Он осмотрел свою одежду и обнаружил, что на нем штаны из гладкого материала темно-коричневого цвета, которые сливались с окружающей Тревиса растительностью, свободная рубашка, подпоясанная кушаком со свободно свисающими концами. Ноги обуты в высокие — до середины икры — мокасины с закругленными мысами.
Кое-что из этого показалось ему знакомым, но это были лишь обрывки воспоминаний. И вновь в его сознании одна картинка наложилась на другую. Наверняка он знал только одно — у него нет оружия. И осознание этого факта пробудило в нем чувство реального дикого ужаса, который еще более усилил путаницу мыслей.
Наликидью проявляла нетерпение. Опередив Тревиса на несколько шагов, она обернулась. Ее глаза сузились, и Тревис сразу же понял значение ее взгляда, словно она выразила свое желание словами. Еда ждала, а самка была голодна. Она ждала поддержки человека.
Тревис не мог повторить грации ее движений, он старался оставаться незамеченным. Несмотря на боль, которая сопровождала каждое его движение, Тревис внимательно смотрел по сторонам. Земля под ногами, трава, долина, окутанная золотистой дымкой, — все было реальным, а не частью сна. Стало быть, те, другие призрачные видения были всего лишь галлюцинацией. Даже воздух, который он вдыхал полной грудью, имел свой собственный запах. А может, вкус? Он не был уверен. Он знал, что гипноз может производить странный эффект, но это было...
Внезапно Тревис замер, уставившись невидящими глазами на траву, которая все еще колыхалась после того, как по ней прошли койоты. С ним провели сеанс гипноза! Неужели это правда? Теперь в его сознании появились сразу три видения. Приложив руки к вискам, он изо всех сил сжал голову. Реально только то, что было вокруг него: земля, трава, долина, голод и охота...
Он заставил себя сконцентрироваться непосредственно на настоящем и на той части мира, которую он видел, чувствовал, осязал и которая простиралась прямо перед ним.
По мере того как Тревис следовал за Наликидью, трава становилась все ниже. Но туман не рассеивался. Казалось, что он состоит из отдельных лоскутков дыма. Когда Тревис проходил через один из таких лоскутков, ему казалось, что он пробирается через облако танцующих золотых пылинок. Там и тут мерцающие точки кружились и метались, словно живые существа. Окруженный этим золотым туманом, Тревис дошел до линии кустов и втянул в себя воздух.
Пахнуло теплым и густым ароматом, который он не мог идентифицировать. Тревис только смог определить, что он принадлежит живому существу. Прижавшись к земле, Тревис протиснул голову и плечи сквозь нижние ветки кустов и выглянул наружу.
Перед ним расстилалось пространство, которое туман окутывал не слишком плотно. Землю освещали лучи восходящего солнца. Тревис разглядел трех животных. Вновь сознание пронзила вспышка воспоминаний.
Животные были размером с антилоп и походили на них только тем, что имели четыре ноги, округлое тело и голову. Однако в остальном они отличались настолько, что Тревис замер от изумления.
На теле животных виднелись многочисленные островки голой кожи, окруженные мягким мехом. А может, это были волосы, свисающие клоками, словно животных начали ощипывать и не довели дело до конца? Их шеи были очень длинными и гибкими, как змеи. Шеи заканчивались головами, которые совсем не соответствовали обличью животных. Они были широкими, плоскими, похожими на жабьи. Головы венчали острые рога, расположенные прямо над носом. Они начинались от общего основания, а потом разветвлялись.
Это были инопланетные существа! Тревис зажмурил глаза и сжал руками голову. В его сознании снова замелькали видения. На этот раз он видел животных. Их было трое: два больших с рогами, а одно маленькое с менее всклокоченной шерстью и шишечкой на носу. Скорее всего, это был детеныш.
Внезапно мысленное предупреждение, исходящее от койотов, вывело Тревиса из оцепенения. Наликидью мало интересовало странное обличье жующих траву животных. Она видела в них только мясо и нетерпеливо поглядывала на человека, который почему-то медлил.
Однако Тревис разглядывал животных с определенной целью. Главной защитой антилоп была их скорость, хотя их и подводило иногда чрезмерное любопытство. Стройные ноги странных животных говорили о том, что бегают они очень быстро, а у Тревиса не было подходящего оружия.
Ужасного вида рога тоже могли быть использованы для защиты, так же как и скорость. Но Тревиса подстегивал голод и сознание того, что он охотник. Перед ним стояла «еда», пусть и выглядела она довольно странно.
Тревис вновь получил сообщение. Нагинлта находился на другом краю поляны. Если животные обратятся в бегство, то обгонят не только его, но и койотов. Поэтому нужно было что-нибудь придумать.
Тревис посмотрел на кусты, в которых пряталась Наликидью, и получил мысленное согласие. Он вздрогнул. Это точно были не животные, а га-н! Он должен относиться к ним, как к га-н, и подчиняться их воле. Подстегиваемый этими мыслями, Тревис начал изучать поляну. Не имея в распоряжении никакого оружия, он может рассчитывать только на какую-нибудь хитроумную ловушку. И вновь Тревис получил одобрение га-н. Ему все лучше удавалось вести телепатические переговоры с койотами. Это было странное ощущение, не испытываемое им раньше.
На кустах и маленьких согнутых деревцах не было таких веток, как на обычных деревьях. Вместо этого их стволы были усеяны жесткими красноватыми листиками. Деревья окружали со всех сторон небольшой луг, доходя до скалистой расселины, которую шлейфом окутывал туман. Если бы только удалось направить животных в том направлении...
Тревис пошарил вокруг себя. Его рука наткнулась на камень, торчавший из земли, — самое древнее оружие, используемое его далекими предками. Камень удобно лег в его ладонь.
Вооружившись камнем, апач сделал свой первый шаг по полному опасностей пути. Эти га-н так легко овладевают его сознанием. Сможет ли и он наладить с ними мысленный контакт?
Зажав в руке камень, Тревис прижался к стене недалеко от входа в расселину. Тревис попытался просто и ясно изложить в мыслях свой план. Он не знал, что действует именно так, как й предсказывали ученые, организовавшие его полет на эту планету. Не подозревал он и о том, что превзошел все ожидания людей, воспитавших и подготовивших двух койотов-мутантов. Он верил только в то, что должен повиноваться воле этих двух духов, которые, по его мнению, были гораздо могущественнее любого человека. Итак, он мысленно нарисовал расселину, бегущих животных и ту роль, которую он отвел га-н, если они, конечно, захотят подыграть ему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
