соображения собственной безопасности взяли верх. Генерал тяжело вздохнул и глухо спросил:
– Чего вы от меня хотите? Что вам требуется?
– Без вашей санкции полиция Кожухова не решается выехать сюда, в поместье, – объяснил Гуров. – А вызвать ее необходимо. И полицию, и «Скорую». Возле сарая с инструментами лежит мой раненый товарищ, полковник Крячко. А неподалеку «отдыхает» задержанный мной преступник, ваш садовник Олег Янаев. Садовника необходимо доставить в СИЗО, а полковника Крячко – в больницу. Звоните!
Приняв решение, генерал дальше действовал быстро. Он позвонил дежурному по Управлению и вызвал две оперативные машины, также сказал, чтобы полицейские вызвали «Скорую».
Выключив телефон, генерал спросил:
– А… моя жена? Где она? Что с ней будет?
– Ваша жена находится в комнате вашего сына, – ответил Гуров. – Она задержана в тот момент, когда вместе с Ильей напала на меня с целью убийства. Она будет направлена в СИЗО, как и Янаев.
– А Илья?
– Ваш сын оказался очень прытким молодым человеком, – усмехнулся Лев. – Его бы энергию – да на полезные дела! Он сбежал, и теперь перед полицией Кожухова стоит задача его задержать как можно скорее.
– Но… вы сказали, что мой сын обвиняется в убийствах, – напрягся генерал. – В каких именно убийствах?
– Хорошо, я вам скажу. Хотя, думаю, вы и сами должны догадываться, о чем идет речь. Ваш сын входил в состав банды, грабившей инкассаторов. Все четыре нападения, начиная с февраля текущего года, совершены с его участием. Точнее – под его руководством, потому что он был в банде старшим. Конечно, следствие еще должно все тщательно проверить и установить вину каждого. Но уже сейчас можно не сомневаться, что часть инкассаторов, а также свидетелей были убиты вашим сыном.
– Не могу в это поверить… – растерянно произнес Тараканов. – Просто не могу поверить, и все!
– Конечно, родители никогда не могут поверить, что человек, которого они в детстве носили на руках, превратился в жестокое чудовище, – согласился Гуров. – Однако вам предъявят доказательства, сообщат подробности.
– А Ольга? Она в чем виновата?
– Ее роль еще предстоит выяснить. Пока что она обвиняется только в нападении на сотрудника полиции – то есть на меня – с целью убийства. Ага, вот, кажется, прибыли ваши сослуживцы.
От ворот раздался сигнал машины. Гуров вернулся в комнату Ильи, чтобы сторожить Ольгу Анатольевну, а Лоскутов пошел открывать ворота. Вскоре хлопнула входная дверь, послышались голоса. В дом вошла оперативная группа во главе все с тем же капитаном Муравьевым. Гуров крикнул ему, чтобы поднялся наверх. Когда капитан вошел в комнату, он указал на Ольгу Тараканову и распорядился:
– Скажи своим людям, пусть ведут ее в машину. Она обвиняется в покушении на убийство сотрудника полиции. И возьми пару людей, пойдем в парк. Там лежит тихий садовник Олег – пятый член банды.
Когда они спустились в холл, туда со двора вошли врачи приехавшей «Скорой». Гуров повел всех к сараю. Сначала занялись Крячко, потерявшим сознание. Врачи спешно погрузили его в машину и уехали. Затем отвели к машине и Олега Янаева. Тем временем Муравьев, следуя указаниям Гурова, позвонил в кожуховский аэропорт, на вокзал, на автовокзал и везде дал указание сотрудникам полиции искать Илью Тараканова, не дать ему покинуть город.
– Так, теперь пусть твои ребята везут задержанных в Управление, составляют на них протоколы задержания, отправляют в СИЗО, – сказал Гуров капитану, – а у нас с тобой другая, более важная задача. У нас остались не задержанными два самых опасных преступника – Илья Тараканов и Антон Гриневич. Только надо сделать одно дело, прежде чем мы займемся поисками. Я думаю, что генерал Тараканов после всего случившегося не сможет руководить Кожуховским управлением. Я сейчас позвоню в Москву, генералу Орлову, доложу обстановку. На место Тараканова исполнять обязанности назначат другого человека. Скорее всего, из местных. Как ты считаешь, кто из заместителей генерала внушает больше доверия?
Муравьев задумался. Потом тяжело вздохнул и признался:
– Нелегкую задачу вы мне задали. Раньше бы я, не задумываясь, ответил: «Все внушают доверие, все отличные руководители». Но после того, что я узнал о Гриневиче, после того, что случилось с семьей самого генерала… Теперь я и не знаю, что думать. О каждом из наших руководителей можно сказать что-то такое… Ну, пожалуй, больше подходит на роль временного руководителя полковник Иванов. Он дядька грубоватый, но, кажется, честный.
– Да ты не переживай так за свое решение, – успокоил его Гуров. – Скорее всего, в Москве наше с тобой мнение даже не спросят – сами все решат.
После этого Муравьев пошел к своим оперативникам – дать указание, куда везти задержанных. А Гуров вынул телефон и позвонил генералу Орлову. Он кратко доложил генералу об итогах работы в Кожухове, о сложившемся положении. Когда закончил, тот задал всего три вопроса. Первый касался здоровья Стаса Крячко, второй был о том, не оказывает ли Гурову противодействия кожуховская полиция, и третий – о генерале Тараканове, как он себя вел во время задержания его жены. Получив ответы, Орлов спросил:
– И что ты теперь думаешь делать?
– Думать тут особенно нечего, – ответил Лев. – Надо задержать Стрелка, то есть Илью. И арестовать Антона Гриневича. Мне кажется, он даже опаснее, чем Стрелок.
– Ладно, даю добро. А ты один там справишься, без Стаса?
– Справлюсь, товарищ генерал, – твердо проговорил Лев, после чего Орлов отключился. О том, кем можно заменить Тараканова, он так и не спросил.
Гуров вышел во двор, где его дожидался Муравьев, и спросил:
– И как ты думаешь, с кого нам надо начинать?
– Мне кажется, в первую очередь нужно поймать Стрелка, – высказал свои соображения капитан. – Он все же не такой матерый, как Гриневич. Ему очень не хочется получить пожизненное, и он может пойти на сделку со следствием и заговорить. Может дать показания на Гриневича и всех остальных.
– Согласен, – кивнул Гуров. – И я так же думаю. А где ты собираешься искать этого Стрелка?
– Вот тут я не знаю, – признался Муравьев. –
