— Всё правильно, моя хорошая, — сказала Богиня, принимая облик маленькой девочки. — У тебя начинается новая жизнь. Ты выбрала свой путь. Иди по нему, не оглядываясь назад. Вперёд и только вперёд, рядом с теми, кого хочешь взять с собой. И не оглядывайся назад, просто знай, что я всегда там, поддерживаю тебя.
Риана улыбнулась, вытирая слезу.
— Хорошо, — сказала она, наблюдая за тем, как девочка, кружась, растворяется в воздухе. На душе почему-то становилось легко и спокойно.
Поднявшись, жрица подошла к своим вещам. Одеваться не очень хотелось, но это было необходимо, так же как и найти свои мечи, а потом вложить в ножны на бёдрах. К тому же их тяжесть успокаивала её. Подойдя к своей лошади, Риана легонько погладила её, чтобы пробудить ото сна.
— Извини меня, девочка, — сказала девушка, прося прощения у животного за то, что не дала как следует выспаться. И, взяв ту под уздцы, пошла обратно. Она проведёт день в деревушке с петушиным названием, а после поедет обратно в замок. На какое-то время всё будет как раньше… Только вот сама Риана уже не такая, какой была. Душу ей грела мысль о Богине, которая всегда, хоть и незримо, будет с ней… а ещё приятным теплом разливались воспоминания о мужских прикосновениях, о поцелуях и объятиях, о взгляде прямо в душу и прощальном обещании… О мужчине, которого она сама выбрала. Сама!
Мысли о нём согревали её больше всего.
Только убедившись, что она благополучно добралась до дороги, Аккес повернул обратно. Он не сомневался, что никакой разбойник не сможет причинить ей вреда, но почему-то беспокоился, что на неё могут напасть дикие звери. Немного странное опасение, но именно поэтому он не ушёл, несмотря на то, что она настаивала.
Отойдя на достаточное расстояние, дабы девушка потеряла его из виду, Аккес привязал своего коня к дереву и, убедившись, что поблизости нет хищников, тихо прошёл обратно. Взобравшись на дерево так, чтобы никто его не смог заметить, он стал наблюдать за поляной, втайне надеясь, что она решит отдохнуть и переночевать прямо там, и у него появится возможность быть с ней рядом до самого утра.
Но она решила идти, и, возможно, это к лучшему.
Но перед этим Аккес увидел, как появилась какая-то девочка, которая потом стала красивой женщиной и то, как обе они о чём-то разговаривали на берегу озера. Не трудно было догадаться, кто она. Он пытался рассмотреть Богиню, но её образ был словно окутан туманом, и до самого последнего момента он видел только расплывчатый силуэт. Но в самый последний момент, перед тем, как окончательно исчезнуть, она подняла голову и посмотрела прямо на него. И тогда, всего на мгновение, он смог увидеть на её прекрасном лице улыбку.
Аккес не слышал, о чём они говорили, несмотря на то, что находился довольно близко. Возможно, это тоже из-за Богини. Ей надо было поговорить со своей подопечной наедине. Он не возражал, хотя с некоторой тревогой наблюдал за самой жрицей, стараясь понять её настроение по жестам и выражению лица, когда та поворачивалась в его сторону. Это было сложно. Но в конце, когда девушка начала, он заметил на её губах улыбку и позволил себе расслабиться. Если она улыбается, значит, всё хорошо. И, убедив себя в том, что ей по-прежнему может угрожать опасность, мужчина последовал за ней к дороге. Хотя за оставленного коня он даже не думал беспокоиться. И когда вернулся к нему, тот всё так же спал.
Подойдя к животному, он потрепал его по холке и погладил по голове.
День и ночь были насыщенными, но не было чувства усталости. И, так же как и его жрица, Аккес решил отправиться в обратный путь. Ещё и потому что искушение вернуться и проводить её хотя бы до ближайшей деревни всё нарастало.
И даже когда солнце встало, осветив верхушки деревьев, и пройдено было значительное расстояние, он всё ещё отговаривал себя от того, чтобы развернуться и поехать за ней. Почему-то в голове крутились глупые мысли о том, что она вдруг ещё раз всё взвесит и передумает…
И прогоняя всю дорогу эти страхи, Аккес за пару дней достиг Сенкины. Мысленно он готовился к тому, что его здесь ждёт, прекрасно понимая, что его почти недельное отсутствие не осталось незамеченным. Он и раньше, бывало, исчезал на день-другой, но всегда либо Эгрант, либо Атиша знали, где его искать. Но на этот раз он никому ничего не сказал.
Впрочем, к выговорам ему не привыкать. Особенно в последнее время. Он потому ничего и не сказал, так как знал, что в случае, если вернётся, жрица будет мертва. А за её убийство выговора в любом случае не избежать.
От этой мысли по телу прошёл неприятный холодок. Как всё изменилось за несколько дней…
Желая отсрочить чьи бы то ни было нотации, Аккес направился в королевский сад, где часто проводил время, после того как зимний сад стал не единственным местом, где можно было укрыться. Несмотря на долгое отсутствие, ему не хотелось никого видеть. А хотелось побыть одному и поразмышлять обо всём, что произошло, в спокойной обстановке. Вспомнить…
Однако кое-кому не терпелось потревожить его уединение.
— Рад, что ты вернулся, — послышался строгий голос Эгранта.
Аккес, который забрался на ветку большой яблони и крутил в руках спелый плод, посмотрел на друга, после чего отвернулся. Ему совсем не хотелось ни говорить, ни тем более обсуждать что-либо, хотя он понимал, что однажды это всё же придётся сделать.
— Я бы хотел услышать то, что ты должен мне сказать, — сощурил глаза Эгрант.
— И что же? — спросил Аккес, продолжая рассматривать яблоко в руках.
— Ты мне скажи. Куда и зачем ты ездил? И чем всё закончилось?
— Похоже, ты сам обо всём знаешь.
— Я не настолько всезнающий, как Дракон.
— Так пойди к нему и спроси.
— Просто знать недостаточно. Нам хочется знать, что ты скажешь.
— Ох, как ты заговорил, — повернулся к нему Аккес. — Я не убил её.
Эгрант сощурился и разочарованно вздохнул.
— Ты всё-таки нарушил обещание.
— Нет. — Аккес внимательно на него посмотрел. — Амулеты собраны, скоро всё завершится. Тем более мы с ней договорились провести этот бой. По обоюдному согласию.
— И?
— Что "и"?
— Как же так ты её не убил? — саркастически посмотрел на него Эгрант. — Ты же не мог дождаться этого момента. Мечтал и угрожал, что лишишь её жизни. Почему нет? Или она победила? Почему же тогда ты не буйствуешь, не злишься, никого не провоцируешь на схватку, не убиваешь? Ведёшь себя довольно странно.
Аккес, продолжая крутить в руках яблоко, усмехнулся. А ведь действительно, он вполне мог бы себя вести именно так.
— А ещё ты улыбаешься. Явно что-то произошло.
— Всегда что-то происходит.
