Даже если мы докажем свою невиновность, то что дальше? Им она безразлична. Совет согласился нас выслушать из-за угрозы со стороны Сити. Если бы не полиция центра — нас бы просто слили. А так имели выбор — сдать корпоратам или получить большую пользу. Вообще чудо, что нас оставили в живых. Даже с учетом предательства и использования в качестве мишени.
Они захотят использовать нас снова. И, скорее всего, подставят. А значит, нужно выстраивать диалог, изначально предполагая такое развитие событий. Что это значит? Никакого благородства. Только прямая выгода. Деньги или угроза их потери. Но что важнее — территория и контроль над ней. Власть — единственное, что для них может быть важнее денег. Вот только дать я ее не могу. А отобрать?
Интересный и крайне спорный вопрос. Копаясь в вытащенных Линкой сведениях, я в очередной раз убеждался — среди правителей невинных нет. Каждый хоть сколько-нибудь важный корпорат имел в своих шкафах ворох скелетов. Невозможно было подняться, никого не убив. Или, по крайней мере, никого не пошантажировав, или не подсидев. В бандах ситуация сложилась несколько иная — но похожая. Борьба за власть там тоже нелегкая.
Только банды — это не компания. Конечно, чем они крупнее, тем ближе к корпорациям. А итальянская мафия вообще стала одной из крупнейших финансовых структур. Но здесь речь о небольших объединениях. Вынужденных. По кварталам, как «Бесы» или «Кольцевые». По роду деятельности, как «Быки» или «Путаны». Они защищались как могли, отстаивая свои интересы. Значит?.. Только страх.
— Совет ожидает и готов вас принять, — сказала азиатка, позвав нас за собой. Я махнул Ёши, и тот взвалил на плечо Николая. Пройдя по коридору, украшенному карликовыми деревьями — бонсаями, мы вновь оказались в большом зале. По обеим сторонам, полукругом, горели голограммы. Но в этот раз количество живых людей было куда больше. Почти половина присутствовала лично.
— Выйдите в центр, — приказал Король, поманив нас рукой. На подлокотнике его трона восседала девушка. В этот раз — чернокожая красавица с белыми, чуть светящимися волосами. И опять — отличия от обычных людей не только во внешности. Теперь я более чем уверен — она ненастоящая. И не только потому, что долго на узком подлокотнике не высидишь. Она сквозь него проваливалась. Пусть и всего на пару сантиметров.
— Какого черта они притащили с собой больного? — возмущенно спросил мужчина в сером деловом костюме. Я не знал его имени, но значок «Милитеха» явно указывал на компанию, в которой он работал. — Это какая-то глупая шутка? Попытка надавить на жалость? Или вы в самом деле считаете подобное допустимым?
— Прежде чем я отвечу на этот, а также на любой из вопросов, прошу предоставить личные каналы для передачи данных и вещания в Сеть, — сказал я. — Это необходимо для передачи сведений, которые иначе могут быть восприняты как шантаж или угрозы.
— Это уже звучит как угроза, — рассмеялся Король. — Ты хочешь транслировать в Сеть заседание Совета? Нашел что-то ценное?
— Более чем. И, опережая вопрос — нет, если нас убить, оно никуда не исчезнет. Просто потому, что не мы всему виной. Больше того. Если вы не услышите мое послание, никакого Эдема, скорее всего, не останется. В течение года, максимум полутора.
— Сучий бред! — выкрикнул глава «чертей». — В жопу этого урода! Он должен сдохнуть за всех моих братьев. Он их спалил, положил в логове!
— Мне плевать на тебя и твоих «братьев», — сказал я, глядя прямо в глаза рогатому. — Как и всем здесь. Но если сейчас вы меня не послушаете — корпорации просто подгребут все под себя. Вольница закончится.
— Это очень, очень серьезные слова, — произнес Король, когда в зале наступило хоть какое-то подобие тишины. — Есть чем подтвердить?
— Более чем. Протокол для связи? — спокойно напомнил я. Король, подумав секунду, кивнул, и его ассистент открыла мне доступ. Через секунду Линка подтвердила начало трансляции и тут же загрузила видео с зачисткой «Милитехом» своего здания. Отправив пакеты с данными, я посмотрел в зал. Больше десятка озлобленных бандитов и корпоратов, но мне нужна помощь каждого из них. — Я прошу все стороны выслать приглашение. Мне есть что показать каждому.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Это чушь собачья! — через несколько секунд взревел главный «бес». — Дешевая симуляция и ничего больше!
— Да? И что же тебе, интересно, послали? Не хочешь поделиться? — спросила, улыбаясь, Клубничка. — Потому что у меня данные, которые даже подделывать не надо. Скорее даже, просто наблюдения и заострение моего внимания.
— Совершенно верно. У каждого свой пакет документов, — подтвердил я. — Но некоторые данные общие. «Сыны человеческие» — не террористическая группа. Они созданы для дестабилизации обстановки и развязывания войн между корпорациями и бандами. Зачем? Думаю, объяснять не нужно. Их наниматели хотят выдавить с рынка остальных. Расширить свою зону влияния. Они роют под каждого из вас и используют в своих целях.
— Возможно — только возможно! — что это действительно так, — проговорила мадам Ли. — Ты не указываешь на виновного. И не говоришь, что делать.
— Я дал достаточно доказательств. И уж точно не мне вам советовать. Это вы — правители Эдема. На ваших плечах лежит судьба всего района. Если вы сделаете неверный выбор — он превратится в еще один район Замкадья, — сказал я.
— Ну хорошо. Допустим, сведения верные, — чуть наклонив голову, заметил Король. — Или ты в этом уверен. Однако это не объясняет присутствие полоумного в зале Совета. Зачем ты его притащил? Ради того, чтобы показать одного из людей Аида?
— Нет. И вещание, и протоколы данных на самом деле нужны для другого. Я прошу всех серферов, присутствующих в зале, и всех, кто видит нас в Сети, внимательно наблюдать за потоками данных, — произнеся это, я поднял Николая на колени, а затем активировал его дата-джек.
Белая вспышка озарила зал. В воздухе повисла толстая нить, ведущая куда-то вдаль. Николай скорчился. Затем закашлялся и вновь обмяк. Но теперь — притворно. Стоило поднести руку к импланту, как он отпрыгнул в сторону. И пусть я видел только иллюзию, серферы должны были заметить всплеск данных.
— Видите? — спросил я.
— Что за чертовщина? — произнесла глава «апостолов». Король явно наблюдал за потоком данных, но высказываться пока не спешил.
— Я думал, вы мне скажете, — усмехнулся я, поднимая Николая. — Привет волшебникам. Сеть вырубаем?
— Иди к черту, урод! — прохрипел серфер, брызжа слюной. Но стоило мне потянуться к дата-джеку, как заголосил: — Нет! Нет, не трожь!
— Что и требовалось доказать. Руки убрал, иначе я их тебе отрежу! — ударил я по ладоням Николая. — Отвечай быстро. Что с тобой? Три… два…
— Связь! Все дело в связи. Частичная диссоциация! — выкрикнул серфер. — Стой, я скажу все что хочешь. Только не отключай!
— Посмотрим. Для начала расскажи, что с тобой происходит. Подробно.
— Какая тебе разница, фашист проклятый?! Плохо мне без Сети, это все, что тебе нужно знать! — выругался Николай, но, когда я схватил его за шею с явным намерением отключить имплант — передумал. — Стой! Да стой же! Все расскажу, все! Распределение разума. Слышал о таком? У меня было ранение. Тяжелое. На службе.
— У меня их тоже хватало. И что?
— В смысле, «и что»? Ты дебил? Стой! Я же рассказываю! — запричитал Николай. — Я работал в полном погружении, с тяжелой техникой. На передовой. Операторскую машину подбили. Мне повредило часть мозга, отвечающую за логическое мышление. Мы все — часть большой системы. Я выжил, хоть и превратился в овощ. А потому государство должно было что-то делать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мне полагалась страховка 2А, полная замена органов, если понадобится. Вот только мозг в этот список не входил. И все же группа врачей взялась за дело. Они провели операцию. Создали имплант, обеспечивающий работу логического центра. Но мощность импланта оказалась недостаточна, поэтому логический центр разместили на серверах снаружи. Создали слепок мышления из аналитических данных, записанных за время моей службы. Только так я могу жить.
