Наша промышленная деятельность и раньше развивалась под влиянием потребностей казны. Для казенных надобностей ремесленников вызывали, как мы видели в XVII ст., из провинциальных городов в Москву. В Туле в 1625 г. насчитывалось 33 кузницы, из них 17 казенных. С 1628 по 1677 г. число казенных ремесленников в Туле увеличилось в три раза. Те мастера-иноземцы, о которых мы говорили в предыдущей главе, вызывались на государеву службу, и это, как мы видели, не было одной лишь фразой. Либо они лили пушки, выделывали порох, отыскивали руду, изготовляли селитру для армии, либо они работали для дворцовых нужд, как золотых и серебряных дел мастера, производители стеклянных сосудов, шелковых материй, бумаги. В большинстве случаев заводимые ими предприятия являлись казенными, устраивались на счет государя и мастера, получали от него жалованье, и лишь в немногих случаях мы находим частные заведения (железоделательные Марселиса и Акемы, стеклянное Коэта). Правда, мы упоминали и о таких иностранцах, о которых говорится «кормится у города, у иноземца работой своею», в частности «шьет на иноземцев платье», но это были, по-видимому, мелкие ремесленники, которые работали в новой иноземской (Новонемецкой) слободе на проживающих там «служилых немцев», т.е. военных людей (среди 204 домовладельцев слободы находим в 1665 г. 142 офицера) и прочих иностранцев. Этих ремесленников надо отличать от тех иноземцев, которые должны были заводить новые отрасли промышленности в стране или расширять уже ранее существовавшие.
Петр первоначально шел тем же испытанным путем — создавал казенные предприятия, имея опять-таки в виду нужды казны, которые усилились вместе с реформой армии, получившей внешний вид и строй европейской регулярной армии. Если к этому прибавим, что Петр впервые создал флот в России, то ясно станет, что существовавшая в те времена промышленность не могла удовлетворять нуждам государства.
Отсюда многочисленные указы об учреждении петрозаводского, сестрорецкого и охтенского металлургических и оружейных заводов, об устройстве селитренного завода в Казани, позже в Киевской губернии, в великороссийских и малороссийских городах, о создании полотняных предприятий и вызове с этой целью мастеров из-за границы{722}.
Однако очень скоро он меняет свою политику в том смысле, что той же цели — развития промышленности для казенных надобностей — старается достигнуть при помощи частных предпринимателей. Поэтому казенные предприятия передаются частным лицам. Сознание невозможности для казны вести промышленные предприятия появляется уже гораздо раньше. В 1633 г. вызваны иностранцы, которым поручается производство, ибо казенное не удалось — «учали было в нашем государстве на Москве делать тянутое и волоченое золото и серебро и канитель… и медное дело и то дело учало ставиться дорого и прибыли нашему царскому величеству в это деле было мало»{723}. Однако это были лишь единичные случаи. По общему правилу все делалось на казенный счет, и, по-видимому, до Петра иначе поступать невозможно было. Только теперь — хотя и с трудом превеликим — нашлись охотники, частные промышленники. Так, в 1711 г. велено было «полотняные заводы и в новонемецкой слободе купленные дворы, которые ведомы в посольском приказе, с призванными к тому делу мастерами-иноземцами по договорам их, и русских людей, обучившихся тому делу, отдать купеческим людям, которые торгуют в Москве: Андрею Турке, Степану Цынбалыцикову и другим»{724}. В следующем году приказано было и суконные предприятия отдавать частным лицам, с тем чтобы казна через пять лет могла уже довольствоваться сукнами русского производства: «Завод суконный размножать не в одном месте, а так, чтобы через пять лет не покупать мундира заморского… а заведши дать торговым людям, собрав компанию»{725}.
В регламенте Мануфактур-коллегии 1723 г. уже установлено общее предписание, касающееся промышленности: «Казенные фабрики, уже заведенные, и те, которые будут заведены, передавать партикулярным лицам»{726}. Соответственно этому казанская суконная фабрика, основанная в 1714 г., десять лет спустя была передана казанцу гостиной сотни Микляеву с компанейщиками. В это время в этом предприятии числилось 40 станов, 587 человек мастеров и рабочих и оставалось еще 673 половинки сукна на 9287 руб. В 1729 г. петербургские жители Маслов, Солодовников да «бумажный мастер иноземец» сами просили передать им казенный бумажный завод{727}.
В этих случаях образуются компании из лиц, именуемых «содержателями» предприятия. Господствовал взгляд, что следует «учредить компании или общества торговые, дабы общим богатством над привилегиями сильнее было действовать. А таким компаниям надобно, кажется, сочиненным быть из всякого рода людей, т.е. из мещан, купцов и дворян, так как то во многих государствах с великой пользою производят».
Не только в области обрабатывающей промышленности, но и в горном деле правительство стало передавать заводы в руки частных предпринимателей «для пресечения имеющихся в содержании казенных заводов напрасных убытков». И здесь появляются компании содержателей, получающие на определенных условиях казенные предприятия «в собственный их промысел».
Наряду с такого рода предприятиями, которые после «приведения их в доброе состояние» отдавались в содержание «партикулярным людям», появляются и частные, непосредственно учреждаемые отдельными лицами, но со всевозможными поощрениями со стороны правительства, ибо сие дело «сначала не без великого труда, а наипаче не без убытка может произведено быть». «Понеже мы прилежное старание имеем о распространении в государствах наших и пользе общего блага и пожитку подданных наших, купечества и всяких художников и рукоделий, которыми все прочие благоучрежденные государства процветают и богатятся», то Шафирову и Толстому велено (в 1717 г.) «труд приложить, дабы в нашем государстве учредить фабрику или художества всяких материй и парчей», а так как ее «без всяких иждевений и долгого времени завесть и в доброе состояние привесть невозможно», то упомянутым лицам даются всевозможные льготы, как-то: свобода от всех податей, право беспошлинной продажи своих изделий в течение 50 лет, в тех городах, где они «те заводы завесть заблагорассудят, на первое время готовые дворы строением безденежно», в особенности же исключительное право устраивать в России такого рода предприятия{728}.
Однородные преимущества даются и ряду других предпринимателей, как, например, в 1718 г. купцу Павлу Вестову право на исключительное устройство в Москве сахарных заводов на 10 лет, в 1719 г. стольнику Афанасию Савелову и купеческим сыновьям Томилиным привилегии на устройство скипидарных, канифольных и гарпиусных заводов, по которой им предоставлено исключительное право торговли означенными вещами в России и право остатки отпускать беспошлинно за границу. Компании для выделки волочильного и плющильного золота и серебра было разрешено даже «отбирать безденежно как серебро, так и инструменты того, кто будет сверх их компании оное мастерство производить»{729}.
Как мы видим, Петр не ограничивается созданием промышлености для нужд армии, но старается насадить и производство разного рода, предметов роскоши, потребляемых при дворе и высшими кругами, чтобы избавить Россию от необходимости привоза этих изделий из-за границы и сохранить звонкую монету в стране. Он покровительствует производству шелка, бархата и парчи — мы упоминали о шелковом предприятии Шафирова, поощряет выделку сахара — мы приводили привилегию сахарозаводчику Вестову. Он создает заводы стеклянные, писчебумажные, табачные. При Петре учреждено было несколько стеклянных заводов, в том числе и существующий поныне Императорский стеклянный завод в Петербурге.
Посетив в 1712 г. в Дрездене бумажную мануфактуру Шухарта, Петр тогда же нанял несколько мастеров и отправил их в Москву для устройства бумажной мельницы. Немец Плейфер в том же году в Москве устроил такое предприятие. Вместе с тем среди посланных за границу для обучения молодых людей находился некий Короткий, которому велено было изучить бумажное производство в Голландии. По возвращении его ему приказано было построить в Москве бумажную мельницу на голландский образец и даны были ученики для обучения бумажному делу. Когда столица была переведена в Петербург, то Петр и здесь устроил бумажную мельницу (Дудоровскую), причем в 1718 г. установлены были цены продаваемой Адмиралтейством бумаги с этой мельницы — «и о том публиковать указами с барабанным боем и в пристойных местах выставить листы дабы о покупке той бумаги его царского величества указ ведали». Вскоре приступили к постройке еще одной бумажной мельницы, но обнаружился недостаток в сырье. Поэтому в 1720 г. предписывалось, чтобы всяких чинов люди, имеющие у себя изношенные полотна, «такие бестряпицы приносили и объявляли в канцелярии полициймейстерских дел, за которые по определению заплачены будут им деньги из кабинета Е. В»..
