Ходили упорные слухи, что величайшей мечтой банкира было удачно женить сына. И это «удачно» означало вовсе не богатство невесты, а её положение в обществе. Ему хотелось породниться с каким-нибудь аристократическим семейством, чем он мечтал окончательно предать забвению все воспоминания о неблаговидном ростовщическом прошлом семейства.
И вдруг Теодор, на которого возлагались эти честолюбивые надежды, собирается поставить на биографии ещё одно тёмное пятно, женившись на певичке из кабака! Нет, такого мезальянса отец допустить не мог.
Он пригрозил отпрыску, что если тот ослушается запрета и женится против воли родителей, то будет отстранён от дел и лишён наследства.
– Это ваше право, – гордо ответил Теодор и удалился.
Вскоре все газеты взорвались новостями: наследник династии Терсов женился на актрисе кабаре «Конфетка» Сильвии Римо, выступавшей под псевдонимом Зелёная птичка. Сообщали, что он заплатил огромную неустойку за разрыв контракта с кабаре. Также всячески смаковался скандал, который разразился в семействе Терсов: отец уволил сына с должности управляющего и вычеркнул его из завещания.
Журналисты соревновались друг с другом в том, кто раскопает больше скандальных фактов о прошлом новоиспечённой госпожи Терс. Выяснилось, что она была иностранкой, но доподлинно не удалось узнать: француженкой ли, итальянкой или швейцаркой. Также было не совсем понятно, как она оказалась в Медиленде. Упорно передавались из уст в уста слухи, что она влюбилась в какого-то военного и убежала с ним из дому. Возлюбленный завёз Сильвию в нашу страну и, так и не женившись, исчез, бросив её на произвол судьбы. Оставшись в чужой стране без жилья и без денег, она вынуждена была искать хоть какую-нибудь работу. Судьба привела её в кабаре «Конфетка», где она приглянулась хозяину. Девушка, по его мнению, не подходила на роль исполнительницы канкана, тем более не хотел он видеть её в роли посудомойки. Хозяин кабаре был женат, имел уже взрослых детей, и менять в своей жизни ничего не собирался. Но и отпустить девушку не желал, поэтому снял для неё маленькую квартирку, и сделал своей содержанкой. Неизвестно, тяготила ли её эта роль, но только она часто распевала вполголоса песню о несчастной Зелёной птичке.
Хозяину кабаре песенка показалась любопытной, а голосок Сильвии свежим и оригинальным. Он вдруг подумал, что из этого можно сделать номер, способный тронуть сердца, сыграв на контрасте с разудалым весельем. Он пригласил композитора, чтобы на основе незатейливой песенки создать хит, затем поэта, чтобы придать больший драматизм простым словам песни. И, наконец, пригласил опытную певицу и хореографа, чтобы они в короткое время сделали из обычной девушки актрису.
Интуиция не подвела хозяина кабаре. Успех был ошеломляющим. Деньги потекли в карман хозяина «Конфетки» рекой. Он благословлял тот день и час, когда в двери его заведения робко зашла миловидная, скромно одетая девушка.
И конечно, когда Сильвия покинула кабаре, этот источник дохода иссяк. Но что тут можно было сделать?
Венчание Теодора Терса и Сильвии Римо прошло почти незаметно. Родных и друзей на свадьбе не было, так сложились обстоятельства, а газетчики о дате бракосочетания вовремя не пронюхали. Для молодой семьи новоиспечённый муж снял довольно скромную квартиру. Ведь значительную часть своего личного состояния он истратил на красивое ухаживание и уплату неустойки. Не могу сказать, была ли довольна его молодая жена тем, что замужняя жизнь оказалась не совсем такой роскошной, как ей, возможно, представлялось.
Впрочем, опала длилась не слишком долго. Во-первых, дела в банке сразу пошли плохо. Младший компаньон не обладал той деловой хваткой, которой в полной мере владели его старший брат и сын. А потом все газеты торжественно объявили, что у четы Терсов родилась дочь, которую назвали Иоллой. Теодор уведомил родителей об этом радостном событии письмом, в котором спрашивал, не хотят ли дедушка и бабушка познакомиться с новорождённой внучкой? Поколебавшись, они ответили согласием.
Крохотная девчушка растопила лёд в сердцах стариков, произошло примирение, а затем и восстановление Теодора Терса во всех правах. Банк «Терс и компания» снова стал успешно развиваться, и в семье наступили мир и согласие. Впрочем, ненадолго.
Скажу тебе, что у Сильвии Терс действительно был незаурядный дар перевоплощения.
Как-то мы с твоей мамой пошли в театр и увидели там чету Терсов. Трудно, даже невозможно, было узнать в роскошной красавице певичку из кабаре. Величественная и невозмутимая светская львица обращала на себя всеобщее внимание. Она проплывала мимо людей, ни на кого не глядя, с полуобнаженных плеч ниспадала, словно мантия королевы, белоснежная меховая накидка, оттеняющая мягкий блеск атласного платья, на шее переливалось бриллиантовое колье. Сама Сильвия больше всего походила на прекрасную мраморную статую. Теодор Терс, как всегда великолепно одетый, взирал на свою супругу снизу вверх (потому что был на полголовы ниже её) с нескрываемым восторгом и обожанием. Честно говоря, я порадовался за них. Каждый получил то, что хотел: Сильвия – роскошную жизнь, Теодор – счастье обладать любимой женщиной.
А потом произошла в жизни банкира самая настоящая трагедия.
Каждое лето Терс вывозил семью на какой-нибудь модный курорт. И вот, когда Иолле исполнилось три года, они снова оказались на берегу океана, среди пальм и магнолий, яхт, ресторанов и всевозможных развлечений в фешенебельном номере самого дорогого отеля. Через какое-то время Терс получил срочную телеграмму из банка, оповещавшую о неожиданном затруднении, требующем его личного присутствия. Банкиру не хотелось прерывать отдых жены и дочери, и он решил оставить их на несколько дней одних, пообещав вернуться, как только исправит ситуацию. Прибыв в банк, Терс с удивлением узнал, что там всё благополучно, и телеграммы никто не посылал.
Проклиная шутника, банкир сразу же направился в обратный путь. Служащие отеля, как только он появился в дверях, со смущением объявили, что, возможно, в их номере не всё благополучно. На двери висит табличка «Не беспокоить», поэтому никто не решается зайти. Но из номера периодически доносится детский плач. Полный дурных предчувствий, банкир ворвался в номер. Навстречу к нему выбежала заплаканная малышка. На столе лежала записка: «Не ищи меня. Я полюбила другого. На развод подам сама. Прощай».
Я не могу представить себе, что почувствовал Теодор Терс, прочитав эти слова. Говорили, что он учинил расследование и выяснил, что его супруга убежала с профессиональным жиголо, роман с которым разыгрывался прямо за спиной у ничего не подозревающего мужа. Узнав это, Терс, хотя и был зол на жену, немного успокоился. Он был уверен, что супруга, привыкшая к обеспеченной жизни, недолго протянет с небогатым любовником. Рано или поздно вернётся с повинной. Ну а он немного посердится и простит.
Но Сильвия оказалась хитрее. Через несколько недель из-за океана пришло её заявление о разводе. Дело велось через адвоката, и Терсу не удалось
