— Я видела в Калфа-Вен человека из Лиги. Наверное, важного чиновника. Он носил на груди брошь в форме бирюзовой рыбы.
Хэниш сделал выстрел — не самый удачный, — опустил лук и чуть нахмурился.
— В форме дельфина, а не рыбы. Хотя вы правы. Сэр Дагон занимает в Лиге высокий пост и подотчетен только председателю, сэру Ривеку.
Сэр Дагон… Коринн припомнила, что встречалась с ним, когда была еще девочкой. Этот человек никогда ей не нравился. Его внешность, голос, самодовольный вид и неискренность — все вызывало отторжение. Один раз они столкнулись в поместье, и теперь Коринн постоянно думала о нем, даже не отдавая себе в этом отчета.
— И о чем же вы с ним говорили?
— О коммерции, о поставках товаров.
— Не они ли предали моего отца? Не они ли предложили вам напасть на Акацию? Скажите честно. Я буду знать, плюнуть ли мне вслед этому Дагону, когда снова его увижу.
Хэниш взял очередную стрелу, прицелился и спустил тетиву. Выстрел получился удачным: стрела вонзилась в центр мишени. Мальчик весело вскрикнул, вскинув кулак, словно сам попал в цель. Хэниш не обратил на него внимания и ответил Коринн неожиданно любезно:
— Лига не имеет союзнических обязательств ни перед кем. У них нет иной идеологии, кроме той, что относится к умножению богатства. Однако коль скоро вы спросили… Лига предъявляла серьезные претензии к вашему отцу. Несколько лет назад они связались с моим отцом и заключили с нами договор. Если Мейн начнет войну против Акации, и наши дела пойдут успешно, Лига отзовет свои корабли и не окажет Леодану поддержку с моря. Мы были предупреждены, Акация — нет. Поскольку сердце вашего государства находилось на острове, удар вышел чувствительный. Видите ли, отказаться от военного флота в пользу торгового было серьезной ошибкой. Разумеется, я сейчас сам не лучше, но скоро исправлю ситуацию.
Коринн выстрелила. Стрела прошла впритык со стрелой Хэниша, вонзившись так близко, что отколола кусок древка вместе с оперением.
— А вы что пообещали им?
— Я согласился удвоить Квоту, удваивая, таким образом, их выгоду. Вдобавок я разрешил устроить базу на Внешних Островах, если они сумеют покончить с пиратами. Вот это мы и обсуждали с сэром Дагоном.
— Ну надо же, — протянула Коринн, подпустив в голос изрядную долю сарказма. — Вы и кто-то вроде сэра Дагона сидят, разговаривают и между делом решают судьбы тысяч людей… Когда вы дергаете за веревочки своих марионеток, это вас возбуждает?
Хэниш слегка наклонился вперед, не подходя ближе, но подразумевая, что ответ предназначен только для ушей Коринн.
— Очень, — сказал он. — Что еще вы желаете знать? Хотите услышать о рабах, которых мы продаем за океан? Или о том, как распределяем мист? О том, как усмиряем народ, чтобы люди работали на нас и не роптали? Я расскажу. Поведаю без утайки, если вам будет приятно, принцесса. Я даже сделаю вид, что все это исключительно мои деяния и что ваш батюшка, дражайший король Леодан, не был величайшим работорговцем мира еще до моего рождения.
Голос Хэниша, немного кокетливый вначале, к концу реплики стал холоден как лед. Коринн ответила ему в тон:
— Я не желаю ничего знать. Может, вам пойти и убить кого-нибудь? — Она протянула лук оруженосцу и двинулась прочь.
— Желаете поохотиться? — спросил Хэниш, поймав Коринн за локоть. — Можно устроить. Прямо здесь.
Он наложил стрелу на тетиву и поднял лук. Однако целился Хэниш не в мишень. Мальчик нервно поерзал, заметив, что наконечник стрелы направлен прямо на него. Он даже огляделся по сторонам, ища поблизости какую-нибудь достойную цель, незамеченную прежде.
— Крикнете ему, чтобы бежал? Или мне самому это сделать?
— Не надо, — сказала Коринн.
— Почему? Это всего лишь раб. Если он умрет, я просто потеряю часть своего имущества.
Коринн видела, как напряглись мускулы на предплечье Хэниша, как побелели суставы пальцев, сжимающих лук. Такая жестокая рука… Беспощадная в каждом своем нерве и каждой мышце…
— Не надо, Хэниш, — сказала Коринн, зная, что он все равно сделает по-своему. Он готовился спустить тетиву. Это была шутка и не шутка, то и другое одновременно.
— На самом деле вам хочется, чтобы я выстрелил. Вы хотите увидеть, как стрела пронзит мальчишку, хотите услышать его крик. Разве нет?
Коринн поколебалась несколько секунд. Она сама не знала, почему медлит. Был только один вариант ответа, но отчего-то Коринн не торопилась озвучить его.
— Нет, — наконец сказала она. — Не хочу.
— Мальчик, — крикнул Хэниш, — подними руку!
Паренек не понял его. Хэниш опустил лук и показал, что он имеет в виду. Мальчик повторил его жест. Хэниш велел ему как можно сильнее растопырить пальцы и так держать руку.
— Хорошо. Теперь замри.
Хэниш снова поднял лук и снова прицелился.
— Прекратите! — Коринн хотела крикнуть, но вышел лишь шепот.
Хэниш выстрелил. Мальчик не шелохнулся, и это пошло ему на пользу, потому что стрела пролетела между средним и указательным пальцами. Она свистнула в воздухе и нырнула в траву за спиной раба. Вот и все. Дело было сделано.
— Охота состоялась? — спросил Хэниш, опуская лук. — Вам решать. — Он повернулся и пошел прочь, бросив оружие на траву в нескольких шагах от Коринн.
Принцесса смотрела ему вслед. Хэниш вошел в лес, скрывшись за стволами, деревьев со светлой корой. Листва густых крон аплодировала ему, колышась под ветром.
А ведь он прав, подумала Коринн. Понимание поднималось из глубин ее души, вынуждая взглянуть в лицо истине. В глубине души она действительно хотела, чтобы Хэниш выстрелил в мальчика. Почему? Чтобы убедиться, что это возможно? Чтобы доказать, что предполагаемые добродетели мальчика не в силах защитить его от смерти? Или чтобы посмотреть, как легко отнять жизнь человека, всего лишь разжав пальцы? Найти подтверждение жестокости Хэниша? Да, вероятно. Она желала лично убедиться в этом, увидеть собственными глазами… Коринн почувствовала, что к горлу поднимается тугой ком. Как может человек быть таким отвратительным и привлекательным одновременно?.. Что Хэниш делает с ней?..
С некоторым усилием девушка отвела взгляд от деревьев и посмотрела на мальчика. Тот стоял на прежнем месте, опустив руку, но не отходя далеко, словно не знал наверняка, потребуются ли еще какие-нибудь услуги. Хорошо, что Коринн не спросила его имени…
Она вернулась в имение, погруженная в свои мысли, и была несколько удивлена, когда на лестничной площадке увидела Петера. Он быстрыми шагами подошел к Коринн и объявил, что ждал ее.
— Принцесса, вы уже не та девочка, которую я когда-то знал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
