происходит обмен автомобиля на телевизор, где они выступают в качестве посредствующего звена; во-вторых, единицей счета, поскольку цены как автомобиля, так и телевизора выражены в долларах (допустим, что цена автомобиля равна 1 000 долл., а цена телевизора – 200 долл., тогда первая относится ко второй как 5:1); в-третьих,
средством сохранения стоимости, потому что полученные вами от продажи автомобиля доллары сохраняют свою стоимость и дают вам возможность купить телевизор[790]. И хотя далее Л. Харрис неоднократно подчеркивает, что деньги представляют собой «общественный феномен», что они могут существовать лишь «в рамках определенных общественных и хозяйственных отношений», а также указывает на наличие обмена, разделения труда и частной собственности, как необходимых условий возникновения денег,[791] тем не менее, этот феномен остается не раскрытым.
Подобный (функциональный) подход к трактовке денег широко представлен не только в монографической, но и в учебной литературе. При этом одни авторы выделяют три функции денег (средство обращения, мера стоимости, средство сбережения),[792] другие – четыре функции (средство обмена или средство платежа, единица счета, средство сохранения стоимости, мера отложенных платежей),[793] третьи – только две основные функции (средство обмена и средство платежа).[794] В целом, однако, такой подход имеет следующие серьезные недостатки:
– определение денег как особого экономического феномена сводится к плоской и бессодержательной тавтологии: «деньги – это то, что используется как деньги», «деньги – это то, что выполняет функцию денег», «деньги – это то, что делают деньги»;[795]
– абсолютизация какой-нибудь одной функции денег, выделение ее в качестве ключевой и решающей (например, средства обращения или единицы счета), которая противопоставляется другим функциям;
– отождествление таких функций денег, как меры стоимости и масштаба цен, с одной стороны, средства обращения и средства платежа, с другой.
Как видим, зарубежные экономисты предпочитают вообще не исследовать сущность современных денег, а потому ограничиваются лишь формулировками функций, которые они выполняют. В этой связи сами деньги рассматриваются преимущественно в трех взаимосвязанных аспектах: 1) как универсальное средство обмена; 2) как наиболее ликвидное средство, т. е. быстро реализуемое, способное быть обмененным на любые товары и услуги; 3) как декретное (законное) средство, установленное государством. Первый аспект тяготеет к определению денег, выдвинутому еще А. Смитом (напомним, по его мнению, деньги представляют собой общераспространенное и общепризнанное орудие обмена), второй – к определению денег, данному К. Менгером (напомним также, по его мнению, деньги – это такой товар, который обладает наибольшей способностью к сбыту), третий – как мы увидим ниже – к определению денег, предложенному немецким экономистом Г. Кнаппом.
§ 6 Немарксистские теории денег
История развития экономической науки свидетельствует о том, что ее представителями были разработаны различные теории денег. В обобщенном виде наиболее важными среди них являются следующие: металлическая, номиналистическая и количественная.
6.1. Металлическая теория денег
Как известно, функцию всеобщего эквивалента в процессе развития товарных отношений выполняли всевозможные товары. Однако с течением времени денежная форма стоимости прочно срастается с благородными металлами (золотом и серебром). Если исходить из этой внешней видимости и не проводить строгих различий между действительной сущностью денег и вещественной формой их бытия, то неизбежно возникает представление о том, что будто бы золото и серебро становятся деньгами в силу своих естественных свойств, по своей «металлической» природе. Такое представление превращается в непререкаемую догму, когда в качестве всеобщего эквивалента начинает функционировать только один металл – золото. Именно поэтому исторически первой и вместе с тем весьма примитивной теорией денег явилась металлическая теория.
Основоположниками данной теории были меркантилисты (У. Стаффорд, Т. Мэн, Ф. Галиани и др.). Как уже отмечалось, они сосредоточили свое внимание на исследовании сферы обращения, внешней торговли, торгового капитала, занимавшего господствующее положение в эпоху становления капиталистической экономики. Соответственно источниками богатства меркантилисты считали внешнюю торговлю, приносящую торговую прибыль, а также отрасли производства по добыче благородных металлов и экспортные отрасли, обеспечивающие активный торговый баланс. При этом само богатство отождествлялось с деньгами, а следовательно, и с благородными металлами. Характеризуя суть меркантилистской доктрины, А. Смит писал: «Поскольку … утвердились (в этой доктрине – Н.С.) два основных положения, что богатство состоит из золота и серебра и что эти металлы могут притекать в страну, не обладающую рудниками, только в результате благоприятного торгового баланса или посредством вывоза на большую сумму, чем страна ввозит, главной задачей политической экономии неизбежно сделалось уменьшение, елико возможно, ввоза иностранных товаров для внутреннего потребления и увеличения, по возможности, вывоза продуктов отечественной промышленности. И поэтому двумя главными ее средствами для обогащения страны явились ограничения ввоза и поощрение вывоза»[796].
Подобные политико-экономические взгляды отражали особенности эпохи первоначального накопления капитала, для которой было характерно сосредоточение денежного капитала в руках купцов, представлявших класс нарождающейся буржуазии. Последняя стремилась проводить такую экономическую политику (при поддержке государства), которая обеспечивала превышение экспорта товаров над их импортом, приток в страну благородных металлов, что позволяло иметь благоприятный торговый баланс, более надежный источник увеличения денежного капитала, богатства страны.
Незрелость капиталистического способа производства обусловила соответствующие теоретические представления о природе денег и выполняемых ими функциях. Отождествляя деньги с благородными металлами, меркантилисты впадали в денежный фетишизм, т. е. приписывали золоту и серебру свойства денег. В действительности же деньги – это не вещь как таковая, не золото и серебро сами по себе, а выраженное посредством вещи производственное отношение между людьми в товарном хозяйстве. Стало быть, золото и серебро не являются деньгами по своей природе. Эти благородные металлы становятся деньгами лишь в условиях товарного хозяйства. Сущность денег заключается не в их вещественной оболочке, не в том, что они – золото и серебро, а в том, что они выступают в качестве специфического товара, выполняющего роль всеобщего эквивалента.
Исходя из «металлической» природы денег, меркантилисты рассматривали лишь некоторые функции денег, для выполнения которых необходимы реальные (золотые и серебряные) деньги (мера стоимости, средство образования сокровищ, мировые деньги), игнорируя в то же время другие их функции (средство обращения и средство платежа). Поэтому меркантилисты отрицали правомерность существования неполноценных денег – знаков стоимости, прежде всего бумажных денег. Заметим, эту точку зрения развивали все представители металлической теории денег. Так, один из ее убежденных сторонников, немецкий экономист XIX века К. Книс, заявлял, что понятие «бумажные деньги» – это такая же бессмыслица, как и «бумажные булки». Но такое утверждение находится в полном противоречии с реальной действительностью, с фактом существования бумажных денег, которые успешно функционируют в сфере товарного обращения.
6.2. Номиналистическая теория денег
Как и металлическая теория денег, номиналистическая теория исходит из внешней
