Шут смеясь, перебирал ее золотистые волосы. Ему было так хорошо, что и словами не передать. И так забавляла эта совершенно детская радость любимой…
— Возьмем, — легко согласился он. — И Вейку, и Мая. Твою Молчунью тоже, небось, придется брать — а то кто станет расчесывать и наряжать мою королеву. А хочешь, украсим все внутри драпировками и шелком?
— Не надо… — Элея прижалась щекой к его ладони. — Знаешь… я хочу, чтобы было… совсем так, как у тебя в детстве.
— Ну… — протянул Шут задумчиво. — Можно и так, конечно. Но лучше разгородить фургон стеной — чтобы нам никто не мешал… — он провел пальцами по нежной щеке. Ведь у нас-то лишь занавесь была между постелью родителей и всем остальным.
— Пусть так, — промолвила Элея. — Но только без шелков, ладно? Их и во дворце хватает.
11
К вечеру третьего дня Кайза снял с Шута повязки. Под ключицей еще оставалось уродливое темное пятно из сморщенной кожи, но внутри рана уже затянулась.
— Молодец, — похвалил шаман. — Управился в срок.
Шут непонимающе поглядел на друга. Тут ухмылялся довольно.
— Ты сам себя исцелил. Я лишь немого помог. А все остальное — твое собственное намерение. Судя по тому, как быстро тебе это удалось, оно было очень сильно.
— Ну ты и плут! — воскликнул Шут подходя к большому зеркалу в раме из завитков и разглядывая свою грудь. — Я не верю!
— Не верь, — усмехнулся шаман. — Но я тобой горжусь, — он ощупал шрам и заключил: — Теперь можешь ехать, куда хочешь. Хоть в соседнее королевство.
— Ну уж нет! — отмахнулся Шут, — сегодня я так далеко не отправлюсь. Мне бы только с Вейкой повидаться.
— Сегодня вы уже никуда не отправитесь, ваша милость, — услышал он, и, обернувшись, увидел в дверях Лауро. — Извините за беспокойство, но вас желает видеть Его Величество.
Эта официальность тона настораживала.
— Что-то случилось? — спросил Шут, надевая рубаху, а то советник очень уж изумленно смотрел на шрам под ключицей.
— Ничего страшного, — вежливо ответил Лауро. — Совершенно не о чем тревожиться. Просто у короля к вам важный разговор личного характера.
Шут кивнул и поспешил в кабинет, где, по словам советника, его дожидался Руальд.
Король и в самом деле не выглядел обеспокоенным. Он сидел у камина и выколачивал трубку, когда Шут возник на пороге. Вид у Его Величества был скорее задумчивый — как обычно в последнее время.
— Пат… Заходи, — Руальд кивнул на кресло. Внимательно посмотрел на движения Шута и сразу заметил: — Ты снял повязки? Так быстро?
Шут кивнул.
— Колдуны! — усмехнулся король. — С кем я живу… Ты уже совсем поправился?
— Ну, почти, — улыбнулся Шут. — Хотя стоять на руках, пожалуй, пока не рискну.
— И не надо… — промолвил Руальд. — Ты, садись, садись… Я хочу рассказать тебе одну историю. Вино будешь?
Шут задумался.
— С кумином? — уточнил он, прекрасно осознавая свое бесстыдство. Однако вопрос этот не был задан от желания получить удовольствие… Шуту казалось — если король согласится, значит, все-таки простил…
Руальд почесал переносицу.
— Отчего бы и нет, — и достал из стола шкатулку, в которой хранилась бесценная трава. Бросив щепоть в кувшин, разлил вино по кубкам. Протянул один из них Шуту. — Держи.
Пару минут они просто наслаждались изысканным вкусом, а потом король снова заговорил.
— Так вот история… — сказал он, поворачивая кубок в пальцах. — Имя Амелия Арро тебе ни о чем не говорит?
— Нет, — пожал плечами Шут и сделал небольшой глоток.
— Да… как я и предполагал, — король смотрел на Шута так, словно хотел проковырять в нем дырку и заглянуть внутрь. — Что ж… тогда я расскажу тебе. Эта милая девушка жила в Ферестре, была дочерью одного зажиточно барона. С детства ее просватали за равного по положению, и в девятнадцать лет Амелия благополучно обвенчалась с неким лордом Арро, когда тот наконец вернулся из долгого похода. Да только вот злые языки поговаривали, что лорд взял невесту уже на сносях, — Руальд рассказывал так складно, Шут аж заслушался. Он любил всякие истории про благородных. — Дитя и в самом деле родилось до срока, но молодой отец принял его с любовью, не сказав и слова против. А Ферестре, ты знаешь, не та страна, где прощают измену и привечают чужих бастардов, и потому вскоре люди поуспокоились, решив, что злые наветы — лишь выдумка завистников. И дальше все было обычно, даже обыденно. Мальчик подрастал, соседи и друзья говорили, будто он удался в мать — хрупкую и красивую женщину, но лорд Арро полагал, когда сын станет старше, то подобно другим дворянским детям без труда освоит и фехтование, и другие мужские науки. Поговаривают, он очень любил своего наследника, да и с женой всегда обходился ласково, а та отвечала ему взаимностью. Вот только не удалось им долго радоваться семейному счастью. Может, лорд врагов нажил, а может и в самом деле это был несчастный случай, да только спустя почти три года после их свадьбы всю семью на лесной дороге перебили разбойники. Не пощадили даже слуг. Только мальчик, говорят, выжил — тела его не нашли, — Руальд посмотрел на Шута задумчиво и как-то очень уж странно. — А звали его Тэймери. Тэймери Арро. Или просто Тэйме…
Шут не знал, что тишина бывает такой оглушительной. Он застыл в своем кресле неподвижной статуей и лишь спустя несколько мгновений вспомнил, как нужно дышать.
— Руальд… ты… ты не выдумываешь? Это правда? — он до боли стиснул свой кубок. — Ох, боги… Мои родители! Значит они все-таки погибли… Но как ты сумел узнать?!
— Сумел… — несколько минут Руальд молчал, вероятно, давая Шуту переварить услышанное. А потом сказал без предисловий: — Только это еще не все. Слухи-то, друг мой Тэйме, все-таки оказались верны. Лорд Арро не был твоим родным отцом. Он был просто очень благородным человеком, который не побоялся признать своим сыном чужое дитя. По имени ты — лорд, а по крови… — Руальд встал и подошел к нему, все еще деревянному от изумления, и забрал из негнущихся пальцев тяжелый кубок, — по крови ты — сын короля. Короля Берна. Моего отца.
— Эээ?.. — Шут наконец понял, что его друг решил просто посмеяться над ним. — Да ну тебя вовсе! — воскликнул он и решительно встал из кресла.
Ему не нравились такие шутки!
— Постой, Пат! — Руальд тут же оказался рядом и схватил его за руку. Развернул и вдруг стиснул за плечи так, словно это не Шут был вовсе а, по меньшей мере, принц Фарр. Прошептал совсем тихо: — Глупый… Всегда дергаешься без дела. Посмотри на меня! Ну! Посмотри! — Шут через силу поднял ресницы и встретился глазами с королем. — Ты брат мой, Патрик… Понимаешь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
