ударила в спину. А они ударят, если поймут, что людей здесь по сути нет…
Охотники немного помолчали. Наконец Криг негромко спросил:
— Так может не стоит отпускать этого паладина?
— Может и не стоит… — пожал плечами Брал, а затем встряхнул головой. — Но не будет обострять отношения с Редалией ещё сильнее. Может быть выиграем чуть-чуть времени. Займись голубями!
Кригсон кивнул и снова скрылся в темноте. Брал наконец-то замер в одиночестве, со стены разглядывая поля, холмы и леса Брихольма, на которых не горело ни единого костерка, не светились окна крестьянских изб. Но скоро это изменится. В устье Солы снова войдут корабли и будут это боевые фоты северян. То же, что развернётся дальше… Брал не знал, желает ли он в этом участвовать. Но то, что это началось по его вине, он знал точно и не сказать чтобы сильно жалел.
Сказ тридцать седьмой
Убедить всех защитников Прорыва покинуть замок было не так-то просто. Несколько самых упертых Слуг, до последнего решивших выполнять приказ Криуса, даже пришлось оставить. Нашелся среди них и последователь Нюкаты, тут же поднявшийся на башню, чтобы передать лидеру весть о предательстве. Лира успокоила Люция, что это сообщение вряд ли достигнет адресата, если только Криус не повернул свой корабль обратно на север, что было очень маловероятно.
Но в целом инцидент был не слишком приятный. Каждый человек был на счету. Сколько еще Слуг встанет на его сторону, когда Люц достигнет юга?
Встряхнув головой, Люций отогнал не самые приятные мысли. Криус не так уж и важен, в целом его план удастся, даже если лидер останется жив.
Сейчас все последовавшие за ним Слуги столпились на холме за пределами города, куда их вывел подземный ход. До замка было не меньше пары верст, но даже отсюда Люц видел Охотников, идущих на приступ в сгущающееся темноте. Да и как их не заметить, когда над крохотной армией пылало несколько ярких солнц, созданных Чудесами? В целом, защитники были обречены, штурмующие уже втягивались в выбитые ворота старинного замка.
К замершему на вершине холма Люцию, подошла Лира. Чуть позади нее держались Зиг и Нера, не спешившие лезть в разговор.
— Может уже пора уходить, пока Охотники не начали прочесывать округу? — уточнила Лира, явно не слишком переживавшая об этом, судя по спокойному тону голоса.
— Ты этого не особо боишься? — усмехнулся Люц.
— Нет. Думаю, у тебя есть план.
— Есть. Для начала нужно дождаться, пока Охотники захлопнул Прорыв.
— Остальным это не понравиться, — заметила черноволосая. — Все ощутят, как тот закроется. Может подняться волнение. Да и… уверен, что сможет потом увести нас отсюда?
— Уверен, — коротко ответил Люций, не желая ничего объяснять. — Скажи, пускай начертят круг для нового Прорыва и расставят жертв. Остальное я сделаю сам.
Лира молча кивнула и отошла от старика. Потянулись долгие минуты ожидания. Отдаленные звуки боя, вой чудищ, всполохи Чудес изредка доносились до холма, но вскоре все стихло. Видимо сражение перешло внутрь замка. Можно было бы отправить кого-нибудь из Слуг Белиона, проследить за происходящим. Но Люцию было все равно.
За спиной старика и правда накалялось напряжение. Зиг, замерший позади каменной статуей, пока что отгонял самых трусливых, желающих лично пообщаться с Люцием, чтобы узнать планы, но на долго его не хватит. Особенно когда…
Додумать Люц не успел. Со стороны замка будто порывом ветра ударило. Волна рассеявшееся силы прокатилось прочь, обдав столпившихся на холме Слуг, которые прекрасно все почувствовали. Прорыв, который они должны были оберегать, только что захлопнули. Вздохнув, Люц развернулся, стараясь игнорировать первые испуганные и обеспокоенные шепотки и голоса:
— Прорыв закрыт!
— Почему мы ее здесь?
— И как теперь добраться на юг?!
— Какая уже разница… Не лучше ли просто уходить прочь?
— Что теперь делать, Люций! — наконец, кто-то обратилась к тому, кто все это заварил.
Люц понимал – еще немного и недовольная, взволнованная толпа накинется на него, виня в происходящем. И они был правы – именно Люций заварил всю эту кашу. А значит, медлить было нельзя.
Игнорируя вопросы, старик достал из карман камень, отколотый от обелиска, и замер перед магическим кругом, в ключевых точках которого сидели дрожащие пленники. Момент истины… Пользоваться духами Биаса, которых внутри его тела было еще несколько штук, он не собирался. Слишком это редкий ресурс, чтобы на него полагаться. «Если не сработает с камнем и жертвами, то…» – додумывать Люций побоялся. Потому что тогда он действительно виноват буквально во всем.
Тело старика пронзило сильнейшее напряжение, когда он начал накачивать силой магический круг. Пленники дрожали от боли и падали на землю один за другим, отдавая жизненную силу до последней капельки, но Люций не обращал на них ни малейшего внимания. Его напряженный взор глядел как будто бы сквозь пространство, мысленно старик был уже очень далеко от этого холма.
Наконец, воздух в центре круга задрожал, а затем его рассекла узкая щель свежего Прорыва, не больше пары саженей в высоту – слишком мало было жертв. Но большего Люцию было и не нужно. Победно улыбнувшись, уставший старик взглянул на столпившихся вокруг людей. В их глазах читалось удивление, страх, удивление и неверие и Люц прекрасно их понимал. Сейчас на севере не оставалось ни одного Прорыва, который мог бы «связать» их с далеким югом, но тем не менее свежий портал только что возник, прямо на их глазах. И для этого даже не потребовалось долгого ритуала, как тогда, в самом начале, когда в замке на Плачущей скале открылся первый северный Прорыв. Теперь все это было не нужно.
Шагнув к дрожащему порталу, которому явно не хватит сил для долгой стабильной работы, Люций как бы невзначай уточнил:
— Те, кто хочет добраться на юг в целости и сохранности – прошу за мной. Я проведу вас через Улас, можете мне довериться. Тем же, кто считает, что им куда проще будет выжить самостоятельно, могу лишь пожелать удачи. Скоро Охотники доберутся и до этого холма, они не могли не почувствовать новую «вспышку»…
— Не вижу причин здесь оставаться, — пожала плечами Лира, одной из первых шагая к Прорыву.
Люций лишь качнул головой. Он видел, что девушку страшила неизвестность по ту сторону портала, но она не струсила,
