не противоположный край континента.
– За него не переживай, там большой по нашим меркам город, и цивилизация относительно сохранилась, – здесь я, конечно, слукавил, но надо же было как- то успокоить ребёнка на первых порах… – А что с вашим третьим?
– Флажка нет… Браслет то ли отключён от питания, то ли уничтожен…
– Думаешь, он жив?
– Браслет продолжил бы подавать сигнал и на мёртвом, будь он в рабочем режиме… Но флажок был бы чёрного цвета.
Я налил Катрине воды. Она осушила стакан в один присест, и я наполнил его снова.
– Не паникуй. Если они живы – то за себя постоят. Провизия в шлюпке есть?
– Да. Места занимает мало, а хватает на пять дней. Надо и мне свои вещи забрать…
– Уже забрал. Всё на свете проклял, пока снимал парашют.
– Спасибо… Так что в этих краях происходит?
– Народ перешёл к натуральному хозяйству и натуральному обмену, а кое-где, по слухам, – и к рабовладению. Грамотна хорошо если половина, – ответил я. – Но боюсь, на большой земле всё ещё хуже, особенно там, где были мегаполисы и промышленность. Сама посуди, каких бед может наделать оставшийся без контроля химический завод или атомная электростанция… А главное – оружие, ставшее доступным всем и каждому. И будь проклят тот, кто первым ввёз оружие в Антарктиду, неважно, Штаты это, Советы или частная лавочка…
– А Линдона откуда знаешь? Работал с ним?
– Ещё чего!.. В одном с ним виртуальном пространстве живёт искусственный интеллект по имени Вильгельмина. Она и рассказала про это чудовище. Жаль, что поздно…
– С ума сойти! Она была с нами там, на Луне… И первая нас предупредила… – Катрина встала и заходила туда-сюда. – Так и не узнали до конца, кем она была… Даже думали, что аватаром самого Гериона. Чтобы мы ей доверились.
– Я жив благодаря ей. Она предупредила меня о катастрофе и попросила сообщить «Крылатому Солнцу».
Кэт подавилась водой и так закашлялась, что я испугался, как бы первый межпланетный контакт не окончился похоронами.
– Так это ты её возлюбленный с Земли?.. – воскликнула она, вновь обретя способность нормально дышать. – Но почему она не обратилась к властям всего мира, если знала наперёд? Почему этого не сделал ты?
– Я сказал всем, до кого смог достучаться. А она утверждает, что не успела…
– Ты веришь?
– Больше мне верить нечему…
– Ну-ну… Хорошо устроился сам – и ладно. И плевать ты хотел на других…
– Вреда от меня тоже никому нет.
– Ах, да? Может, помогаешь жителям в голодные годы?
– Ты этих жителей видала? – девчонка умудрилась разбудить во мне что-то похожее на ярость, хотя норадреналину в моём организме неоткуда было взяться. – Они пытались ни за что ни про что меня грохнуть и сжечь. А я ведь продавал им очень хорошие семена…
– Продавал? Просто поделиться – это так тяжело?
– Не поймут. И вообще, кто-то дал тебе полномочия меня воспитывать?
Надо было видеть её лицо: зарвавшемуся ребёнку будто дали куснуть ежа или поцеловать скунса.
– Но был же шанс не допустить этого всего… – прошептала она.
– Кто знает, что бы ты здесь нашла. Быть может, радиоактивную пустыню. Или один гигантский карьер с уничтоженной флорой и фауной… Я потому и не люблю сослагательного наклонения. Теперь твоя очередь отвечать: где была Вильгельмина в тот момент, когда вы, ребята, пытались извести Линдона?..
– Этого я тоже не знаю, – выплюнула Кэт, взбешённая тем, что я приструнил её марсианское высочество. – Это может сказать только Вайолет, он погружался в местный мертвятник. Разыщем его – получишь ответ. Вильгельмина дала им с Уинстоном попасть на «Сольвейг». Может, я расскажу всё с самого начала?..
– Утро вечера мудренее, Кэт, – я вдруг почувствовал, насколько сам устал от сегодняшнего приключения (разумеется, морально, а не физически). – Завтра поговорим на свежую голову. Ложись в моей жилой комнате, а я посплю в коттедже…
– Можно взять с собой собаку или кошку?
– Хоть всех разом!
Разумеется, Катрина проспала всё утро, и будить её у меня не поднялась рука. Я не поленился закопать марсианскую капсулу в землю, чтобы лучше спрятать её от чужих глаз. Вернувшись к обходу леса и проверяя, как прижились новые деревца, я соображал, как теперь поступить. Встревоженный судьбой Вильгельмины, я хотел во что бы то ни стало найти Вайолета и услышать правду, какой бы она ни была. То, что Ви до сих пор не объявилась и не сообщила мне радостную весть об освобождении Земли от инопланетного гнёта, значило, что либо Герион победил, либо вирус Вайолета уничтожил мою любимую вместе с ним. Думать о последнем было больно, но не так страшно, как я мог бы представить. Это сказывалась эйфория от появления в моём доме и моей жизни живого человека более высокой культуры, чем моя собственная…
В тот момент я ещё не знал всей правды о взаимосвязи Гериона Линдона и Вильгельмины: она открыла мне лишь половину, опасаясь – и не безосновательно – что я оттолкну её. Таким образом, я не ведал об опасности, которая повисла над нами… Я уже заходил в маскирующий лабораторию коттедж, который выглядел теперь совершенно запущенным снаружи и изнутри, когда любимый голос коснулся моего сознания.
– Велиард, милый!..
– Ви? Солнце ясное! Ви, ты как? – я не подумал это, а «закричал» сквозь голосовой синтезатор, который использовал при разговоре с людьми и животными. – Катрина рассказала мне про вирус…
Я остановился, вдруг осознав свою преступную неосторожность. Открыв мне важнейшие факты о Герионе, Ви с тех пор не раз предупреждала: он может говорить любым голосом и, если нужно, может говорить и от её лица. Но мне так сильно хотелось верить, что этой угрозы над нами больше нет, что я сказал самое важное, прежде чем подумать…
– Так марсиане с тобой?.. Плохо дело. Герион будет их искать, и я не хочу, чтобы он набрёл на тебя…
– Не волнуйся, они ушли ещё на рассвете, – соврал я на всякий случай. Настоящая Вильгельмина простит.
– Куда же?
– Они спросили дорогу в Мирный, – сказал я. – Если подумать, им здесь и податься больше некуда.
– Сколько их было?
– Трое.
– Раненые есть?
– Нет. Все отдохнули и прекрасно себя чувствуют.
– Спасибо, у меня гора свалилась с плеч! Жаль, конечно, что Линдона они не одолели. Но его и не одолеть, увы. Нужно было раньше осознать это, и тогда ребята не рисковали бы жизнью зря.
А вот и нет, Герион. Рисковали бы всем твоим козням назло. Тем, кто выживал на Марсе столько лет – сначала в экономической блокаде, а потом и после Блэкаута, браться за невозможные дела – дело привычки. И я надеюсь, что они либо их товарищи тебя всё-таки добьют. И я – раз уж наши пути так вовремя пересеклись – помогу хотя бы Катрине.
Содрогаться от омерзения я не мог физически, но мозг быстро вспомнил, как это происходит, когда я перевёл наш разговор в романтическое русло. Я попытался сделать вид, что марсиане были для меня малозначимым, мимолетным приключением – ничем по сравнению с моей любовью к Ви. И, должно быть, это слишком нарочито у меня получилось, потому что Герион не упустил возможности съязвить:
– А девочка из марсианской экспедиции красивая? Я ведь так её и не видала.
– Признаться, низкая гравитация Марса на внешность повлияла плохо, – ответил я. – Но как Линдон-то сумел уцелеть? Вайолет рассказал, что использовал лучшие вирусы…
– Да, но ни он, ни даже я не знали, сколько у Гериона серверов и резервных копий. Ты не можешь и представить, насколько быстра его реакция на угрозы. Он уже сумел восстановить часть данных за прошлый день. Иначе откуда бы я знала о марсианах?..
– И правда…
Действовать нужно было мгновенно: я не надеялся, что собью его со следа на сколько-нибудь долгое время. К своему ужасу, войдя в коттедж, я застал там Катрину, возобновившую попытки вызвать своих.
– Кетцаль, Спрут! Лиса вызывает! Ребята, откликнитесь, прошу!..
Я был настолько взбешён, что и голосовой модуль не поленился перевести в режим «ярость».
– Отключайся, живо!
Она подскочила, как от укола…
– Если минуту назад у нас был шанс
