Тело старого Эммель— Зорага, одного из немногих, кто до конца сохранил верность законному государю, медленно валилось на снег, пронзенное стрелами…
Принцессу Арьяту грубо заталкивали в подземную камеру; не требовалось иметь семи пядей во лбу, чтобы узнать ту самую тюрьму дворца, в которую он с таким трудом пробивался, и ту самую железную дверь, которую ему так удачно удалось разрубить в самый последний момент. Сомнений не было: он, Трогвар, законнорожденный принц Халланский, спас тогда из заточения свою собственную сестру…
Было там и другое. Он увидел и себя в стенах Школы Меча; и Арьяту, отмеривавшую свои бесконечные тысячи шагов в крошечной каморке… Увидел всю свою короткую, порой бездумную жизнь, и, когда беспощадная память показала ему его былое преклонение перед Владычицей, он едва не умер на месте от нестерпимого стыда.
И лишь на один вопрос его волшба не смогла-таки ответить: кто стоял за спиной новой Владычицы Халлана?
Видение прервалось внезапно, со всего размаха швырнув Трогвара в жесткие объятия безжалостной реальности. Он вновь увидел себя стоящим в углу заклинательного зала… на полу, медленно мерцая, угасала пентаграмма, в концах лучей которой по-прежнему лежали кусочек плавника, комок пуха, обломок Земной Кости и крошечное золотое зеркальце. И лишь кровь, обильно покрывавшая плечо, руку и грудь Крылатого Пса, говорила, что все привидевшееся ему произошло на самом деле.
Он был обессилен, разбит, потрясен; сознание его было пусто, точно у новорожденного, в мыслях царил полный хаос. Он поднял глаза на Гормли — старый привратник с трудом, медленно поднимался с пола.
Гормли… Гормли, в доме которого исчез его, Трогвара, настоящий отец! Он не может не знать, где он и что с ним (и кстати, почему этого не было в видении?!).
Но прежде чем с губ Трогвара сорвался уже трепещущий на них вопрос, сознание Крылатого Пса властно распорядилось по-своему. Руки сошлись в несложном магическом жесте, заклятие было совершено, и Трогвар, уже ничуть не удивившись, молча взглянул на засверкавший всеми цветами радуги Наследный Королевский Знак Халлана, опоясывающий его талию, подобно цветастому кушаку.
Он был королем Халлана. Точнее, он был принцем крови (королевский титул по праву принадлежал его старшей сестре, принцессе Арьяте), и его трон был подло похищен у него этой женщиной, что заносчиво именовала себя ныне Хозяйкой Халлана. И он должен вернуть себе утраченное. Должен. Должен. Должен… Мысль эту в него словно кто-то вбивал тысячепудовым кузнечным молотом говорят, у горных гномов есть такие..
Королевский Пояс медленно угасал. Возвращалось сознание, а вместе с ним наваливалась непреодолимая усталость — Трогвар отдал слишком много сил и потерял слишком много крови.
Верный Гормли уже спешил к нему. В руках привратника Трогвар увидел небольшую деревянную чашу, над ней поднимался ароматный парок от какого-то горячего снадобья. Обхватив слабеющего Трогвара за поясницу, Гормли поднес к губам Крылатого Пса обжигающее питье. Трогвар покорно выпил — и тотчас же ощутил непреодолимую сонливость. Он еще успел узнать отвар сон-травы т высокогорных лугов Северного Хьерварда… и тут его веют смежились.
Когда он проснулся, Гормли сидел подле его постели.
Как ты себя чувствуешь, господин мой? Неплохо, надеюсь?
Трогвар и впрямь чувствовал себя отлично. Вчерашней смертной усталости словно и не бывало, тело было полно сил и жажды движения. Крылатый Пес вскочил, откинув одеяло:
Гормли! Ты знаешь, что я вчера видел?.. — Знаю, мой господин, или, точнее будет сказать, ваше высочество.
Ты знал?.. — Трогвар был поражен. — Ты видел?..
Нет, конечно же, нет, — покачал головой привратник. — То, что видел ты в своем видении, не мог узреть никто, кроме тебя. Все проще. Я же знал, кто ты такой, знал с самого начала. Знал и всю историю переворота. Детали по-прежнему скрыты от меня, например, о судьбе твоей сестры, наследной принцессы и законной королевы Халлана ее величества Арьяты Первой, я не знаю почти ничего. Между ее бегством из моего дома в Нелласе и тем моментом, когда твой меч освободил ее из темницы, для меня зияет пропасть неведения. Впрочем, по-моему, это теперь не так уж и важно. Твой час настал, будучи полностью готовым, ты узнал о себе всю правду. Теперь, ваше высочество, ты сможешь выбрать свой дальнейший путь осознанно.
А до этого… до этого я разве не был готов?
Нет, не был, — покачал головой Гормли. Не был, ваше высочество. Необходимо было, чтобы ты сам, понимаешь, именно сам отринул бы ложь нынешней Хозяйки Халлана. И ты это сделал. А потом необходимо было, чтобы ты сам пробился бы к своему прошлому, чтобы быть уверенным в том, что тебя не обманывают и не пытаются использовать как тряпичную куклу в чьей-то борьбе за власть. Ты быстро смог обучиться всему — иному, для того чтобы освоить все это, что освоено вашим высочеством за эти недолгие месяцы, потребовалась бы целая жизнь.
Но зачем тебе все это, Гормли? Зачем было возиться со мной? Разве трудно было подыскать другого ученика твоему прежнему Хозяину?
Трудно. Ты — самый сильный из всех колдунов Халлана. Сокровища Красного замка должны принадлежать сильнейшему — таков закон, установленный Старым Драконом, и не мне, кого он взял тогда на службу, нарушать былые уложения. Кроме того, разве ты не чувствуешь, что посвящен нашему покровителю, могучему Ракоту, Владыке Вечной Ночи?
Трогвар невольно вздрогнул. Да, баронесса Оливия, чтобы спасти его, прибегла к помощи из Мрака… но он-то никогда не призывал, никаких клятв не давал. Как же он может быть посвящен кому бы то ни было, обязан какой-то службой?
Он повторил это вслух. Гормли замешкался с ответом, и тогда Трогвар услыхал голос мертвого мага:
Быть посвященным Великому Ракоту вовсе не значит быть обязанным ему какой-либо службой. Напротив, это Он обязался помогать тебе, что и делал очень долго. Он просто дает тебе силы делать то, что тебе свойственно идти собственным путем, ни перед кем не ползая на брюхе. Оживи Красный Замок, восстанови справедливость в Халланских землях — разве тебе не хочется этого сделать? Тем-то и отличается наш покровитель от всех прочих богов и Магов, что обожают давать своим ученикам труднейшие, смертельно опасные задания, мелочно подсчитывая все оказанные им ранее благодеяния, вплоть до отогнанной на привале мошкары!
Мне надо обдумать все как следует, — с трудом проговорил совсем сбившийся с толку Трогвар. — Об этих высоких материях мы, быть может, поговорим позже… А сейчас у меня есть еще один очень простой вопрос. Гормли, что стало с моим отцом? Куда делся он из твоего дома? Ты ведь уговаривал его уйти в Красный замок, не так ли? Если он отказался, то куда же он исчез?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
