паразит, напавший на крупную рыбу, — слова лились медленно из уст графа. — Добрынин посмел отвлекать нас своими атаками, и не сомневаюсь в том, что он поплатится за это. К тому же по его вине пленили члена нашей семьи и нам нельзя ударить в грязь лицом.
— Да у него даже своей гвардии нет, — сын хохотнул со зловещими искорками в глазах. — Что он может нам сделать со своими отбросами-наемниками⁈ Пойдем лучше расскажу тебе о последних нюансах моего плана, — он взмахом руки позвал отца за собой.
А план был следующим… Пусть никто из Муриных и не знал точное число наемников, но, по предварительной разведке, те занимали точно не менее двадцати домов в спальном районе города. Но так или иначе, сын графа со своими людьми намеревался окружить весь этот район и выделить десять часов на то, чтобы гражданские эвакуировались оттуда. Затем же весь район, как улей, который не стоит раскрывать, сравняется с землей.
— И эти руины мы покажем всем нашим врагам, кто придет после него, — объяснив все это, отпрыск графа ткнул пальцем на карту. — Они должны наглядно увидеть, что будет с каждым из них.
— Окружить целый район, значит? — граф довольно кивнул. — Благо у нас есть для этого люди и средства, мы же не отребье какое-нибудь. Мне пока всё нравится.
— А если вдруг подтянутся Распутины, чтобы заступиться за эту крысу, то на десерт для них приберег специально другие силы. Их встретят жарко, как полагается.
— Уничтожить, значит, целый район, да еще и о Распутиных не забыть: звучит жестко, сын мой, но зато показательно, — Мурин с коварным видом рассмеялся, а по глазам было видно, что ему уже не терпелось, чтобы операция началась.
Глава 14
Военные позиции Муриных
— Сколько конкретно времени прошло? Кажется, больше шести часов, разве не так? — спросил, выйдя из бронированного фургона сын графа Роберт Мурин у командира.
— Шесть часов, двадцать минут и пятнадцать секунд, если быть точным, — ответил ему командир, взглянув на наручные часы.
— И ты хочешь сказать, что за всё это время ни один из жителей не покинул оцепленный район? — Мурин-младший больше не улыбался самодовольно, как это случалось, когда он излагал свой план отцу.
— Верно: никто не вышел за периметр и даже не проявил ни капли интереса, чтобы проверить ситуацию. Мы сами удивляемся: почему люди жертвуют своими жизнями в этой чуждой для них войне? Да и как нам быть, если там всё ещё мирные жители?
— Единственный ответ на этот вопрос, — сказал сын графа, уставившись вдаль, где между деревьями стелился туман, — в том, что в этом квартале уже нет мирных горожан, а это значит…
— Что нам капец! — резко сказал командир, но тут же замолчал под мрачным и строгим взглядом своего господина.
— Только попробуй ещё раз перебить меня, и я вздерну тебя на садовой изгороди, — предупредил Роберт и продолжил: — Это значит, что нам придётся не так легко, как изначально предполагалось. Ведь все, кто здесь живёт, на самом деле оказались его наёмниками под прикрытием.
— Но откуда у него средства, чтобы всё здесь выкупить? — спросил командир и задумался. — И когда он вообще успел?
Роберт примерно понимал, почему здесь дома обесценивались, но даже если так, чтобы купить всё, нужны немалые средства. И вероятно, с материальной помощью со стороны Распутиных.
— Это уже не имеет значения, — сказал сын графа Мурина, нервно поправив военный мундир. — У нас с собой приличное войско, и мы даже к такому готовы. Против нас всего лишь наёмники, а у нас профессиональные гвардейцы и маги.
— В таком случае, я жду только вашей команды, — выпрямился командир. — Будем действовать, как было оговорено изначально.
— Да, пусть занимают свои позиции: сразу сделаем натиск по всем фронтам, — кивнул Роберт и вновь обрел уверенность.
Про себя он подумал: «Кем бы ты там ни был, но до борьбы с таким Родом, как мы, у тебя всё же сил не хватит».
* * *
Во владениях Распутиных
Григорий нервно расхаживал по комнате из угла в угол, крепко сжимая телефон в руках. Его лицо выражало крайнюю озабоченность происходящим.
— Нет, тут без вмешательства семьи точно не обойтись, — рассуждал он вслух. — Надо срочно переговорить с отцом. Но сначала предупрежу Добрынина — пусть знает, что мы его в беде не оставим.
Не медля ни секунды, он набрал номер Добрыни. В трубке раздался расслабленный, с нотками зевоты голос.
— Ты что, дрыхнешь там? Твой район Мурины окружили, ты хоть в курсе? — встревоженно промолвил Гриша.
— Ага, заметил, — беспечно хмыкнул Добрынин. — Чего звонишь-то? Если в клуб зовёшь, то я пока занят.
— Знаешь, а вот сейчас уже совсем не до шуток: ты на самих Муриных нарвался! У них там целая армия. Я сейчас пойду договариваться насчёт подмоги. Не брошу тебя на растерзание!
— Включи голову, Гриша, — спокойно ответил Добрынин, словно речь шла о погоде. — Ты же не дурак, хоть и любишь прикидываться. Мурины ждут вашего вмешательства. Лучше ударьте по ним в другом месте. Ещё увидимся, — и отключился.
«Как же иначе, — Распутин закатил глаза. — Вот же попадалово! И пусть только попробует сдохнуть — будет должен коллекцию отличного вина. Хотя… Как он мне подарит её, если вдруг помрёт?»
Матерясь на ходу, Григорий поспешил к отцу на важный разговор.
* * *
Тишина обычно приносит умиротворение, но сегодня она вызывает у меня лишь предвкушение веселья. Туман укрыл всех своим плотным покрывалом — верный знак, что заварушка вот-вот начнется. Я давно ждал, когда до сынка Мурина дойдет, что здесь его ждут одни враги. За это время я успел и выспаться, и обговорить с людьми все детали предстоящего боя.
— Босс, когда начинаем? — прозвучал в рации голос командира наемников.
Подбрасывая металлическую биту в руке, я вышел из дома.
— Пусть подойдут ближе.
— До столкновения считанные минуты. Начнем с перестрелки на севере, на других направлениях постараемся действовать тихо: их слишком много для открытого боя, — снова затрещала рация.
— Действуй, Дмитриевич. Я иду на восток. Сидоров со своими на позиции?
— Так точно, босс!
Размяв плечи, я двинулся сквозь туман по центру улицы — мне, в отличие от моих людей, прятаться ни к чему. Вскоре показались два бесшумно движущихся танка. Решили начать с чего-то тяжелого? Что ж, я тоже не буду церемониться.
Подойдя ближе, чтобы меня заметили, я помахал рукой. Танковые орудия тут же развернулись в мою сторону, послышались крики среди врагов. Как засуетились, а ведь это только начало.
