Выбирая именно мой замок для отдыха своего класса, он знал, кого сюда вздумал притащить. Ничего не имею против Гарилики, девочка она хорошая, это видно. То, как она смотрит на моего сына, не изменил даже её драконий облик. Но неужели нельзя было сразу меня предупредить, тем более что разоблачения начались еще на родительской недели, когда во всей своей красе перед нами предстал эмир ифритов. Да и про мерцающих я к тому времени уже знал. Так почему нельзя было сказать и про выверну тоже? Не понимаю. Другой вопрос: понимает ли Андрей? Поэтому это было первым, что я спросил у него, как только за нами плотно закрылись двери моего кабинета.
– Почему ты мне сразу про нее не сказал?
– Не был уверен, что сумеешь отреагировать адекватна. А потом пришел к выводу, что будет лучше, если ты услышишь все тут, в родных пенатах, где даже стены помогают… так у нас говорят.
Парень выглядел слегка смущенным. Наверное, я мог бы его понять. Но легче мне от этого не становилось.
– Почему ты признался ему, но все эти годы молчал для меня? – спросил я уже у Кая.
– Я признался? – насмешливо уточнил он и уселся в свое любимое кресло.
Мы бессчетное число вечеров провели с ним в этом кабинете за игрой в шахматы, которой он меня обучил когда-то. Так что кресло на самом деле было его. Для Андрея же мне пришлось создать отдельное сидячее место, которым тот не преминул воспользоваться.
Разумеется, услышав реакцию Кая на свой вопрос, я посмотрел на устраивающегося в новом кресле Андрея. Тот заметил мой взгляд и демонстративно пожал плечами.
– Я хотел заручиться его поддержкой, прежде чем тебе насчет Гарри рассказывать.
– Это я понимаю. Но откуда ты узнал, кто он?
– Ну…
– Темная ему сказала. Она будущая глава Великого Дома. Их по-особому обучают.
– Это правда?
Андрей странно отреагировал на прямой и, как мне казалось, совсем несложный вопрос.
– Знаешь, Вит, мне бы не хотелось напрямую врать вам обоим, так что, я скажу, что это секрет фирмы. Подробности можете попытаться узнать у Ира, если он, конечно, захочет вам рассказать.
Ира? – пронеслось у меня в голове. Так он называет секретаря ректора. А что мне известно о желтоглазом мальчишке, искусно прикидывающемся эльфом, кроме того, что он на самом деле мерцающий? Только то, что в самое ближайшее время тот намерен стать арихимагом, то есть ему предстоит защищать диссертационную научную работу.
– Это как-то связано с его научными изысканиями?
– Да, – немедля ответил Андрей, покосившись на Кая. Тот так же, как и я, следил за каждым его движением.
– Хорошо. Я непременно спрошу его. Так почему ты мне раньше ничего не рассказывал? – обратился я с Фанинику. Тот сморщился, словно ему на язык попало что-то кислое.
– Давай ты не будешь меня пытать? Ну, не сказал, значит, не досуг было.
Я ожидал от него именно такого ответа. Кай никогда не любил говорить о личном при посторонних. Но точно не ожидал, что молодой психолог возжелает влезть в наши с ним отношения по самую маковку. Вот уж кому неймется! Как только Ви'Хольм планирует контролировать это неугомонное создание иного мира?
– Боялся, что от семьи отлучат? – невинно полюбопытствовал психолог. За что и был удостоен прожигающего насквозь взгляда. Признаться, я уже тогда мог выпроводить его за дверь и переговорить с Фаниником с глазу на глаз. Но не стал этого делать, так как меня весьма заинтересовала сия формулировка вопроса.
– А что? – все так же легкомысленно продолжил Андрея, – Пока ребята экзамены сдавали, я тут на досуге почитал о драконах. Про королевских, конечно, в той книге, которую мне наш декан презентовал, ничего не было, зато присутствовал интересный очерк, в котором рассказывалось не сколько о политическом устройстве вашего Заоблачного Края, сколько о семейных ценностях, которых, как оказалось, у вас кот наплакал.
– Ты заблуждаешься, если думаешь, что я настолько привязан к семье.
– А я вовсе не на твою драконью семью намекаю.
– Андрей, – вмешался, пока эти двое прожигали друг друга взглядами, – Я в отличие от тебя ничего подобного о драконах не знаю, объясни толком.
– В книге было написано, что драконы могучий, но малочисленный народ. Вот только дети у них рождаются редко не по физиологическим причинам, а исключительно из-за социальных проблем. Они не умеют уживаться друг с другом. Поэтому, если дракониха решает не развлечься, а родить ребенка, она делает это для себя на свой страх и риск. И воспитывает чадо одна, потому что новоиспеченного папочку редко интересует потомство. – Начал пояснять психолог, а потом снова обратился к Каю, – Ты попытался выставить Изю в неприглядном свете, чтобы Вит не задавал лишних вопросов. Но, как я понимаю, то, что у нее два ребенка, пусть и от разных отцов, это не признак распущенности, а признак материнского героизма, или автор книги сам не знал, о чем пишет?
– Не знал. Он описал ситуацию чисто с женской стороны, но есть еще и мужской взгляд на вещи.
– Вот как? И что ты моешь рассказать со своей стороны?
– Да, есть мужчины, которые не испытывают потребности в семейной жизни, но есть и те, кому и хотелось бы греться у домашнего очага, но, увы, подходящей женщины они так и не встретили. У меня двое дочерей. У них разные матери. И ни одна не занималась их воспитанием. Я сам их растил. Всегда хотел иметь полноценную семью. Но, увы, с моими сородичами завести её так и не получилось.
– И ты ушел к людям. Поэтому я спрашивал тебя не о твоей драконьей семье, а о семье Виттебранд, к которой ты теперь принадлежишь. От ведь принадлежит? – это Андрея спросил уже у меня. Что я мог ему ответить? Придержав слова, готовые сорваться с губ, я посмотрел на старого друга.
– Так как, Кай, принадлежишь? – спросил я его.
Он прямо встретил мой взгляд. Его ответ развеял все мои сомнения.
– Я дураком был…
– Хорошо, что сам это понял, – не дав мне и слова сказать, фыркнул на это психолог. – Ладно, я вниз пошел. Уверен, вы тут и без меня теперь прекрасно разберетесь. Кто я такой, чтобы в семейные разборки соваться?
– Уже сунулся, ты не находишь? – уточнил я у него.
– По самый хвост, – поддержал меня Кай.
На что неугомонный психолог подмигнул нам обоим и выскочил за дверь. Да, надо посоветовать Ви'Хольму еще кого-нибудь к нему представить, а то его личного секретаря уже явно недостаточно. Мальчишка из мерцающего такие веревки вьет, что любо дорого посмотреть.
Андрей
Все прошло куда лучше, чем я предполагал. Так что из кабинета Вита я вышел в приподнятом настроении. В коридоре столкнулся с миловидной служанкой. Как-то сам не заметил, как разговорился с ней. На самом деле я всего лишь невинно поинтересовался, можно ли у них тут как-нибудь по-тихому позавтракать и без присутствия хозяина дома за столом. То, что теперь Вита из кабинета час, если не больше, не выцарапаешь, я понимал со всей отчетливостью. А желудок уже изрядно так сводило. Жрать хотелось неимоверно. Думаю, не мне одному. Ребята тоже голодными остались из-за всех этих разборок. Вот я и поспешил навести мосты с прислугой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
