вас с компашкой оказалось даже больше терпения, чем у этого балтийского сброда. Пф… идиоты. Заплатили, но думали я их обманула и дала не ту наводку. Однако, я не Айрис и ни Мэй…
Меня подняли на руки и, как ни странно, я до сих пор не могла потерять сознания и не слышать её мягкого, до дрожи пугающего, голоска, заставлявшего обливаться ледяными струйками пота.
— Уведите её на корабль… граф выиграл ставку, но не любит ждать.
Голос Айлин стал удаляться, отдавая приказы и скрываясь от любых попыток охраны директора и мальчишек отбить меня за суматохой толпы, спасавшей собственные шкуры.
В сумраке ржавеющих палуб…
Ступор…
Затяжной и глубокий, он окутал, словно вездесущий запах рыбы и всё ещё не выветрившаяся дымка от жарки легендарных бритских чипсов, но…
Стоило приоткрыть дверь, как матрос дрогнул от неожиданности, а раскрасневшийся Джей поймал момент и свернул его, опутанную цепью, шею, и едва дыша, распластался на полу, без сил уронив на себя уже бездыханное тело.
— А теперь руки вверх, сволочь…
Дверь камбуза была приоткрыта всего на щёлку, но даже сквозь хрип Джея, был слышен тяжёлый шаг, а от предупредительного выстрела я взвизгнула, не успев прикрыть ладонью рот.
— Да чтоб… ты…!
Джейсон едва заметно ухмыльнулся и рывков приподняв труп, выстрелил прямо из-под него, но…
Пистолет убитого матроса издал лишь тихий металлический лязг и ответную усмешку.
— Ну да, разбежался!
Раздался тяжёлый гул приклада и сдавленный хрип.
— А ещё говорят, сын оружейного барона. Думал, у нас оружие без чипа блокировки?
Чёрная фигура графского гвардейца, разительно выделявшаяся из остальных, подошла к камбузу и, промедлив, прохрипела в рацию.
— Так точно. Я их нашёл. Приём… Они прятались на камбузе. Пацан обездвижен. Иду за девчонкой.
Тёмные пальцы скользнули в щёлку и рывком открыли дверь, показавшись лишь кончиком ствола.
— Не убивать? Обоих? Принято. Возьму целой, но…
Глухой удар о шлем брошенного в него пистолета, вынудил громилу отвлечься и с рыком обернуться.
— Тебе что, не хватило!?
От острой боли завопил даже Джей, когда громила наступил ему сапогом на сломанный мизинец.
— Говори, где девка!?
Крики боли утопили коридорным эхом хлопнувшую дверь. Всего три бездумных шага в неизвестность и подхваченный на кухне крючковатый нож для рыбы вошёл в плоть, как в масло, оборвав слова верзилы ударом в подмышку.
— Искал?
Не дожидаясь ответа, я потянула нож на себя. Лицо мужлана исказил болевой шок, а автомат тотчас выпал у него из рук.
Желчная, жгучая…
Кровь брызнула на кожу, увлажнив ресницы пурпурной росой, когда я полоснула его по горлу уже родным клинком и не моргая оставила громилу с булькающим чавканьем медленно оседать у моих ног.
— Я… я…
На бесконечное мгновение повисла тяжёлая тишина. Ресницы слипались от капель брызнувшей крови, а страх, всего секунду назад испарившийся подчистую, сейчас объял такой волной, что я боялась дышать, бездумно глядя на бордовую лужу и впервые за годы вновь борясь с приступом тошноты от железистой вони.
Словно необстрелянная медсестричка…
— Я… его… уб…
Сердце болело до такой степени, что щемило в груди, а зрение сжималось в узенькую строчку, будто всё было в кино. Отказывалось верить, но…
Стоило рукам по привычке вытереть лезвие о согнутый локоть и убрать в ножны заученным движением, как сознание вернулось, будто вынырнув из мыслей, о первом настоящем… не умирающем, добитом из милости, а живом…
Человеке на моём счету…
— Пойдёмте, принцесса…
Уловив мой ступор и сбросив тело, Хэдек бережно взял меня за руку и встретил растерянный взгляд уже мягкой, ободряющей улыбкой, хоть и сам не был в том виде, которой мог бы успокоить медсестру.
— «Искал?» Ха! Ещё пара таких каламбуров, и я обделаюсь со страху.
От ямочек на его щеках и неуместных глупостей, как и после ссоры с Томом, паника понемногу спала с глаз и стекла по волосам, словно капельки дождя у камина за чашкой кофе с коньяком…
— Дамы вперёд…
Мальчишка учтиво открыл передо мной дверь и с наигранным полупоклоном проводил взглядом, в котором поблёскивал горячий, как всегда пугающий, но льстящий огонёк.
То, что мне сейчас было нужнее всего…
Я оторвала взгляд от крови и заглянула Хэдеку в глаза. Пристально… страстно… словно впервые уловила тот шарм, на который всегда клевали десятки одноклассниц и которых мне не удавалось понять с первого дня и до сих пор.
— Ну, раз так…
С самым искренним истерическим смешком, я вытерла кровь с ресниц и, поддавшись уговорам сердца, скользнула ладонью по напряжённым чертам мужественного лица…
От секундного касания жаром обдало до кончиков волос, скатившись будоражащей капелькой по ложбинке меж грудей, стоило нежно обвести его опухшие мешки под глазами и скулой…
Коснуться истерзанных губ и, кончиком пальца скользнуть по сломанным рёбрам до самого ремня, будто пряча в этой похоти весь ужас и пьянящий адреналин, от которого невольно стенали и горели мышцы живота.
— Иди за мной… «Крошка».
Изо всех сил улыбаясь и виляя бёдрами, я потянула его за пряжку и скользнула на камбуз, однако, этот трепет было уже не унять.
— А как же правила?
Я пару мгновений пыталась побороть застенчивую улыбку, но, упершись в стол, поддалась ободряющему толчку и притянула парня к губам, увлекая во внезапный и глубокий поцелуй.
— К чёрту правила…
Обвив руками его шею, я прошептала ему это прямо в губы, а Джей, наконец, перестал ломаться и прильнул ко мне с решительным рывком. Дерзко и пылко, как и вечно не гаснувшее пламя во взгляде, полном вожделения и жажды.
Словно к роднику в пустыне, жадно, не спеша, наслаждаясь каждым миллиметром моих губ и крепкими пальцами скользя по ягодицам, подсаживая на стол.
— Кажется, мы прервались на чём-то важном?
Прошептала я, едва успевая хватать воздух в те доли
