в район Бекетовки для пополнения 131-й стрелковой дивизии. Мне стало ясно, что дивизия наша отошла от города к Бекетовке, которая находится к югу от Сталинграда. Решил пробираться в этот район вместе с группой красноармейцев. Сперва шли вдоль берега Волги, укрываясь за обрывами, потом на окраине города свернули в балку, что вела в направлении Бекетовки. Но едва оторвались мы от реки метров на двести, как со стороны разрушенных домов немцы открыли пулеметный огонь. Послышались голоса: «Рус!.. Еван, сдавайсь!» Сержант, который вел красноармейцев, оказался человеком неопытным, в боях еще не участвовал, и как быть в сложившейся обстановке, не знал. Пришлось мне сразу же руководство красноармейской группой взять на себя. Я знал по опыту, что гитлеровцы мастера создавать шум и воздействовать им на слабонервных, и, чтобы остудить гитлеровцев, нужно было показать им нашу активность. Я приказал пулеметчикам прямо из балки открыть огонь и заставить противника замолчать. Так и получилось: едва заработали наши пулеметы, активность врага сразу угасла. Под прикрытием наших пулеметов мы довольно скоро и благополучно пришли в Бекетовку. Командир дивизии был весьма удивлен тому, что мы сумели с газетой пробраться через участок, который по донесениям разведки был занят противником. «Выходит, непрочно сидят немцы?» — сказал полковник и велел готовить наступление. В тот же день подразделения дивизии оттеснили противника от Волги и закрепились на окраине Сталинграда. А меня представили тогда к первой боевой награде…
— И вы получили ее? — спросил я.
— Да, конечно.
— Много, однако, неиспользованных материалов хранится еще в ваших военных блокнотах, Анатолий Гаврилович. Верно?
Мой собеседник смущенно пожал плечами и шутливо сказал:
— Понимаете, разбирают понемногу литературные герои. Кое-что пришлось, например, отдать Сергею Мельникову в романе «Люди в погонах». Он, как вам известно, тоже пробивался в 1941 году из окружения. Правда, отдал я в несколько преобразованном виде, но читатели, по-видимому, поняли это и часто в письмах спрашивают меня: «Сообщите, Мельников это вы?»
В конце 1942 года дивизию, в которой служил Анатолий Рыбин, из-под Сталинграда перебросили на Ленинградский фронт. Начались бои в новых условиях, не менее сложных чем на Волге. И здесь произошло событие, которое, можно сказать, вывело Анатолия Рыбина к широкому читателю, привлекло внимание таких видных писателей, как Николай Тихонов и Виссарион Саянов.
Однажды пришел в редакцию начальник политотдела дивизии и сообщил, что Политуправление Ленинградского фронта объявило конкурс на лучшие фронтовые рассказы и стихи.
— Давайте, товарищ Рыбин, попробуйте свои силы, — сказал он. — А вдруг и выйдет что-нибудь. Ведь горшки-то не боги обжигают…
И вот в минуты короткого фронтового затишья в землянке под Красным Бором написал он два рассказа «Ненависть» и «Зверь на дороге». Первый, как потом выяснилось, не дошел до Политуправления, попал, вероятно, под бомбежку. А второй конкурсная комиссия получила и присудила за него автору премию. Возглавлявший комиссию Николай Семенович Тихонов при подведении итогов конкурса в Ленинградском Доме офицеров сказал Анатолию Рыбину: «Пишите, у вас дело пойдет».
А спустя месяца два или три после этого разговора автор уже держал в руках книжку «В бой за Родину», выпущенную Военным издательством Народного комиссариата обороны, в которой был помещен рассказ «Зверь на дороге». Книжка эта попала в руки Анатолия Рыбина, как он рассказывает, довольно странным образом.
Как-то после сильных боев, пробираясь с передовой в редакцию, старший лейтенант Рыбин и его товарищ по редакции лейтенант Бушмаков попали под бомбежку. Неподалеку от них вражеская бомба угодила в грузовую машину, которая шла из Ленинграда к передовой. Машина была, вероятно, клубной, потому что в кузове ее лежали блокноты, книги, плакаты, карандаши. Все это разлетелось, смешалось с землей и снегом. Когда самолеты ушли, старший лейтенант Рыбин и лейтенант Бушмаков поднялись из канавы и, взяв несколько валявшихся на дороге блокнотов, ушли. А поздно вечером, после подготовки материалов в очередной номер газеты, в землянку к Анатолию Рыбину вбежал Бушмаков и, размахивая зажатой в руке книжкой, сказал:
— Товарищ старший лейтенант, тут рассказ ваш напечатан. Вот, смотрите.
Он подскочил к столу и положил маленькую книжку с танковым десантом на обложке.
— А где вы ее взяли? — спросил Анатолий Рыбин.
— Да там же, у разбитой машины, где блокноты брали.
— И только одну?
— Одну, товарищ старший лейтенант. А ведь мог еще взять. Эх, если бы знать!
Этот первый и единственный экземпляр книжки и сейчас хранится у автора.
Раздобыл и я, через нашу воениздатовскую библиотеку, эту небольшую книжицу с призывным военным заголовком: «В бой за Родину!». На титульном листе значится: «Военное издательство Народного комиссариата обороны. Ленинград. 1943». Вступительная статья написана Виссарионом Саяновым. В ней говорится:
«Литературный конкурс, проведенный Политическим управлением Ленинградского фронта, выявил среди красноармейцев и офицеров немало людей, обладающих даром художественного слова и отобразивших в своих стихах и рассказах боевые дела ленинградцев. Премированные на конкурсе произведения включены в настоящий сборник».
Мотив и содержание рассказа «Зверь на дороге» явились как бы выражением того, что увидел и успел уже пережить к тому времени сам старший лейтенант Рыбин.
Главный герой рассказа — бывалый красноармеец Андрей Ерошенко, познавший всю горечь отступлений, тоскующий по своей истерзанной врагом Украине. Его душа полна кипящей ненависти к гитлеровским захватчикам. Но как воин Советской Армии он знает, что одной ненавистью врага не одолеешь, что нужны умение, мастерство, хитрость, мужество. И когда Ерошенко, будучи в разведке, раненый оказывается в лапах гитлеровцев, не падает духом, не теряется. Терпеливо сносит он жестокие пытки и, выбрав удобный момент, вырывается из-за проволоки концентрационного лагеря, чтобы вернуться к своим и продолжать борьбу с врагом. Кульминация рассказа — встреча Ерошенко с гитлеровским патрулем на узкой тропинке, ведущей через болото к лесу. Немец уверен в своем преимуществе над безоружным раненым советским воином и потому не торопится открыть огонь, злорадствует, хочет живьем притащить русского обратно за проволоку. Но враг просчитался. Собрав силы, Ерошенко делает отчаянный прыжок. И, прежде чем гитлеровец успевает выстрелить, красноармеец сбивает его на землю. Завязывается длительная тяжелая борьба, в которой побеждает Ерошенко. И когда он встает, покачиваясь на слабых, вконец обессиленных ногах, узкая тропинка кажется ему широкой свободной дорогой.
Анатолий Рыбин, как сказано выше, писал и раньше. Писал и печатал свои очерки в дивизионной и армейской газетах, читал их друзьям на привалах. Но именно рассказ «Зверь на дороге» вывел его к широкому читателю.
Это был очень волнующий момент в жизни Анатолия Рыбина. Может быть, даже поворотный. Раньше он писал просто без серьезных намерений. Выдалась свободная минута, брал карандаш и писал, чтобы утолить душевную
