Одновременно немалую роль сыграло и грозное воинство численностью почти в 500 000 человек, состоящее из пограничных, полевых, конвойных, железнодорожных и строительных войск НКВД. Хотя о нем почти не упоминается в любых историях войны, оно сражалось бок о бок с новой Красной Армией, внеся значительный вклад в ее победу над гитлеровским вермахтом. В июне 1941 года эта «теневая армия» пограничников в полной мере почувствовала на себе всю силу удара вторгшихся войск вермахта. Ее полевые боевые дивизии и бригады содействовали боевым частям Красной Армии в первые два года войны, одновременно другие ее бригады и полки в ходе войны помогали установить в рядах Красной Армии железную дисциплину, выделяя людей для укомплектования заградотрядов, гарантируя строгий порядок в тылу и мобилизуя живую силу на освобожденных территориях для пополнения ее поредевших рядов. В то же время ее железнодорожные и строительные войска охраняли жизненно важную сеть коммуникаций Красной Армии, а при необходимости мобилизовали трудовые резервы для строительства грозных оборонительных рубежей и позиций.
Военное руководство
Как Первый секретарь Всероссийской Коммунистической партии (большевиков) и председатель Совета Народных Комиссаров (СНК), Сталин накануне войны обладал абсолютной властью над Советским Союзом и его Красной Армией. Но поскольку ответственность за руководство и управление Красной Армией делили с ним Народный комиссариат обороны и Генеральный штаб Красной Армии, у армии отсутствовало необходимое для успешного ведения войны централизованное руководство. Эту проблему Сталин разрешил сразу же после начала войны, сформировав Государственный комитет обороны (ГКО) и Ставку. Первый взял на себя всю полноту власти в стране, а на последнюю была возложена ответственность за руководство (вместе с Генеральным штабом) всеми военными усилиями. Несмотря на эти перемены, Сталин как председатель ГКО и Ставки до самого конца войны ни разу не ослабил — ни в политическом, ни в военном отношении — той твердой хватки, которой он удерживал рычаги власти.
В то время как Ставка и ее рабочие органы, НКО и Генштаб, обеспечивали централизованное руководство военными усилиями на общенациональном уровне, Сталин вскоре после начала войны создал под прямым управлением Ставки командования главных направлений, призванные координировать операции действующих фронтов, которые были не в состоянии сделать это самостоятельно. Но так как штабы командования главных направлений тоже работали плохо, Сталин к концу 1942 года упразднил эти органы, постепенно заменяя их представителями Ставки, направляемыми прямо в действующие фронты для контроля и координации их действий. Работая в тесном взаимодействии со все возрастающей сетью управлений и отделов в НКО и Генштабе, Ставка и ее представители в поле образовали к 1943 году работавшую до конца войны и весьма эффективную централизованную систему управления, предназначенную для планирования, руководства и координации военных действий.
Красная Армия вела войну под руководством Ставки. Весьма важную роль в соблюдении строгой дисциплины в рядах Красной Армии и в стране в целом сыграли и другие государственные комиссариаты и управления НКО. Например, войска и особые отделы (00) Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) поддерживали порядок и безопасность в стране и армии, Главное политическое управление НКО (ГлавПУ) использовало для установления строгого политического контроля над армией и флотом на всех уровнях командования вездесущую систему военных советов, комиссаров, политруков[267], а позднее — заместителей командиров по политическим вопросам (замполитов). В то же время ведомство генерального прокурора НКО управляло равно сложной системой военных прокуроров, военных трибуналов и связанных с ними штрафных подразделений, которые безжалостно использовали советский уголовно-процессуальный кодекс для поддержания в армии строгого порядка и дисциплины. И наконец, Главное разведывательное управление НКО и Генштаба, а с апреля 1943 года — его Главное управление контрразведки (СМЕРШ) боролось со шпионами и недовольными в рядах военных, как за рубежом, так и внутри страны.
Хотя эта централизованная система вполне эффективно управляла военными действиями Красной Армии, она также обладала весьма существенным изъяном, сосредотачивая слишком много власти для принятия решений в руках Сталина. В результате, особенно в первый год войны, но в меньшей степени и в последующие годы, Сталин часто запугивал своих коллег в НКО и Ставке и отменял их решения, требуя, чтобы Красная Армия действовала так, как считал нужным он — зачастую во вред делу.[268] Поэтому вдобавок к ответственности за катастрофу, обрушившуюся на Красную Армию в июне 1941 года, Сталин также несет прямую ответственность за другие крупные поражения Красной Армии в 1941 году и большей части 1942 года — в том числе и за ее неудавшиеся контрудары и контрнаступления летом 1941 года, за катастрофические окружения под Уманью, Киевом, Вязьмой и Брянском в период с августа по октябрь 1941 года, за провалы наступлений под Харьковом и в Крыму в мае 1942 года и за катастрофический промах разведки накануне намеченной немцами операции «Блау».
Однако эта вина за поражения смягчается тем обстоятельством, что хотя железная воля и мрачная решимость Сталина внесли в конце 1941 года свой вклад в победу Красной Армии под Москвой, именно возросшая в конце 1942 года готовность диктатора внимать рекомендациям своих генералов сыграла значительную роль в победу Красной Армии под Сталинградом и во впечатляющую цепь побед, достигнутых ею в течении и после 1943 года.
Несмотря на эффективность сталинской системы военного управления, Красная Армия не могла надеяться нанести на поле боя поражение вермахту до тех пор, пока Сталин, Ставка и НКО не сумели распознать компетентные командные кадры и не передоверили им управление войсками. Нехватка талантливых командиров была наиболее пугающим вызовом, с которым советское военное руководство столкнулось в первые 18 месяцев войны — и подробное изучение командного состава Красной Армии на завершающем этапе войны демонстрирует, что Сталин и Ставка вполне справились с этим вызовом. Несмотря на единообразно низкую боевую отдачу Красной Армии на протяжении большей части операции «Барбаросса» и первоначальную склонность Сталина в начальный период войны назначать на высокие командные посты своих некомпетентных клевретов, большому числу генералов и полковников удалось пережить бойню 1941 года и выйти из нее с достаточным опытом, чтобы успешно выполнять свой боевой долг до своей смерти или до конца войны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
