процедила Ольга Тараканова. – Настоящая полицейская ищейка! На этот раз вы слишком далеко засунули свой знаменитый нос! Радовались, наверное, – вот, мол, каких людей смогу на зону отправить! Да только ничего у вас не получится! Вы вообще из этой комнаты не выйдете. Илья, отойди немного вправо, а то ты стоишь у меня прямо на линии выстрела.
– Нет, мама, погоди! – воскликнул Илья. – Не надо здесь! Кровь – это такая вещь, ее потом нипочем не отмоешь. А кровь будет обязательно. И потом, зачем уважаемому сыщику умирать в нашем доме? Пусть умрет где-нибудь ближе к земле… Например, в дальнем углу нашего парка. Там и землю рыть не слишком трудно…
Произнося эту длинную фразу, сын генерала Тараканова постепенно придвигался все ближе к Гурову. Сыщик не сразу понял, зачем он это делает. А когда понял, было уже поздно: Илья внезапно нанес ему сильнейший удар в солнечное сплетение. Гуров вдруг задохнулся, он словно оглох. А тут еще стоявшая за его спиной женщина нанесла ему удар рукояткой пистолета по голове, и Лев рухнул на пол. Однако сознание отключилось не полностью – все же голова у него была крепкая, – и он слышал, о чем говорят мать и сын.
– Что теперь будем делать? – охрипшим от волнения голосом спросила Ольга Тараканова. – Надо его отсюда куда-то увезти… унести… Но мы с тобой не справимся. Позови Олега, пусть поможет!
– Да, за Олегом надо сходить, – отозвался сын. – Только еще вопрос, может ли он помочь. Этот урод кинулся на Олега и, кажется, вырубил. Так что я пойду, найду его. Втроем мы сможем этого козла оттащить куда надо.
– А куда? До машины?
– Нет, зачем машина? Можно ближе место найти. Зароем его там же, где этого капитана. Ну, который под Антона копал.
– А, вот ты как хочешь сделать! – сказала Ольга. – Да, так будет быстрее. Лишь бы твой отец не проснулся…
– Ха! Папочка не проснется! – усмехнулся Илья. – Не проснется, потому что давно не спит. Ты что, думаешь, после такой пальбы, что мы устроили, можно спать? Но он будет сидеть у себя в комнате, чтобы ничего не видеть и ничего не знать. Выгодная позиция! Но нам надо успеть еще одну вещь сделать.
– Какую? – поинтересовалась мать.
– Разобраться с этой крысой, с охранником. Ведь это он впустил этих двух гадов в поместье. Так что копать нам сегодня придется много. Ты оставайся, а я пошел. Если этот урод вздумает очнуться, стукни его еще разок.
С этими словами младший Тараканов повернулся и направился к двери. Он уже открыл ее и шагнул из комнаты (Гуров видел это, чуть приоткрыв один глаз), когда на его пути вдруг вырос какой-то человек. Это был охранник Максим Лоскутов. Он нанес сыну генерала такой же сильный удар в солнечное сплетение, какой Илья только что перед этим нанес Гурову.
Последствия были те же самые, какие обычно бывают после ударов в солнечное сплетение. Илья сложился пополам и рухнул на пол. Ольга Анатольевна вскинула руку с пистолетом, но Лоскутов ударил ее по руке, и пистолет полетел в сторону. Женщина кинулась за оружием, однако охранник опередил ее, схватил, вывернул ей руку за спину и стал озираться, ища, чем бы ее связать. Тогда Гуров с трудом сел, достал из кармана наручники и протянул Максиму со словами:
– На, возьми.
Охранник живо повернулся к нему, на его лице отразилась радость:
– Вы живы? У вас все нормально?
– Не все, но кое-что нормально, – ответил Лев, поднимаясь с пола. – Меня, знаешь, парой ударов не свалишь, я…
Он не успел рассказать, насколько он крепкий человек. Илья, до той минуты лежавший там, где упал, внезапно вскочил, словно подброшенный пружиной, – как видно, его молодой организм еще быстрее справлялся с последствиями ударов, – и кинулся бежать. Гуров и Лоскутов одновременно бросились перехватить бегущего, но столкнулись и только помешали друг другу. К тому же Максим выпустил на секунду Ольгу Тараканову, и та немедленно подбежала к пистолету. Пришлось охраннику вновь сосредоточить внимание на жене генерала, а Лев вскочил и помчался за беглецом. Ни в коем случае нельзя было дать Стрелку возможность прийти на выручку своему подельнику Олегу, освободить его. Для Стаса Крячко это могло закончиться очень плохо. К тому же Гуров считал для себя делом чести не упустить Илью Тараканова во второй раз – как он упустил его в торговом центре. Теперь-то он понимал, что тогда, в день налета на банк, он гнался именно за Ильей. И тот вовсе не случайно оказался возле боулинга. Вот его спутница, возможно, оказалась там случайно – просто подвернулась под руку. А может, предусмотрительный Стрелок заранее позаботился о том, чтобы иметь наготове «спутницу жизни» в торговом центре – спутницу, готовую засвидетельствовать его алиби.
Во всяком случае, теперь Лев хотел реабилитировать себя. Он за долю секунды сбежал с лестницы и с облегчением заметил, что Стрелок повернул не налево, в заднюю дверь, а направо – в парадную. Значит, он не побежит в парк, где лежали, в тридцати метрах один от другого, Стас Крячко и бандит Олег. Значит, он побежит… Куда? В гараж? Вряд ли – не успеет завести мотор. Ладно, сейчас посмотрим…
Гуров выскочил из дома и увидел впереди фигуру Ильи. Тот мчался к воротам. «Ладно, ничего… – на бегу думал сыщик. – Ты в калитку – и я в калитку. Потом по шоссе побегаем… Посмотрим, у кого выдержки дольше хватит. Я-то умею на длинные дистанции бегать, а ты? И потом, вот-вот должны прибыть полиция и „Скорая“, которых вызвал Крячко. Вот они тебя и перехватят на шоссе…»
Однако убегавший от сыщика человек, как оказалось, вовсе не собирался просто отворять калитку. Добежав до ворот, он прыгнул на них, с обезьяньей ловкостью залез наверх – и спрыгнул с другой стороны. И снова помчался дальше. Гуров, добежав до ворот, попробовал открыть калитку, но она оказалась запертой. Проклиная все замки и охранные системы, Лев полез на забор. А вот прыгать вниз он не стал. Беглеца уже не было ни видно, ни слышно. Молодость взяла свое. Стрелок второй раз убежал от своего
