давно уже не получающему содержания при наличии неустроенной семьи» было принято решение:
За неимением в распоряжении Архиерейского Синода денежных средств, просить Преосвященного Серафима управляющего русскими, православными общинами в Болгарии оказать какое-либо единовременное пособие из средств Епископского при нем Совета члену сего Совета прот. А. П. Рождественскому, если последний ничего не получает из Совета и действительно нуждается…[983]
В связи с прошением бывшего чиновника особых поручений при Обер-Прокуроре Св. Синода Тайного Советника Василия Михайловича Скворцова об оказании единовременной материальной помощи по случаю исполнения 40-летия его службы Синод постановил:
За неимением в распоряжении Архиерейского Синода денежных средств, из коих могло бы быть выдано В. М. Скворцову пособие, просьбу его о пособии передать на усмотрение предстоящего Собора Архиереев Русской Православной Церкви заграницей. В виду же неимения у Скворцова в данное время заработка, просить Архиерейский Синод Сербской Православной Церкви об устройстве его в одном их монастырей[984].
Дела о награждениях
Еще одну часть составляют прошения о награждениях и поощрениях священнослужителей и мирян, и просьбы об освобождении от положенных за это пошлин. За 1922 год было рассмотрено 21 такое дело: в номерах 16, 23, 24 по два, в № 15 и 20 – по три, в № 26 – четыре, а в № 22 – пять дел. К примеру, 1 (14) февраля было заслушано Представление Управляющего военным и морским духовенством Русской Армии Преосвященного епископа Вениамина по ходатайству иеромонаха Анатолия, исполнявшего пастырские обязанности во время войны с Германией на Салоникском фронте, о награждении его золотым наперсным крестом. Синод постановил:
Вопрос о награждении Иеромонаха Анатолия, состоящаго ныне на службе в Сербской Скоплянской епархии, отложить до возвращения в Россию[985].
Случалось, что ходатайства о награждениях отклонялись по причине краткости междунаградного срока[986]. Иллюстрацией этого может служить решение, вынесенное 15 (28) февраля на Отзыв Преосвященного Мелетия, епископа Забайкальского и Нерчинского, по вопросу о награждении протоиерея Константина Коронина палицей:
В Виду недавнего награждения протоиерея Коронина золотым наперсным крестом, представление его о награждении палицею отложить до истечения междунаградного срока. О чем Преосвященному Мелетию, Епископу Забайкальскому и Нерчинскому, послать указ[987].
Нельзя не упомянуть о циркулярном указе Высшего Русского Церковного Управления за границей, от 30 декабря 1921 г. – 12 января 1922 г. за № 143, предписывающем Управляющим русскими заграничными церквами и общинами и Управляющему военным и морским духовенством Русской армии: не представлять к награждению подведомственных священников и церковнослужителей ранее истечения 3 лет со времени получения им последней награды[988].
Духовенство награждалось правом ношения палицы[989], саном протоиерея[990], золотым наперсным крестом[991], преподаванием благословения Архиерейского Синода Русской Православной Церкви за границей с выдачей грамоты[992]. Награждение от лица Архиерейского Синода также выражалось в преподании благословения Архиерейского Синода с выдачей установленной грамоты[993] или без выдачи таковой[994], даровании права ношения палицы[995], золотым наперсным крестом[996], саном протоиерея[997], монашествующих – саном игумена[998], в преподании благословения Архиерейского Синода с выдачей Библии[999]. 2 (15) марта 1923 года было разрешено в качестве награды
выдать из ризницы Русской Духовной Миссии в Иерусалиме Архимандричий крест Греческому Архимандриту Марку, за его безмездные пастырские труды по Елеонской Монашеской Женской Общине во время войны[1000].
Миряне были удостаиваемы получения благословения Архиерейского Синода Русской Православной Церкви за границей с выдачей установленной грамоты[1001] или получения благословения Архиерейского Синода с выдачей Библии[1002]. За что же награждали мирян? К примеру, «за особо усердную и полезную деятельность по устроению и украшению храма»[1003].
Обращает на себя внимание в этом вопросе процессуальная строгость Синода, как и в случае с бракоразводными делами. Безусловно, такая позиция Архиерейского Синода в столь непростое время была полностью обоснованной и вызывает уважение. Иллюстрацией этому может служить рассмотренное 25 июля (7 августа) 1923 года «препровожденное при письме Преосвященного Серафима, епископа Дубенского, Управляющего русскими православными общинами в Болгарии прошение протоиерея Стефана Черного о награждении его палицей»:
Запросить отзыва Преосвященного Серафима, находит ли он достойным о. Черного награждения палицей. О чем Епископу Серафиму послать указ[1004].
А также «Рапорт состоявшего в военном ведомстве священника И. Власенкова, от 10 / 23 июля с. г. за № 39, на имя Преосвященного епископа Гермогена по вопросу о награждении наперсным крестом»:
По содержанию рапорта священника Власенкова запросить отзыва Вр. Управляющего военным и морским духовенством Русской армии Епископа Вениамина. О чем Преосвященному Вениамину послать указ, с препровождением прошения названного священника[1005].
Случалось, что Синод отклонял ходатайства о награждении. Так, в конце 1924 года был отклонен рапорт священника Федора Власенкова с просьбой о награждении золотым наперсным крестом на Георгиевской ленте[1006].
На заседании 23 ноября (6 декабря) 1923 года было рассмотрено Представление Высокопреосвященного Мефодия, архиепископа Харбинского и Маньчжурского, «с ходатайством об утверждении награждения им по ходатайству военных властей, священнослужителей Харбинской епархии протоиерея Александра Кочергина и священника Сергия Русанова, состоявших военными священниками и совершивших ледяной поход». Синод принял решение:
…Утвердить награждение… за отлично-усердную и ревностную службу Церкви Божией и труды, понесенные по обстоятельствам военного времени о. Кочергина саном протоиерея и о. Русанова золотым наперсным крестом, первого со дня возведения в сан протоиерея, а второго со дня возложения на него наперсного креста[1007].
В январе 1924 года Настоятель Русской Православной Церкви в Буэнос-Айресе протопресвитер К. Изразцов выражал благодарность Синоду за оказанное ему внимание, выразившееся в награждении его саном протопресвитера[1008]. Летом 1924 года Архиерейский Синод удостоил преподания благословения с выдачей грамоты директора «Итальянского госпиталя в Салониках Mr. Jontonini, за все заботы о русских беженцах и безмездные труды по лечению их»[1009].
Во всех случаях награждение непременно сопровождалось «предложением взыскать с удостоенных и представить в Синод установленные по сему пожалованию взносы (циркулярный указ Высшего Русского Церковного Управления заграницей, от 18/31 августа 1921 года за № 50–54, объявленный в «Церковных Ведомостях» 1922 г. № 2, стр. 9.)»[1010] С награждаемых саном протоиерея и правом ношения палицы предлагалось взыскать и представить в Архиерейский Синод «установленный денежный взнос по пожалованию палицей и саном протоиерея (по 150 фр. фр. см. «Цер. Вед.» № 1 и 2 за 1922 г.)»[1011].
В начале 1930 года Архиерейский Синод имел
