым Богом, — отозвалась Мина торжественно. — Он совершал в своей жизни ошибки. Но теперь он осознал их и раскаялся.
Герард понятия не имел, что ему сказать в ответ. И вообще, кто такой Единый Бог, о котором ему все время твердят? Спросить он не осмеливался, поскольку как Нераканский Рыцарь, вероятно, должен был знать об этом.
— Я слышала о Едином Боге, — раздался вдруг дерзкий голос Одилы. Не обратив никакого внимания на предостережение Герарда, ущипнувшего ее за лодыжку, она продолжала: — Мне говорил о нем один из вралей-жрецов Цитадели Света. Богохульство! Вот мое мнение. Всем известно, что Боги оставили нас.
Мина подняла глаза на Одилу.
— Боги, может быть, и оставили нас, соламнийцев, — медленно произнесла она, — но они не оставили меня. Освободите эту женщину, снимите с нее веревки. Помогите слезть с лошади. Не бойтесь, она не убежит. Да и куда ей, собственно, бежать?
Герард сделал, как было велено, и подал Одиле руку.
— Вы хотите погубить нас обоих? — чуть слышно прошипел он, делая вид, что развязывает узел веревки, стягивающий запястья. — Сейчас не время для теологических дискуссий!
— Зато у меня теперь развязаны руки, не так ли? — И Одила кинула на него выразительный взгляд.
Со злости рыцарь дал ей толчка, она чуть не упала, но удержалась на ногах и оказалась рядом с Миной, которая едва доставала ей до плеча.
— Никаких Богов больше нет, — повторила Одила с чисто соламнийским упрямством.
Герард не представлял, какую игру она ведет и чего хочет добиться, и потому остался настороже, готовый в любую минуту подхватить ее замысел.
Мина не казалась ни рассерженной, ни раздосадованной. Она терпеливо смотрела на Одилу, как смотрит мать на избалованного малыша, готового расплакаться, и внезапно протянула ей свою руку.
Одила посмотрела на Мину с немым изумлением.
— Возьмите меня за руку, — спокойно произнесла Мина.
— Делай, как она говорит, проклятая соламнийка, — приказал Герард.
Одила бросила на него негодующий взгляд. Нет, это не отвечало ее замыслу. Герард вздохнул. Одила смотрела на Мину и явно не собиралась повиноваться. И вдруг ее рука медленно потянулась к Мине. Одила перевела испуганный взгляд на собственную руку, как будто та действовала независимо от ее воли.
— Что это за колдовство? — вскричала она. — Что вы со мной делаете?
— Я ничего не делаю, — ответила Мина. — Просто твоя душа потянулась ко мне.
И Мина взяла руку Одилы в свои.
У соламнийки перехватило дыхание, хотя Герард видел, что Мина не желала причинить ей боль. Слезы выступили на глазах Одилы, она до крови прикусила губу, рука ее нервно вздрагивала. Она хватала ртом воздух и всеми силами старалась перетерпеть боль, но в конце концов ноги ее подкосились, и она рухнула на колени. Слезы струились по ее щекам, она опустила голову.
Мина подошла ближе к Одиле и погладила длинные черные волосы.
— Теперь ты убедилась сама, — тихо произнесла она. — И все понимаешь.
— Нет! — захлебнулась в рыданиях Одила. — Нет, я не верю!
— Веришь, — возразила Мина и, взяв Одилу за подбородок, заглянула ей в глаза. — Я не лгу тебе. Ты сама лгала себе. Когда ты умрешь, ты отправишься к Единому Богу, и там лжи не будет.
Одила диким взглядом смотрела на Мину.
Герард вздрогнул так сильно, будто холод пробрал его до самого сердца.
Лучник шагнул к Мине и что-то зашептал ей на ухо. Она выслушала и кивнула.
— Капитан Самоал говорит, что ты можешь дать нам ценные сведения относительно обороны Соланта. — Мина улыбнулась. — Мне такая информация не нужна, но она нужна капитану. Поэтому тебя сперва подвергнут допросу, а потом предадут смерти.
— Я не скажу вам ничего, — глухо ответила Одила.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
