он познакомился с капитаном фон Вальтером, ему было около пятидесяти, а за спиной жизнь, полная приключений. Сын управляющего банком, он получил хорошее образование и 1927 году был принят на работу в банк «Дельбрюк, Шиклер и К0». Годом ранее Вейе вступил в нацистскую партию, а когда это стало известно, его уволили. Увольнение только подогрело в нем нацистские настроения. Вейе участвовал в драках и потасовках между правыми и левыми, которые нередко вспыхивали в те годы в пивных, однако вскоре за хулиганские действия попал на заметку в полиции и был вынужден бежать в Финляндию. Став сотрудником абвера, он начал работать против России. Когда к власти пришел Гитлер, Вейе вернулся в Германию, поступил на службу в гестапо и быстро пошел вверх по служебной лестнице. Известно, что он состоял в дружеских отношениях с главой полиции генералом СС Куртом Далюге, выше которого был только Гиммлер — кстати, его злейший соперник.] Вейе был назначен главой гестаповского «Отдела нравов». Под предлогом борьбы со всевозможными пороками, например с гомосексуализмом, Вейе проводил политику террора — на его совести массовые аресты и циничное запугивание своих жертв. Все это наверняка произвело впечатление на Гиммлера — в 1935 году Вейе был принят в число его ближайших сотрудников. Когда же тот в очередной раз слишком увлекся шантажом, Гиммлер подыскал ему новый пост, а именно — назначил возглавлять организацию «Сила через радость». В Скандинавии Вейе выдавал себя за спортивного журналиста, что, однако, не мешало ему заниматься шпионажем. Когда же его старые грехи порядком подзабылись, Вейе вернулся в гестапо, где Гиммлер поручил ему весьма любопытное задание — следить за другими нацистскими главарями, и в особенности за Герингом и Риббентропом, которого главный начальник СС, что называется, на дух не выносил.
Но Вейе снова переусердствовал. Кое-кто из нацистской верхушки пожаловался Гитлеру, что Вейе имеет наглость их шантажировать. Гиммлеру пришлось отнекиваться. Он распорядился арестовать Вейе, лишить его звания и отправить в концлагерь. Там Вейе стал старшим надсмотрщиком, — «обер-капо», в подчинении которого находились три тысячи заключенных-евреев, они боялись его больше, нежели своих эсэсовцев-охранников. В Заксенхаузене Вейе находился до самого начала Второй мировой войны, когда его выпустили на свободу. Чтобы вернуть себе имя, он был вынужден пойти служить в штрафной батальон СС и воевал сначала во Франции, затем в России. Сражаясь против советских партизан, Вейе наверняка удостоился похвалы своего начальства. Вскоре его повысили до младшего офицера, а затем вернули прежнее звание. В 1943 году Вейе уже носил майорские погоны. Годом позже, снова оказавшись в Германии, он был в числе тех, кто арестовывал заговорщиков, покушавшихся на жизнь Гитлера. В апреле 1945 года Вейе поучаствовал в работе расстрельного взвода в концлагере Флоссенбург — кое-кто из заговорщиков вскоре оказался там на мясницких крючьях.
За свои «геройства» Вейе удостоился последнего повышения — чина оберштурмбаннфюрера СС. Но уже через несколько недель, с военным удостоверением на руках, в котором он значился как бывший унтер-офицер, Вейе сдался в Баварии американцам. Кто он такой на самом деле, осталось никому не известным — Вейе удалил эсэсовскую татуировку под мышкой, выстрелив в себя холостым патроном. Процедура оказалась болезненной, зато эсэсовский знак, «Знак Крови», навсегда исчез под свежим шрамом. Вейе вскоре освободился из лагеря для военнопленных и пошел надзирателем в тюрьму Тегель, где американцы держали за решеткой бывших нацистских преступников. В 1950 году Вейе пришлось пережить несколько неприятных минут. Его узнала вдова одного человека, которого он выдал гестапо и который затем погиб в концлагере Заксенхаузен. Вейе предстал перед американским военным трибуналом, но ему чудом удалось выкрутиться. Он был осужден на год тюрьмы, но отсидел всего семь месяцев. В конечном итоге, в 1952 году, работая в «детективном агентстве», он познакомился с капитаном фон Вальтером и предложил ему свои услуги.
Вейе действительно оказался мастером на все руки. В частности, зарекомендовал себя непревзойденным «коллекционером». Вскоре он уже возглавил группу из шести, а затем и десяти агентов и курьеров. Он установил несколько тайников в Восточном Берлине — в Ораниенбурге, Фельтене и Бернау — и подготовил несколько толковых агентов. Один из них, по имени Холли Зенг-бейль, совершил пятнадцать удачных вылазок в советскую зону и одну в Польшу.
Весной 1954 года Вейе возглавил подотдел «Организации», и ему было поручено подключаться к восточноберлинской телефонной сети. Подключения планировались к главному кабелю, который частично был протянут на столбах, поскольку старые подземные коммуникации сильно пострадали в войну от бомбардировок. Некоторые участки кабеля были проложены по речному дну через многочисленные рукава реки Хафель и городские каналы. Подсоединиться к ответвлениям не представлялось возможным, поскольку это отрицательно сказалось бы на мощности телефонной сети и качестве звука. Телефонная служба сразу бы заподозрила неладное — на место предполагаемых неполадок прибыла бы ремонтная бригада, которая тотчас же обнаружила нелегальное подсоединение.
Среди помощников Вейе был один опытный телефонист, и, хорошенько все обдумав и обсудив, диверсанты взялись за работу. Первое подсоединение было сделано во Фронау, во французском секторе, но спустя несколько дней французская военная полиция обнаружила несанкционированные земляные работы, и французский военный комендант распорядился их немедленно прекратить. Второе присоединение было сделано в Конрад-схоэ, но на заключительном. этапе работ резиновая лодка, тянувшая за собой кабель, утонула в Хафеле. Третья попытка, в Любарсе, близ Блакенфельде, севернее Берлина, оказалась более успешной — подсоединение проработало несколько месяцев и стало источником весьма ценной информации.
В середине 1955 года капитан фон Вальтер — а к этому времени он уже сотрудничал с геленовскими техническими экспертами и делился с «Организацией» полученной информацией — решил продолжить начатое дело, но под началом более квалифицированного человека. Вейе отправили в Мекленбург собирать сведения о размещенных там советских частях, в особенности в Фюрстенберге и Нойштрелице. Он отправился туда вместе с тремя агентами. Все они были рекомендованы одним из лидеров Лиги жертв сталинизма, еще одной малочисленной антикоммунистической организации. Связной у них была некая фрау Реммлинг. В марте 1956 года Вейе и еще одна группа агентов получили направление в Коттбус, где располагалась крупная советская военная часть, и, надо сказать, неплохо справились с порученным заданием. Позднее Вейе отозвали в Берлин, где он возглавил новую группу, занимавшуюся телефонным шпионажем.
К этому времени Гелен уже возглавлял Федеральную разведслужбу Западной Германии, и по его требованию американцы ликвидировали агентство капитана фон Вальтера. Гелена ужасно раздражали эти внезапно выросшие, словно грибы после дождя, многочисленные агентства, которые могли легко поставить под удар и его детище. Многих агентов он взял к себе,
