меня. Я не могу на него смотреть. — Ты владеешь всем моим сердцем, правда. Пожалуйста, поверь мне.
Чёрт, я же знал, что так будет. Я знал, что Купер для него всё, и всё равно притворялся, что это не так. Хотел Джейми себе, как жадный ублюдок. Я эгоист. И это то, что происходит с такими, как я.
— Нет, — шепчет он снова. — Не делай этого. Не отталкивай меня. Прошу, не делай.
Его тёплые руки касаются моих щёк, он прижимает лоб к моему. Я закрываю глаза, не в силах встретиться с его взглядом, полным мольбы.
— Пожалуйста.
— Когда я увидел кольцо… — я сглатываю. — Я понял, что скажу «да». Потому что я увидел с тобой всю свою жизнь. Но если ты был создан только для того, чтобы полюбить его?..
Джейми целует меня в лоб, и я впитываю его прикосновение, как последнюю память — на случай, если больше никогда не почувствую этого.
— А если я был создан, чтобы любить вас обоих? По-разному. В разное время. Что, если всё, что мы с тобой прошли с того дня, как встретились, — это путь сюда, в это мгновение… когда я люблю тебя сильнее всего на свете, а ты — любишь меня в ответ?
Он снова пытается поднять мое лицо, но я вырываюсь из его объятий и отступаю, увеличивая между нами расстояние.
— Я не знаю... Я правда не знаю. Мне нужно... Мне нужно немного пространства. Просто подышать.
Я отступаю, пока не чувствую за спиной стену, и соскальзываю по ней вниз. Запускаю пальцы в волосы и прячу лицо в колени.
— Между нами ничего не кончено. Я не позволю этому случиться, — голос Джейми дрожит, но полон решимости. — Ты был прав. Я действительно не попрощался. Но не потому, что не хотел отпустить его. Я отпустил Купера в ту минуту, когда понял, что хочу тебя сильнее, чем собственный следующий вдох. В тот день, когда моё сердце сказало: это ты. Только ты.
Я слышу, как его шаги удаляются, шарканье по полу разносится эхом по квартире, но я не поднимаю головы, пока он снова не заговорит:
— Но ты был прав. Это кольцо, — он поднимает его, — часть прошлого, за которое я цеплялся, даже не замечая. Я должен исправить это. Мы с тобой не заканчиваем, Кайден Кэррингтон.
Он опускается передо мной на колени.
— Каждый вдох. Каждый удар сердца. Помнишь?
Он целует меня в макушку, и только тогда я замечаю, что он обут.
— Между нами не всё. — Его голос твёрже. — Я никогда тебя не отпущу. Я всё исправлю. Обещаю.
Он встаёт. Уходит. Из комнаты. Из квартиры.
А я остаюсь на полу, не в силах шевельнуться, пока холод не пробирает меня до костей и тело не начинает дрожать.
Когда я наконец заставляю себя подняться, меня накрывает прилив энергии, замаскированной под гнев. Я выдвигаю ящик его тумбочки и высыпаю всё содержимое в комнату и на кровать. Грустные, разочарованные, разъярённые слёзы текут по моим щекам. Я пинаю его вещи, не разбирая, что именно летит в стены.
Затем я разворачиваюсь к своему ящику и делаю то же самое. Повторяю снова и снова, пока не начинаю задыхаться, хватая ртом воздух.
Мои колени бьют в пол. Гнев уходит, оставляя после себя пустоту.
Моё внимание привлекает фотография с моего дня рождения. Я не поднимаю её — просто провожу пальцем по лицу Купера.
— Я скучаю по тебе, Куп... — мой голос срывается. — Я научился жить без тебя.
Я улыбаюсь. Это горькая, почти извиняющаяся улыбка.
— Думаю, ты бы гордился мной. Прости, если я причинил тебе боль. Но я не жалею, что влюбился в него.
Голос почти шёпотом:
— Ты ведь тоже его любил... так что, думаю, ты бы понял.
Умиротворённое лицо Купера смотрит на меня с фото. Я прижимаю его к груди, ощущая, как она сдавливается от всех чувств сразу.
Я смотрю на беспорядок, который оставил после себя. Слишком устал, чтобы наводить порядок.
Я забираюсь в постель. Ложусь на сторону Джейми. Вдыхаю его запах с простыней. Закрываю глаза. И гадаю, что будет дальше. И будет ли вообще мы.
Глава 39
Джейми
Дождь не прекращается, делая условия для вождения далеко не идеальными. Мои дворники работают на пределе, но вода по-прежнему заливает стекло, размывая обзор, пока я мчусь по автостраде. Я знаю, мне следовало дождаться утра, пока не рассветёт, прежде чем уехать, но мне нужно было идти. Немедленно. Нужно было всё исправить. Видеть побеждённое, убитое горем лицо Кайдена — невыносимо. А знать, что я причина этой боли, — это как соль на открытую рану. Жгучая, пронизывающая боль, от которой не скрыться.
Я не лгал, когда сказал, что забыл о кольце. Когда я переехал к Кайдену, я просто сгреб свои вещи из дома родителей в коробку, а потом засунул её в ящик, не думая. Хотя, если честно, это не оправдание. Я должен был избавиться от кольца давно. Так же, как должен был попрощаться с Купером ещё до того, как всё стало серьёзным с Кайденом.
Если быть до конца откровенным с собой — я должен был отпустить его задолго до встречи с Рэйчел.
Купер был огромной, значимой частью моей жизни, и сначала я просто не мог заставить себя пойти на его могилу. Не мог даже думать о том, чтобы выбросить кольцо. Я не знаю, когда именно я перестал думать о будущем, которое мы потеряли, или о его лице в тот последний момент. Но я точно знаю, что перестал. И это произошло из-за Кайдена. Потому что он — всё для меня.
Он — моя вселенная.
После двух часов в дороге мои глаза наливаются тяжестью, тело устало, темнота и нескончаемый дождь делают поездку изнурительной. Я заезжаю на парковку, выхожу из машины и бросаюсь к входу, стряхивая воду с волос, когда оказываюсь под навесом. Заказав самый большой кофе в меню, я сажусь в одной из кабинок на фуд-корте, прислоняюсь к стене и делаю большие глотки, надеясь, что кофеин сработает быстро.
За маленьким столиком напротив сидит пожилая пара. Женщина в мятно-зелёном джемпере и чёрном шарфе наклоняет голову в мою сторону. Я отвечаю ей тем же, потом отвожу взгляд в окно, наблюдая, как капли дождя рисуют узоры
