о том, что на самом деле известно земным властям, о потенциальном существовании других контактов с колониями.
– Это меняет контекст ситуации, – задумчиво произнёс Волков. – Но не наши непосредственные действия. Мы всё равно должны попытаться остановить Рейеса дипломатическим путём, пока ведётся техническая работа.
Он повернулся к Элеоноре:
– Вы готовы, доктор Чен?
– Готова, – кивнула она, поправляя свой строгий костюм цвета индиго, традиционный для руководства Авалона. – У нас мало времени.
– Я свяжусь с Рейесом и сообщу о вашем визите, – сказал Васкес, активируя свой коммуникатор. – Но будьте крайне осторожны. Он профессиональный оперативник и может воспринять ваш визит как возможность получить дополнительные заложники.
– Мы это понимаем, – ответил Волков. – Но риск оправдан ставками. Если мы не остановим передачу данных, последствия для отношений между Землёй и Авалоном будут катастрофическими, не говоря уже о потенциальных опасностях неконтролируемого распространения технологий Архитекторов.
Пока Васкес связывался с Рейесом, Волков отвёл Элеонору в сторону для короткого частного разговора.
– Доктор Чен, я должен спросить: вы действительно верите, что мы сможем убедить Рейеса? – тихо спросил он. – Он кажется полностью убеждённым в правильности своих действий.
– Я верю не столько в успех убеждения, сколько в необходимость попытки, – честно ответила она. – И, кроме того, наше присутствие в исследовательском центре даст Каю и Амине больше времени для технического решения проблемы.
Волков внимательно посмотрел на неё, отмечая проницательность и стратегическое мышление этой женщины. Она не была наивной идеалисткой, как могло показаться на первый взгляд, а расчётливым лидером, готовым на личный риск ради более широкой стратегии.
– Вы действительно хорошо разбираетесь в тактике переговоров, – с уважением сказал он.
– Два столетия относительной изоляции не означают, что мы не развивали искусство дипломатии, мистер Волков, – с лёгкой улыбкой ответила Элеонора. – Наше общество тоже имеет свои фракции и конфликты, хотя, возможно, не столь кровавые, как на Земле.
Васкес вернулся к ним с напряжённым выражением лица:
– Рейес согласился на встречу, но с условием, что вы придёте без оружия и средств связи, кроме одного коммуникатора для возможности передачи его требований обратно Совету.
– Предсказуемо, – кивнул Волков. – Мы согласны.
– У вас тридцать пять минут до запуска передачи, – предупредил Васкес. – Служба безопасности Авалона предоставит вам эскорт до входа в исследовательский центр, но дальше вы пойдёте одни.
– Понятно, – сказала Элеонора, затем повернулась к остальным членам Совета. – В моё отсутствие временное руководство переходит к Александру. Продолжайте работу над формализацией соглашений, которых мы достигли. Это будет нашим запасным планом, если переговоры с Рейесом не принесут результата.
Члены Совета кивнули, хотя на их лицах читалось беспокойство за безопасность своего лидера. Волков понимал их чувства – в напряжённой ситуации потеря ключевой фигуры могла дестабилизировать всю систему управления.
– Пора идти, – сказала Элеонора, направляясь к выходу из зала.
Волков последовал за ней, мысленно готовясь к предстоящим переговорам. За свою карьеру он встречал много людей типа Рейеса – идеологически мотивированных, убеждённых в своей правоте, готовых на экстремальные меры ради того, что они считали высшим благом. Такие люди редко поддавались стандартным методам убеждения или запугивания.
Но у каждого человека есть свои уязвимые точки, свои сомнения, даже если глубоко скрытые. Задача Волкова была найти эти точки у Рейеса и использовать их, чтобы предотвратить катастрофу.
Исследовательский центр Авалона располагался в отдельном здании, соединённом с основным комплексом подземными туннелями. Обычно это был оживлённый научный хаб, где сотни специалистов работали над различными проектами. Сейчас же здание было зловеще пустым – персонал эвакуировали после захвата центра людьми Рейеса.
Волков и Элеонора прошли последний пост безопасности, где сдали все средства связи, кроме одного коммуникатора, предварительно проверенного людьми Рейеса. Затем они направились к главному входу в здание, где их ожидали два вооружённых агента.
– Оружия нет? – спросил один из них, проводя сканирование.
– Как договаривались, – спокойно ответил Волков. – Мы пришли говорить, не сражаться.
Агент кивнул и жестом пригласил их следовать за ним. Они прошли через просторное фойе, где ещё недавно кипела научная жизнь, а теперь стояла гнетущая тишина, нарушаемая только звуком их шагов по мраморному полу.
Рейес ожидал их в главном конференц-зале центра, превращённом в командный пункт операции. Голографические экраны показывали различные системы колонии, статус устройств, размещённых его людьми, и таймер, отсчитывающий время до запуска передачи данных на Землю.
– Дипломат Волков, доктор Чен, – поприветствовал их Рейес, поднимаясь из-за стола. – Признаться, я не ожидал, что вы лично рискнёте прийти сюда.
– Ситуация требует нестандартных решений, – ответил Волков, внимательно изучая Рейеса.
Офицер безопасности выглядел усталым, но собранным. В его глазах Волков заметил странное сочетание решимости и скрытого напряжения – признак человека, загнавшего себя в угол, но не желающего это признавать.
– Присаживайтесь, – Рейес указал на стулья напротив себя. – У нас не так много времени.
Волков и Элеонора заняли предложенные места. На столе перед ними стояли стаканы с водой – маленький жест вежливости в абсурдной ситуации военного противостояния.
– Мистер Рейес, – начал Волков, – прежде чем мы обсудим ваши требования, я хотел бы понять вашу конечную цель. Что вы надеетесь достичь передачей этих данных на Землю?
Рейес слегка удивился прямоте вопроса, но быстро восстановил невозмутимое выражение лица.
– Моя цель проста: обеспечить технологическое преимущество Земли, необходимое для её выживания и процветания, – ответил он. – Земля находится на грани множества кризисов – экологических, ресурсных, социальных. Технологии Архитекторов могут решить эти проблемы, спасти миллиарды жизней.
– Даже если эти технологии не предназначены для использования в изоляции? – спросила Элеонора. – Даже если они могут вызвать катастрофические последствия без полного понимания их природы?
– С должным уважением, доктор Чен, мне кажется удобным, что эти технологии якобы требуют сотрудничества с колонистами, – скептически ответил Рейес. – Это классический способ сохранения технологического превосходства – утверждать, что другие «не готовы» или «не поймут» полный потенциал.
– Это не вопрос превосходства, – возразил Волков. – Архитекторы намеренно распределили своё наследие между колониями именно потому, что осознавали опасность концентрации слишком большой силы в одних руках.
Он наклонился вперёд, глядя прямо в глаза Рейесу:
– Подумайте логически, мистер Рейес. Если Архитекторы, цивилизация с технологиями, на миллионы лет опережающими наши, пришли к выводу, что их наследие должно быть разделено для безопасности, разве не стоит нам прислушаться к этой мудрости?
На лице Рейеса промелькнула тень сомнения, но он быстро подавил её.
– Приятная теория, – сказал он. – Но есть и альтернативное объяснение: Архитекторы могли использовать систему разделённых знаний как способ контроля над своими «подопытными», гарантию, что колонии не станут слишком независимыми.
– Это противоречит всему, что мы узнали об их философии и этических принципах, – вмешалась Элеонора. – Архитекторы видели свою миссию
