Вместе с этим представляется маловероятной перспектива принятия Морским министерством после войны решения о достройке всех заложенных в 1915 г. 16" линкоров, чему имелись вполне определенные причины. Первая и главная из них — в заведомой общей "негармоничности" переработанного проекта, в целом представлявшего собой компромисс между прежними техническими решениями и новыми идеями, которые предстояло развивать на старом базисе. Необходимость сочетания подобных решений исключала оптимальность итогового проекта, что не очень выделялось при достройке по нему единичного корабля, но вступало в противоречие с задачей создания серийного тяжелого артиллерийского корабля усовершенствованного типа. Не последнюю роль играла и необходимость значительных ассигнований на проведение широких достроечных работ сразу на всех кораблях, не подкрепленных в должной мере послевоенным состоянием экономики.
Подобный единичный корабль, в котором реализовывалась большая часть конструктивного материала, уже подготовленного на момент приостановки работ для всех строившихся единиц, мог стать хорошим "опытным стендом" для отработки многих перспективных новшеств будущих сверхдредноутов, обладая при этом ценностью тяжелой единицы поколения 16" линкоров.
Основным резервом для совершенствования защитных характеристик линкора являлось уменьшение состава его сверхмощного главного вооружения, что высвобождало значительный вес. Помимо этого, замена четырехорудийных установок в оконечностях на двух- или трехорудийные была необходимой для развития в этих районах конструктивной противоторпедной защиты, без чего завершение корабля теряло смысл. Исходя из подобных условий, наиболее оптимальными являлись два варианта модернизации его артиллерийской части: доведение числа главных орудий до восьми (по два в концевых башнях и четыре в средней) или до девяти (по три во всех трех башнях). При сравнении этих вариантов второй из них являет ряд преимуществ:
• больший на 12,5 % вес бортового залпа,
• больший на 50 % продольный огонь,
• конструктивная идентичность всех трех башенных установок,
• конструктивная преемственность 16" трехорудийной установки с 12" и 14" установками более ранних проектов, которые могли служить аналогами при разработке.
К определенным же достоинствам размещения тяжелой артиллерии по первой схеме следует отнести более ровное распределение числа орудий в залпе -4 + 4, в то время как во втором случае их приходилось бы комбинировать как 4+5. В конструктивном отношении более компактные погреба концевых двух-орудийных башен также позволяли создать несколько более углубленную структуру их подводной защиты, нежели у трехорудийных башен.
Однако при расчетах оба этих преимущества второй схемы оказываются малосущественными. Как показала дальнейшая практика создания тяжелых артиллерийских кораблей, ведение огня из девяти тяжелых орудий, расположенных по три в трех башнях («Нельсон», «Витторио Венето», «Вашингтон» и др.), не вызывало каких-либо сложностей при распределении орудий в залпе по системе 4 + 5. Что же касается ширины артпогребов, то ее разница в 0,9 м для обоих случаев не улучшает принципиально качеств конструктивной подводной защиты для концевых башен линкора с восемью 16" орудиями.
Схема переоснащения линкора 8 16"/45 орудиями (А) и 9 16"/45 орудиями (Б)
Помимо этого, сама идея оснащения нового линкора четырехорудийной башней представляется малоперспективной, хотя именно для единичного корабля, носящего во многом экспериментальный характер, обращение к подобной конструкции не является заведомо безосновательным. Не приходится недооценивать всех сложностей этой работы. Как уже отмечалось выше, проектирование четырехорудийной установки для "линкора 1915 г." решено было организовать в только что созданном специальном «Проекционном башенном бюро ГУК при Адмиралтейском судостроительном заводе», который вообще никогда прежде ни разработкой, ни производством башен ни занимался. Логика рассуждений Морского министерства была совершенно верной — создать подчиненное казне предприятие, которое возглавило бы разработку и крупное производство башен для будущих линейных судов. Но учитывая огромную сложность подобной работы, неопытность только что созданного техбюро, а также исключительную ответственность самой задачи — разработку не имевшей аналогов ни в отечественном ни в зарубежном машиностроении четырехорудийной 16" установки, есть все основания предполагать, что в отведенные сроки с поставленной задачей Адмиралтейский завод самостоятельно справиться не смог бы. Ведь и в 1914 г. весь расчет был на техническую помощь французской компании «Сен-Шамон», завершавшей к тому времени проектирование 340мм четырехорудийной установки для линкоров класса «Норманди». Однако и эта конструкция находилась в самой начальной стадии осуществления, и неясно, как вообще пошло бы вооружение новых французских кораблей, если бы их строительство продвигалось в соответствии с предположенными сроками. В целом, положительный опыт создания подобных установок для французских линкоров 30-х гг. (классов «Дюнкерк» и «Ришелье») убеждает в осуществимости подобной идеи, хотя эффективность данного нововведения для России рубежа 20-х гг. представляется весьма неоднозначной на фоне перспективы ее значительной технической сложности и сопряженного с этим риска более частых отказов и поломок, сложностями в обслуживании и эксплуатации.
Таким образом, наиболее обоснованным является оснащение модернизированного линкора девятью 16"/45 орудиями в трех трехорудийных башнях, расположенных на местах первоначальных четырехорудийных установок. Подобная замена давала ощутимый выигрыш в весе в 1633 т. Существенную экономию приносил также отказ от таких анахроничных составляющих первоначального проекта как торпедное вооружение (200 т), сетевое заграждение (80 т), не оправдавшая себя система активного успокоения качки (50 т), а также от противоосколочной 25мм переборки между 130мм/55 орудиями на средней палубе, упраздняемой в связи с необходимостью общей модернизации вспомогательной артиллерии. В рамках суммарной значительной экономии веса (2023 т) возможно было значительное улучшение характеристик компоновки, скорости и защиты.
Совершенствование бронирования проекта 1914 г. представляется целесообразным прежде всего на направлениях горизонтальной защиты. Это учитывало изменившийся характер артиллерийского боя линейных сил по опыту мировой войны, когда значительная часть сражений проходила на дальних дистанциях, дававших наибольший процент попаданий в горизонтальные прикрытия. Для подобного случая суммарная толщина двух броневых палуб «линкора 1915 г.» в 110 мм уже не являлась безусловно достаточной, и необходимость увеличения ее по крайней мере на 35 мм видится вполне обоснованной. В случае доведения толщины броневых палуб до 145 мм модернизированный русский сверхдредноут выходил на уровень таких зарубежных линкоров как «Тоза» и «Нельсон», существенно превосходя все американские 16" проекты и уступая лишь 50000-тонному британскому «Джи-3». В весовом исчислении подобное добронирование требовало около 750 т.
Совершенствование противоторпедной защиты корпуса подразумевало проведение конструктивных мероприятий как в направлении развития глубины отсеков защиты в районе концевых башен, так и введения бронированной трюмной переборки по всей длине цитадели корабля. Резерв для увеличения глубины защиты в районе концевых установок имелся в части перехода к иному типу их погребов. Расчеты показывают, что при отказе от погребов 16" установок кольцевого типа в пользу их сотовой конструкции с продольными линиями подачи боезапаса из отсеков хранения размеры нижнего (загрузочного) отделения установки регламентируются только диаметром нижнего участка ствола шахты подачи и окружающей ее площадки тележек. В действительности общий наибольший диаметр в подобных установках не превышал 8 м, что и можно принять как исходный размер при определении возможной компоновки системы конструктивной противоторпедной защиты на участках концевых 16" башен. Расчет их, представленный на прилагаемых эскизах, демонстрирует весьма высокую протяженность по глубине бортовых камер отсеков этой защиты. Устройство трюмной противоторпедной переборки толщиной 40 мм требовало расхода около 950 т резерва нагрузки, а введение трехкамерной системы подводной защиты с использованием «жидкого слоя» — еще около 100 т. Модернизированная подобным образом система конструктивной защиты «линкора 1915 г.», в сочетании с предусмотренной первоначальным проектом глубокой структурной защитой днища (тройное дно глубиной 2,15 м) оказывалась вполне на уровне всех зарубежных проектов 16" линкоров, разработанных в 1916–1921 гг.
