куриц, про яблочное бренди… При желании он мог бы учинить Бредбедлу недурную бомбардировку и, как знать, повредить его обшивку. Но Лэйд не собирался делать ничего подобного.
- Как найти прошлогодний снег? – спросил он вслух.
- Выйти на улицу первого января, - почти тотчас отозвался Бредбедл, - Что больше, сумма всех цифр или их произведение?
Самое главное в любой игре – усыпить бдительность противника. Делать нарочно слабые подачи, чтобы тот преисполнился уверенности в своих силах, а потом… Лэйд мысленно усмехнулся. Потом он небрежно вытряхнет из рукава какую-нибудь заковыристую, специально отложенную штучку, выглядящую бесхитростной и простой, но опасную, как боевая палица полинезийцев. И Бредбедл, проглотив наживку, проглотит ее, не заметив подвоха…
Позволив приятному течению мысли увлечь себя, Лэйд едва не позабыл вопрос, заданный Бредбедлом. Что больше, сумма всех цифр или их произведение? Конечно, произведение. Для того, чтобы понять это, не нужно быть великим мудрецом, достаточно знать пару правил арифметики.
- Про…
Дадди внезапно закашлялся. Он наблюдал за поединком молча, морща лоб и тараща глаза, но явно не понимая и половины происходящего. Полли не умеют играть в загадки. Их рассудок устроен не на европейский манер, а по-особенному, он не в силах совладать с аллюзиями, иносказаниями и метафорами, на которых зиждятся многие загадки, оттого это занятие кажется им абсолютно бессмысленным. Даже противоестественным – как ритуальные танцы в свете луны для их бледнокожих собратьев.
Лэйд покосился на него с досадой.
- Произ…
Дадди закашлялся вновь, судорожно стуча себя по впалой груди, свободной рукой чертя в воздухе какие-то извиняющиеся жесты. Чертова старая развалина, мало того, что он него и прежде не было толку, так и сейчас…
Произведение. Пользуясь тем, что несчастный полли все еще содрогался в кашле, Лэйд на всякий случай произнес это мысленно. И ощутил короткий булавочный укол в основании черепа. Что-то было не так. Где-то подвох. Но ведь вопрос яснее ясного и формулировка проста. Сумма всех цифр безусловно будет меньше произведения, это понимает даже мальчишка, вызванный к доске, потому что…
Лэйду захотелось закатить самому себе крепкую оплеуху.
Старый идиот. Расставляя силки Бредбедлу, ты сам так расслабился, что едва не свернул себе шею. Всех цифр, Чабб! Цифр!.. Это значит, девять символов от единицы до девятки. И ноль. Та круглая штука, которая ничего не значит и которую ты с особенным сожалением записываешь в свои пухлые гроссбухи. Будучи умноженной на ноль, любое число превращается в ноль, не так ли?
Ловушка.
- Сумма, - медленно произнес Лэйд, борясь с желанием вытереть со лба холодный липкий пот, - Конечно, сумма.
Он не сразу понял, что продолжительный скрежет, издаваемый Бредбедлом, это не просто хаотичный набор отвратительных звуков, издаваемых его броней. Смех. Бредбедл смеялся. Его лопнувшие закопченные глаза с интересом взирали на Лэйда свысока. Он ждал, понял Лэйд. Подсунул мне ловушку и хладнокровно ждал, когда я ошибусь…
- Неплохо, мистер Лайвстоун. Вы вовремя поправились.
Это Дадди вовремя закашлялся, подумал Лэйд. Как иронично. Простодушный дикарь, не способный уразуметь ни единого правила арифметики, спас жизнь самоуверенному спесивому тигру. И хоть сделал он это непреднамеренно, волей случайно сошедшихся обстоятельств, гибель была чертовски близко. Если бы он не сдержал меня с ответом, самоуверенный тигр уже корчился бы в полной кольев яме, так и не успев сообразить, где допустил оплошность.
- Дальше, - сухо произнес он, - Продолжаем игру. Или вы желаете сдаться, мистер Бредбедл?
- Нет. Ни в коем случае. А вы?
- Разумеется, нет. Продолжим. Мой ход, если не ошибаюсь?..
***
Ловушка. С самого начала – одна большая ловушка.
Чем дольше длилась игра, тем отчетливее Лэйд сознавал это, изнывая от ощущения собственной беспомощности. Усыпить бдительность, поймать на хитром вопросе… Господи, каким же слепым дураком он был! Словно Бредбедл, это заляпанное тиной чудовище, с самого начала не демонстрировал свое дьявольское коварство!
Прошло каких-нибудь четверть часа, а он уже изнывал так, будто промчался на всех парах по Хейвуд-стрит в полуденный зной. Загадки сыпались на него нескончаемым потоком, и если сперва этот поток скорее напоминал барабанящий по зонту дождь, капли которого легко отскакивали прочь от натянутой ткани, то с каждой минутой делался все больше похожим на страшный тропические ливень, заставляющий все крыши в городе тревожно гудеть и содрогаться.
Что может быть таким же огромным, как слон, но ничего не весить? Тень слона.
Изобретение, позволяющее смотреть сквозь стену? Окно.
Какая гора была самой высокой на Земле до открытия Эвереста? Эверест. Только он еще не был открыт.
Некоторые загадки, прячущие двойное дно, были ему знакомы, другие оказывались внове. Можно подумать, чертов Бредбедл выписывал журналы с шарадами со всего света, чтобы денно и нощно штудировать их на дне океана… Роднило их одно – они все были напичканы ловушками и ложными ходами, точно особняк миссис Сары Винчестер[7].
Лэйд пытался отбиваться и разил в ответ, но все его выпады отлетали от брони Бредбедла как горошины. Весьма непростую задачку про трех с половиной куриц, которая в свое время заставила его самого прилично погрызть ногти, тот расщелкал с такой оскорбительной простотой, словно ее сочинил ребенок. С остальными он справился еще быстрее. Каверзные загадки, загадки с подвохом, загадки с двойным дном – чаще всего Бредбедл давал ответ еще прежде, чем Лэйд успевал закончить вопрос. И всякий раз скрежета в его голосе делалось все больше, отчего Лэйду казалось, будто его настигает огромный, чадящий паровой экскаватор, нависающий над ним и грозящий раздавить.
- Это просто, мистер Лайвстоун. У всех этих трех ирландских плотников не доставало по глазу, кроме того… – смешок Бредбедла заскрежетал, точно стальной винт, вкручиваемый в стекло, - Сыр все это время был в чемодане, не так ли?
Лэйд ощутил тяжесть в груди. Эту загадку он оставил напоследок, будучи уверенным, что она если и не окажется для его мучителя неразрешимой, по крайней мере, заставит его порядком поломать голову, дав ему самому толику времени для передышки. Его запас загадок стремительно таял, пальцы легко нащупывали дно сундука. Кроме того, ему надо было восстановить контроль над мыслями – несмотря на то, что их состязание длилось не больше четверти часа, напряжение было таково, что перед глазами уже плыли звенящие зеленые круги.
Ему нужна небольшая
