Глава 18
— Нужно спускаться.
— Тебя ждут двое: человек и маг.
— Время человека почти на исходе, нам необходимо вернуться на Мотейру, иначе придётся тащить зловонного вампира на себе, — поежилась я.
Ленты, облепившие тело, неплохо защищали от холода, но мурашки по спине пробежали совсем не от мороза и не от брезгливости. После избиения трупов о ней и речи не шло. Дело не в этом. Слишком долго Аморан и Аирель находились бок о бок, в голове зазвенел тревожный звоночек нехорошего предчувствия.
— Что тебе нужно на самом деле, так это разобраться в себе. Ты ведь любишь обоих, — прозвучал не вопрос, а утверждение единорога.
Я пыталась уловить в ауре и словах Аяны осуждение, старалась и не находила. Похоже, оборотня не шокировало наличие у меня двух мужчин, а я снова попалась на старой ошибке — мерила существо другой расы человеческими мерками.
— Люблю, и это сводит с ума, а ты…
— Не осуждаю, нет, — закончила фразу единорог.
— Читаешь меня? — я улыбнулась и погладила острое мягкое ушко Аяны. Она смешно им подёргала и шумно фыркнула, словно от щекотки.
— Стараюсь как можно быстрее узнать. Прошлое не тайна и события твоей новой жизни открыты, но не чувства. Именно они делаю нас по-настоящему живыми, узнав их, я смогу понять и помочь. Ведь ты просила о помощи.
— Просила. Без тебя не снять Проклятья. Ты необходима мне.
— Если бы дело заключалось только в Проклятии тщеславного мага, ты вернулась бы к мужчинам в одиночестве. Имей это в виду. Я помогу, но так, как считаю нужным, Паулина.
— Что ж, это даже больше на что можно рассчитывать. Особенно в моей ситуации.
Я смотрела вниз, на серую завесу облаков и думала о тех, кто остался ждать. Они наверное места не находят от беспокойства, время истекало. Меня пугал путь, по которому иду, он мой и другого нет. Но ещё одно существо прикоснётся к острому лезвию, на котором балансирует уже не человек, ещё не маг. Вопросы и тайны роятся и множатся, а я пытаюсь не захлебнуться в них. Было ли стыдно, за то, что втянула в эту запутанную историю Аяну? Какая-то часть меня испытывала это чувство, но единорог сама приняла решение. Это её выбор. Сознание зацепилось за последнюю мысль о выборе, мысли крутились вокруг да около, но ничего конкретного в голову не приходило.
— Не прибедняйся, — фыркнула Аяна, — не такой уж ты безобидный цветочек хоть и очень милый на вид. Забирайся на спину, мы спускаемся. Не терпится познакомиться с уникальными экземплярами, самозабвенно делящими маленькую тебя. Мы прибудем как раз к разгару веселья!
Низкий хохот единорога звучал зловеще. Я забралась на спину Аяны и обхватила её изогнутую шею. Она нетерпеливо переступала с ноги на ногу, нервно хлеща по бокам длинным хвостом. Белые пряди вспыхивали на солнце, а может это лучи белого светила ожили в Аяне?
— Ты можешь слышать, о чём они говорят?
— Этот мир — мой дом. Здесь всё подвластно нам. Конечно, я слышу каждое слово, особенно с учётом того, что человек и маг не особо стесняются в выражении эмоций и просто орут друг на друга. Как ты думаешь, к драке успеем?
Похоже, Аяну забавляла ситуация, она предвкушающе прижала уши, и без предупреждения прыгнула вниз. У меня желудок подкатил к горлу от неожиданности, руки судорожно вцепились в шелковистую гриву.
— Эй, не порть причёску! — недовольно шелестело в голове, — так все волосы повыдираешь! Подслушивать будем?
— Что за вопрос? Естественно будем! — удивилась я.
От такого развлечения никто не откажется. Секунду ничего не происходило, мы так же летели, но гораздо медленней, скорей планировали на невидимых крыльях. А потом достигли седого тумана облаков, расступившегося перед нами. Он скрыл белое солнце. Я ничего не видела, кроме клубящихся туч, зато вдруг услышала знакомые голоса и забыла, как дышать.
— Что она в тебе нашла, Проклятый? Любой из магов намного сильней и привлекательней. Ты никогда не поймёшь её и даже не сможешь увидеть настоящий облик Паулины, не узнаешь, как прекрасна жрица в потоках своей силы. Просто она увидела первым именно тебя, пожалела и вцепилась с нелогичным упрямством. Ты лишь ошибка, случайность.
— А кто такой ты? Чего стоишь сейчас, без своей силы? Смазливая мордашка, любитель трупов — не более. Между вами что-то было?
— Нет, — прошипел некромант, послышался шорох сбрасываемой одежды.
— Тогда не смей говорить, как будто Паулина твоя! — рычал Аморан. Я мгновенно представила лицо, объятое яростью, и вздрогнула. Похоже, оба теряли контроль.
— Это ты тешишься иллюзиями, что владеешь ей. Я прекрасно осознаю, что от тебя в её жизни никуда не деться, и пытаюсь как-то примириться с этим прискорбным фактом.
— Никто и не просит мириться со мной. Просто исчезни, уйди на все четыре стороны и одной проблемой станет меньше. Если Проклятье будет снято, я переверну всю Мотейру, Паулина сможет править миром вместе со мной, — ответил Аморан.
Ага, значит пока меня не было мужчины уже обсудили политическую обстановку и человек принял решение. Только вот он сделал это сам, или ему "помогли"? Давно ли Аморан мечтает увенчать единственную родственницу короной? А меня спрашивать кто-нибудь собирается?
— С удовольствием бы сделал это, но уже слишком поздно. Я не оставлю Паулину, ни за что, — голос Аиреля звучал резко и громко.
— Она любит меня!
— Да кто спорит? Но уверен, что только тебя? — сарказм в словах некроманта подстегнул нарастающий скандал.
— Уверен! Невозможно любить двух одновременно. Так не бывает! В искренности Паулины я не сомневаюсь.
— Паулина не человек, тупица! Её душа иная. Сейчас она всё ещё терзается бессмысленной человеческой моралью, но большей частью это лишь привычка. И если ты не примешь её новую сущность и потребности, то продлишь страдания и, в конце концов, потеряешь. В сражении с Гнеком она должна использовать свои возможности на сто процентов, а человеческая сущность тянет назад, делает слабой.
— Нет.
— Да! Это ты делаешь Паулину слабой, заставляешь страдать, если она проиграет и погибнет, то только из-за тебя, человек, — маг выплюнул последнее слово с ненавистью.
— Что может знать об этом некромант? Мрачный отшельник, от тебя шарахаются даже маги. Уходи к своим трупам и духам, оставь Паулину в покое.
— Она как раз совсем не против духов и умертвий, — в ответ Аморан витиевато выругался.
— Откуда ты такой взялся, Тёмный? Вы с Хегельгом сделали из Паулины чудовище, хладнокровное и беспощадное. Лепите из неё монстра, по своему облику и подобию! — послышался шум борьбы и отборная ругань. Кажется, драка всё-таки началась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
