Адам внимательно оглядел ее, но на то, чтобы она подвергалась насилию, ничто не указывало, разве что, на лице ее застыло напряженное и испуганное выражение. У него аж от сердца отлегло, когда он увидел ее живой и невредимой.
Только потом он взглянул на Тэлбота, который стоял у окна.
Больше в комнате никого не было.
– Где Эмили? – грозно спросил Адам, крайне обеспокоившись ее отсутствием.
– Колборн увел ее куда-то вместе с Еленой. – Каролина говорила очень быстро, чуть ли не скороговоркой, словно боялась, что Тэлбот не позволит ей договорить. Чувствовалось, что она была на грани нервного срыва. – У Колборна есть оружие.
Адам поспешил закрыть за собой дверь, чтобы Хокинс, оставшийся в холле и, без сомнения, слышавший сказанное сейчас Каролиной, мог незаметно выскользнуть из дома и отправиться искать Елену и Эмили.
– Испугался, что не сможешь справиться в одиночку с женщинами и ребенком, а, Раули? – спросил Адам, впервые посмотрев Тэлботу в глаза. – Куда ты подевал Эмили и миссис Мурос?
Тот с удивлением уставился на Дьюарда.
– Боже мой! – воскликнул он. – Мне следовало раньше догадаться! Ты и есть тот самый отец этого незаконнорожденного ребенка, не так ли?
Адама охватила ярость.
– А если и так? Это что-нибудь меняет? – вспыхнул он.
– Положим, меняет. Это многое упрощает, если хочешь знать! – Тэлбот выступил вперед, вдохновленный своим неожиданным открытием. – Теперь, Дьюард, ты у меня в руках! Имея в заложницах твою любовницу и твою дочь, я…
– Каролина! – Не обращая внимания ни на эти слова, ни на человека, их произнесшего, Адам протянул ей руку. – Идем!
По правде говоря, он сомневался, что эта тактика сработает. И правильно сомневался. Как только Каролина сделала шаг вперед, Тэлбот достал пистолет и направил его на Дьюарда.
– Ну что ж, хорошо, – спокойно сказал Адам. – Теперь, по крайней мере, все карты раскрыты. Что ты от меня хочешь, Раули?
– Чтобы ты молчал.
– А если я не стану молчать?
Тэлбот продолжал держать его на прицеле. Может быть, им и двигало отчаяние, но дрожи в его руках не наблюдалось.
– Я заставлю тебя замолчать! – заверил он с полной решимостью.
Каролина испуганно вскрикнула.
Адам прислонился к закрытой двери. Он заставил Лейтона заговорить, солгав ему, и надеялся, что этим же способом сумеет припереть к стенке и Тэлбота.
– Раули, не дури, это все равно не поможет, сегодня Лейтон во всем признался Кастлери.
В глазах Тэлбота заметался страх.
– Ты лжешь! – сказал он. – Лейтон никогда и ни за что не признается.
– Ну, конечно, это произошло не сразу, – согласился Адам. – Но когда я сказал, что ему, как твоему сообщнику, грозит обвинение в государственной измене, он незамедлительно захотел очистить свою совесть.
Раули побледнел.
– Я не верю тебе. Адам пожал плечами.
– Дело твое, конечно. Хочешь – верь, хочешь – не верь. Но если ты убьешь меня, тебе придется нести ответственность еще и за это преступление.
– Зато одним свидетельствующим против меня будет меньше. – Тэлбот, казалось, готов был выстрелить. – Ты лжешь, Дьюард! Не думаю, чтобы ты уже успел поговорить с Кастлери. Так что, чем больше тебе известно, тем скорее мне нужно от тебя избавиться.
– Нет! – Каролина бросилась к Адаму и встала между ними. – Ты думаешь, я буду молчать? – спросила она. – Или ты и меня тоже собираешься убить?
Тэлбот побледнел. Похоже, ему сделалось дурно.
– Не думаю, что в этом сейчас есть необходимость, – сказал он. – Когда не станет Дьюарда, вряд ли кто-то станет слушать тебя. А если даже кто-то и выслушает, то все равно ни единому твоему слову не поверит.
То, что этот человек с таким хладнокровием рассуждал о таких вещах, в такую минуту, еще больше вывело Адама из себя. Он обнял Каролину и крепко прижал к себе, чувствуя, как сильно бьется ее сердце.
– Не будь таким самоуверенным, – сказала она, обращаясь к Тэлботу. – Быть может, все ваше семейство теперь и настроено против меня, но даже они не встанут на защиту убийцы.
– Возможно, и так. Но они не поверят, если об этом убийстве им расскажет женщина, которая, состоя в законном браке с моим кузеном, была любовницей Дьюарда и родила от него ребенка. Скорее, они поверят мне. А я скажу, что он попросту удрал, потому что испугался разоблачения. Своим исчезновением Дьюард только подтвердит, что он – французский шпион. Не правда ли, все очень просто?
– Ах вот оно что! Так, значит, я должен исчезнуть?! – воскликнул Адам, просчитывая шансы на успех своих последующих доводов. – Ты собираешься сбросить мое тело в ближайшую реку? Но здесь останется лужа крови…
– Ты недооцениваешь меня, Дьюард! – насмешливо произнес Тэлбот.
– Наоборот. – Адам выступил вперед, прикрывая собой Каролину, на случай, если Раули вздумает выстрелить, так как не было гарантии, что он в таком взволнованном состоянии сможет хорошо прицелиться.
В этот момент в холле послышался громкий топот чьих-то ног.
– Черт возьми! Кого ты там привез с собой?! – разозлился Тэлбот, готовый уже было нажать на курок.
– Скорее всего, это твои друзья, – заметил Адам, так как не сомневался, что Хокинс не стал бы так шуметь.
Раули затрясся и чуть не задохнулся от злости.
– Советую вам делать то, что я скажу. Помните, ваш ребенок все еще в моих руках.
Больше он ничего не успел сказать.
Двери распахнулись, и в комнату ворвался свежий прохладный ветерок.
Обернувшись, Адам увидел, что на пороге застыли брат Тэлбота, его отец и дядя.
– Боже мой! – испуганно воскликнул Эдвард, увидев, поразившую его картину. – Каролина? Дьюард? Что все это значит? Что здесь происходит? Да объясните же вы нам, наконец!
Каролина отступила в сторону.
– Тэлбот грозится убить Адама. – Она возмущенно взглянула на «гостеприимного» хозяина, который уже успел спрятать в карман свой пистолет.
Но вместо того, чтобы возражать, он спокойно согласился с нею.
– Вот именно. Эта женщина сказала правду. – Он выдержал взгляд брата, потом посмотрел на отца, с отца перевел взгляд на дядю и снова взглянул на брата. – Я только что узнал ошеломляющую новость. Вот этот субъект, известный вам, как некий Дьюард, обольстил жену моего кузена, в результате чего наш дорогой Джеред стал «отцом». Как бы вы отнеслись к такому известию? Наверное, так же как и любой честный человек, уважающий своих родственников! Уверен, окажись на моем месте любой член нашей семьи, он сделал бы то же самое, что и я. Так вот: я вызвал этого бесчестного обольстителя на дуэль!
ГЛАВА 24
На минуту в комнате воцарилась гробовая тишина.
Послышался чей-то вздох.
