и в этом прикосновении читалась вся невысказанная любовь, все те слова, что так и не были произнесены за годы.
— Живи счастливо и не думай ни о чем. Твой мир отныне здесь, а они… — он медленно обвел взглядом собравшихся, и в каждом из них увидел отражение будущего Саноми — светлое, полное надежд и новых дорог. — Они теперь твоя семья. А за меня не беспокойся. Мне есть что рассказать Арэну Дэсу.
Саноми пристально взглянула в его глаза, пытаясь прочесть скрытую истину. В ее взгляде смешались тревога и отчаянное желание понять.
— О чем именно? — тихо спросила она, чуть подавшись вперед.
— А это для тебя неважно, — он склонился к ее уху, и голос его стал едва уловимым шепотом, полным тайн и обещаний. — Просто знай: я все делал во благо нашего мира. Может быть, когда-нибудь мы свидимся, но в новом качестве.
— Ты говоришь загадками, дядя, — прошептала Саноми, сжимая пальцами его рукав.
— Прощай, Саноми, — произнес он, мягко отстраняясь. — Берегите ее.
— Мы даем слово, что Саноми не пожалеет, что осталась в нашем мире! — заявил Ашар, и его голос эхом разнесся по залу, словно клятва, высеченная в камне. — Ее судьба теперь наша общая забота.
— Она под нашей защитой, — твердо добавил Рейз. В его глазах пылала непоколебимая клятва — Никто и ничто не причинит ей вреда. Мы станем ее щитом и опорой.
Лика шагнула вперед, раскрыв объятия.
— И моя названая сестра, — сказала она, заключая Саноми в теплые, надежные объятия. — Теперь ты дома.
Саноми закрыла глаза, чувствуя, как слезы катятся по щекам, но в груди разгорается огонь — не страха, а новой решимости. Она глубоко вдохнула, впитывая тепло друзей, и тихо произнесла, оборачиваясь к дяде и охотнику.
— Я буду помнить. Всегда.
Эррос Морос кивнул, последний раз взглянул на племянницу, затем повернулся к Арэну Дэсу. В его глазах читалась тихая благодарность не только за возможность попрощаться, но и за то, что этот суровый воин понял без слов глубину его чувств.
— Благодарю, что дал попрощаться с ней, — тихо произнес маг, и в голосе его прозвучала редкая для него мягкость.
Арэн Дэс молча кивнул в ответ. Без лишних слов он схватил мага за цепи — металл глухо звякнул, отзываясь на решительное движение. Шагнул в пульсирующую воронку, где вихрились потоки иной реальности, а затем, уже на грани исчезновения, обернулся.
— Прощайте, — коротко бросил он тем, с кем судьба столкнула его на этом пути. В его голосе не было ни горечи, ни сожаления — лишь спокойная твердость.
И в тот же миг портал захлопнулся с глухим хлопком, оставив после себя лишь легкое мерцание в воздухе. Оно дрожало, словно последний отголосок ушедших, а потом медленно растаяло — так же быстро, как сон, едва коснувшийся сознания.
В зале повисла тишина. Она была не гнетущей, а какой-то особенной, словно пространство еще хранило эхо прощания, еще помнило силу слов и взглядов, только что пролетевших сквозь него.
Саноми стояла неподвижно, все еще ощущая тепло руки дяди на своем плече. Ее пальцы невольно сжались в кулак, будто пытаясь удержать то, что уже ушло навсегда. Но в сердце, вопреки боли, разгорался тихий свет — свет новой надежды.
Остальные тоже молчали. Тишина опустилась на собравшихся, тяжелая и одновременно светлая. Каждый понимал: это не просто прощание. Это начало новой главы для Саноми.
Никто не знал, что ждет демарийца и мага в их мире. Какова будет их судьба.
Лика медленно опустила глаза на свое запястье. Ее пальцы коснулись шрама — тонкой линии, хранящей память о связи, которую не разорвать расстоянием.
— Охотник сказал, что он исчезнет, когда колдун умрет, — тихо произнесла она, будто разговаривая сама с собой.
Иви мягко положила ладонь на ее шрам. Ее прикосновение было легким, как дуновение ветра, но в нем чувствовалась сила, способная утешить и укрепить дух.
— Пока он жив, он связан с тобой. И неважно, в каком мире он находится.
— Надеюсь, что в Арион он никогда не вернется, — прошептала Лика, сжимая пальцы в кулак.
— Его история, как и Арэна Дэса, для нас завершена, — сказала Иви, глядя на место, где только что был портал.
А где-то далеко, за гранью миров, Эррос Морос шел рядом с Арэном Дэсом, и в его сердце звучала тихая, но твердая уверенность: все было не зря.
— А вот история Нэрри и Канмина, я надеюсь, для нас не завершена, — с легкой улыбкой добавила Лика, и в ее глазах вспыхнули искорки надежды, словно звезды, обещающие свет в темноте.
— Девчонки, — окликнул их Айс, прерывая задумчивое молчание. Его голос звучал бодро, но в нем угадывалась тень усталости. — Давайте убираться отсюда. Этот зал и само место уже начинает действовать мне на нервы.
Рейз мрачно кивнул, его взгляд устремился к клетке, где скованная сидела Хасашан — убийца его семьи. В его глазах вспыхнул холодный огонь, а голос прозвучал как удар молота:
— Но сперва мы заберем Хасашан. Ей придется ответить за все.
С этими словами Рейз решительно направился к клетке, и остальные безмолвно последовали за ним. В воздухе повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь глухим эхом шагов.
Подойдя к прутьям, Рейз достал кандалы. Металл холодно блеснул в тусклом свете.
— Руки, — коротко приказал он.
Хасашан медленно подняла взгляд. В ее глазах не было ни страха, ни раскаяния — лишь холодная пустота. Тем не менее она подчинилась — вытянула руки вперед, и Рейз с резким щелчком замкнул кандалы на ее запястьях.
Шакал открыл дверь клетки. Хасашан поднялась, едва заметно покачнувшись. Ее движения были скованными, но в них еще тлела искра непокорности. Она окинула взглядом собравшихся, на миг задержав взгляд на Саноми, после чего молча направилась к выходу.
Они вывели Хасашан из зала. Коридоры эхом повторяли их шаги — мерные, решительные, но оказавшись на развилке все остановились.
— Куда нам повернуть? — тихо спросила Иви, оглядываясь на безмолвную Хасашан. Та шла, опустив голову, словно тень самой себя: взгляд потух, плечи поникли, и лишь цепи на руках напоминали, что это все еще живая плоть, а не призрак минувших бед.
— Я знаю куда, — твердо произнес Шакал и первым рванул в темный коридор туннеля.
За ним устремились остальные. Шакал шел впереди — уверенно, будто видел невидимую нить пути. Он вел их через извилистые переходы, мимо каменных стен, хранящих эхо забытых времен. Время тянулось, как тягучий мед, но вот впереди забрезжил свет…
Солнечный свет ударил по глазам, ослепляя после мрака подземелий. Перед ними раскинулась изумрудная зелень
