человечества, развивавшейся отдельно от его собственной. Возможно, думал он, этот факт и давал надежду – то, что, несмотря на столетия изоляции и различия в развитии, они всё ещё могли найти общий язык.
– Они прибывают, – сказала Элеонора, глядя на двери зала, которые начали открываться. – Пора начинать.
Волков сделал глубокий вдох, настраиваясь на предстоящие переговоры. Как дипломат с двадцатилетним опытом, он участвовал во многих сложных и напряжённых дискуссиях. Но ни одна из них не имела таких масштабных последствий, как эта.
Главный Зал Совета Авалона был спроектирован как символическое пространство диалога и принятия решений. Круглый стол из материала, напоминающего полупрозрачный мрамор, но светящегося изнутри мягким голубоватым светом, занимал центр зала. Вокруг него расположились представители основных фракций Авалона и делегация с «Персефоны».
Волков осмотрел присутствующих, оценивая ситуацию. Справа от него сидел капитан Васкес, ещё бледный после ранения, но достаточно восстановившийся, чтобы присутствовать на переговорах. Рядом с ним – доктор Ямамото и два младших офицера, которым Васкес доверял. Амины и Кая не было – они всё ещё находились в «Хранилище» и Центральном Нексусе соответственно, работая над противодействием деструктивным действиям Рейеса.
Со стороны колонистов присутствовали Элеонора Чен, Александр – лидер фракции «Мостов», Мариам Нкоси – представительница «Хранителей», трое членов Научного Совета и двое руководителей Службы Безопасности колонии.
– Благодарю всех за согласие участвовать в этой экстренной конференции, – начала Элеонора, когда все заняли свои места. – Ситуация беспрецедентна и требует немедленных действий. По моей просьбе дипломат Волков согласился модерировать нашу дискуссию, учитывая его опыт в межкультурных переговорах.
Она кивнула Волкову, передавая ему слово. Он заметил, что некоторые представители «Хранителей» хмурятся, недовольные выбором земного дипломата в качестве модератора. Но открытых протестов не последовало – хороший знак.
– Прежде чем мы начнём, – сказал Волков, поднимаясь с места, – я хотел бы отметить, что выступаю здесь не как представитель Земли или Европейского Консорциума, а как нейтральная сторона, заинтересованная в мирном разрешении конфликта и установлении стабильных отношений между нашими обществами.
Он сделал паузу, обводя взглядом присутствующих.
– События последних дней изменили наше понимание человеческой истории, нашего происхождения и нашего будущего. Мы узнали, что Земля и Авалон – части единого плана, созданного Архитекторами. Мы узнали о «Затмении» – угрозе, которая не различает землян и авалонцев, угрозе всей разумной жизни в нашем секторе галактики.
На экранах вокруг стола появились изображения – галактическая карта с отмеченными на ней тринадцатью колониями, визуализация «Затмения», хронометр, отсчитывающий время до его наступления.
– Перед лицом этого вызова разделение и конфликт между нами не просто нецелесообразны – они самоубийственны, – продолжил Волков. – В то же время мы должны признать, что недавние действия части экспедиции Земли нарушили доверие и создали угрозу безопасности Авалона.
Он повернулся к Васкесу:
– Капитан, как официальный руководитель миссии «Персефоны», не могли бы вы представить позицию Земли относительно действий мистера Рейеса?
Васкес медленно поднялся, его движения были скованными из-за недавнего ранения.
– Я хочу прояснить, что действия Рейеса не были санкционированы общим командованием миссии, – твёрдо сказал он. – Он действовал по секретным инструкциям Земного Альянса, о которых я не был проинформирован. Как капитан «Персефоны» и представитель ОПН, я официально осуждаю эти действия и приношу извинения народу Авалона.
По залу пробежал шёпот – извинения были неожиданны, особенно от военного человека, известного своей прямолинейностью.
– Это хорошее начало, капитан, – кивнул Волков. – Но слова должны подкрепляться действиями. Что вы предлагаете для исправления ситуации?
– Я готов немедленно отстранить Рейеса и его сообщников от должностей и взять их под стражу до возвращения на Землю, где они предстанут перед международным трибуналом, – ответил Васкес. – Кроме того, я предлагаю оставить в колонии часть нашего научного персонала, включая доктора Хан, для сотрудничества в изучении «Затмения» и разработке защитных мер, если колонисты сочтут это приемлемым.
Мариам Нкоси, лидер «Хранителей», подалась вперёд, её тёмные глаза сверкнули:
– Слова и обещания мало что значат, когда ваш соотечественник удерживает контроль над исследовательским центром и угрожает нашим жизнеобеспечивающим системам. Почему мы должны верить, что остальные члены вашей экспедиции не разделяют его взгляды и цели?
– Законный вопрос, – кивнул Волков, прежде чем Васкес успел ответить. – Но давайте посмотрим на ситуацию объективно. Если бы все члены экспедиции разделяли цели Рейеса, сейчас мы бы не вели переговоры. Амина Хан и доктор Левин активно работают над нейтрализацией угрозы, созданной Рейесом. Капитан Васкес был ранен, пытаясь остановить его.
– Тем не менее, – вмешался один из руководителей Службы Безопасности, высокий мужчина с характерными для колонистов чертами лица, – угроза остаётся реальной. Рейес и его люди контролируют критически важные системы, и мы не можем рисковать прямым штурмом из-за опасности повреждения инфраструктуры.
– Именно поэтому нам нужен диалог, а не конфронтация, – сказал Александр, лидер «Мостов». – История Архитекторов учит нас, что технологическое превосходство без мудрости и сотрудничества ведёт к катастрофе. Возможно, в этом кризисе есть возможность для нового начала между нашими обществами.
– Но на каких условиях? – спросила Мариам. – Мы не можем просто открыть все наши технологии и знания Земле после такого вероломства.
– Согласен, – кивнул Волков. – Необходимы чёткие правила и ограничения. Я предлагаю следующее: создание совместной рабочей группы с равным представительством Земли и Авалона, под надзором нейтральной комиссии. Эта группа будет систематически изучать технологии «Хранилища» и разрабатывать безопасные протоколы для обмена знаниями, с фокусом на подготовке к «Затмению».
Он посмотрел на экран, показывающий таймер «Затмения»:
– У нас осталось 83 года до начала основной фазы. Это может показаться долгим сроком по человеческим меркам, но для создания защитных систем планетарного масштаба это мгновение. Мы не можем позволить себе терять время на взаимные подозрения и конфликты.
– А что насчёт военных технологий? – спросил другой представитель «Хранителей». – Именно они интересуют Рейеса и Земной Альянс в первую очередь.
– Полный мораторий на передачу технологий с военным потенциалом до формирования надёжной системы сдержек и противовесов, – твёрдо сказал Волков. – Фокус исключительно на защитных мерах против «Затмения» и технологиях, улучшающих качество жизни.
Элеонора Чен, внимательно слушавшая дискуссию, включилась в разговор:
– Предложение дипломата Волкова звучит разумно как отправная точка. Но есть ещё один аспект, который мы должны обсудить. Протокол объединения, активированный в «Хранилище», инициировал связь с другими колониями. Мы должны подготовиться к возможности контакта с ними.
– Доктор Чен права, – поддержал Александр. – Архитекторы распределили своё наследие между всеми тринадцатью колониями. Для полноценной защиты от «Затмения» потребуется сотрудничество со всеми, не только между Землёй и Авалоном.
– И как вы предлагаете установить этот контакт? – скептически спросил один из членов Научного Совета. – Даже с технологиями «Персефоны» путешествие к ближайшей из других колоний займёт годы.
– Возможно,
