мебель собирать, даже при необходимости ее оббивать! Умею!
Расколотилась пустотелая внушительная емкость кувшина с оглушающим грохотом, как бомба. Пар был выпущен. Так бесславно погибли сувениры из Конгоньаса. Кусочки были замечательно мелкие, а их внушительный звук слышали все переполошенные обитатели торгпредства. Это был первый и последний случай битья посуды в нашей семье, но действенный… Последняя покупка из мыльного камня знак зодиака “телец” – голова бычка на каменной цепи, до сих пор жив и находится у его хозяйки Алены.
Из Конгоньяса мы прямиком отправились в Белу-Оризонте и прибыли туда как раз к вечеру, чтобы полюбоваться необыкновенно красивым закатом.
В прекрасном городе Белу-Оризонте, годом рождения которого считается 1897 г., c конца XIX в. – новая столица штата Минас-Жерайс, мы хотели остановиться на ночлег. Этот город четвертый в стране по величине, более 1 200 000 человек населения. Что касается покупки вдруг забытых вещей, а именно костюма, то в стране третьего мира да с деньгами такие вопросы решаются просто. Там мы быстренько нашли нужный магазин и обновили гардероб мужа ко всеобщему миру и спокойствию.
В Belo Horisonte, в переводе “Красивый Горизонт, горизонт на самом деле удивительно красив, собственно удивительного отсутствие такового: колеблющееся, аморфное, плавно перетекающее друг в друга желто-розово-сиренево-голубоватое марево. Город вроде бы не имеет границ. Линия горизонта размыта и расплавляется во что-то серебристо-палевое, перламутровое, кажется, что город витает в воздухе, парит. Как раз мы и подъехали к видению такого чуда. Даже если посмотреть только на это, нужно было сделать остановку в одном из больших городов Бразилии, что мы и сделали.
Сам он построен довольно странно: квадраты, разделенные диагоналями. Следовательно, улицы пресекаются либо по 90 градусов, либо по 45. Город расположен у гор Минас-Жерайс (такое же и название штата), где добывают руду и железо для всей страны и на экспорт. В сувенирных лавках и магазинах очень много необыкновенно изящных сверкающих изделий из меди, как украшений, так и хозяйственных, таких знакомых тазов, чайников и кипятильников типа самовара. Подобные сувениры выставлены вдоль дороги перед городом и после него. Я всех насмешила ликующим дикарским воплем:
“Витя! Медная посуда!”.
Ошеломленный визгом супруги, Витя от неожиданности даже вильнул по шоссе автомашиной, не преминул напомнить мне, что такими несанкционированными орами я создаю аварийную ситуацию на дороге (как всегда прав!) и принципиально не остановился у коробейников полюбоваться так приглянувшимися мне изделиям из меди. Потом у нас в семье долго на какую-нибудь неожиданную и ненужную покупку кричали: “Ура, медная посуда!”.
Нас, конечно, заинтересовали не железные рудники, а больше вот это странное построение улиц и колышущееся прозрачное марево над городом, о необъяснимом явлении которого нам так много говорили сами бразильцы. Меня же лично очаровали не только переливающиеся неясные краски горизонта, но и, как островного туземца, блестящие чашки-плошки, тарелки-сковородки из начищенной сверкающей красной меди.
Плавающий и плавящийся оптический эффект у Белу-Оризонте, возможно, дают горы, тропическая жара и недалеко расположенное от города большое водохранилище Трес Мариас – получается большая разница температур и, как результат, возникающее миражное видение над горизонтом и вообще в воздухе. Здесь же находится крупнейшая гидростанция и поселочек с таким же названием, переводить которое не требуется.
Ночевали же мы недалеко от знаменитого Прекрасного Горизонта в небольшом городке Сети Лагоас, «семь озер». Собственно, увидели мы только одно большое озеро в центре города, т.к. приехали уже затемно. В гостинице были очень жесткие матрацы и проснулись мы рано, чтобы по пути посмотреть еще одну достопримечательность Груто де Макине. Это сталактитовая пещера, похожая на нашу Афонскую. Жарко, душно, много декадентских скульптур, в которых каждый видит, что ему подскажет воображение. Однако, чтобы воображение совсем не разгулялось, часть сросшихся известняков имеет названия: «целующиеся фрейлины, череп, старик с длиннющей бородой, чаша Алладина…» Перед входом в пещеру небольшой бассейн, куда посетители бросают монетки «на возвращение». Господи! Как убога человеческая мысль – везде одно и то же! Ну и мы бросили, причем Люка требовала бросить денег как можно больше – тогда уж наверняка еще приедем.
Путешествие в столицу проходило неспешно и с удовольствием. Компания была приятная, Шувановы тоже не спешили, т.к. все мы выехали с большим запасом времени.
Вместительная таверна-харчевня-мотель, та же бразильская чураскария, из толстых тесаных бревен у дороги обещала комплексный вкусный и обильный обед. Вот не вспомню никак его названия, но что-то этакое ковбойское, залихватское в нем определенно имелось. Примерно километра за полтора непосредственно до нее самой таверна настойчиво рекламировала свои достоинства, обещая немыслимые удовольствия. Каждым следующим слоганом она убеждала, уговаривала, умоляла, приказывала посетить именно их ресторан: у нас и только у нас настоящая пища “гаучос”, отличное обслуживание, мясные и вегетарианские блюда, различные закуски на любой вкус, желание клиента – закон, номера для отдыха, плата только за вход! Наконец, как последний аргумент: дети до десяти лет – бесплатно! Нашим детям, т.е. Аленке уже было чуть больше десяти, но все трое были девочки и за их посещение чудо-таверны хозяева денег не взяли.
А ресторан был действительно симпатичный и оригинальный. Оформлен стилизованно, на манер рубленых домов первопоселенцев- «гаучо»: стены, не доходящие до потолка с прорубленными окнами, мощные столбы-подпорки, на них крыша из толстого слоя тростника, висячие лампы-люстры из тележных колес. В довершение старинного дизайна в центре красовался огромный круговой камин с коваными решетками и пылающими чуть ли не целыми бревнами. Как самая привлекательная экзотическая вещь над ним была жаровня с вращающимся вертелом и половиной коровьей туши на нем. Столы и лавки тоже были под стать интерьеру, вроде бы нарочито грубо сколочены, но на самом деле очень удобные. В остальном: сервировка, обслуга, туалеты, электрические лампы на люстрах-колесах – все было современное.
Несколько сбоку стоял огромный стол, «шведский». На нем находилось несметное количество вареных, жареных, маринованных закусок, самые разные овощи и салаты. Фрукты и соки тоже были представлены в обильном ассортименте. Вообще в жарких странах очень увлекаются насыщенными терпкими маринадами. Маринуют в ядреном уксусе все: фрукты, овощи, ягоды. Понятие “квашеный” или “соленый” отсутствует, т.к. при существующей температуре продукт не заквасится, а просто испортится, скиснет – вот и заливают все нестерпимо крепким раствором уксуса. Когда я угощала местных гостей своей фирменной кулебякой с квашеной, именно с квашеной, капустой, все очень удивлялись, восторгались и просили добавки. Кстати, из всех маринадов мне пришлись по душе сладко-кислые огурчики. Именно «сладко»-кислые, а не наоборот – тогда было бы слишком кисло.
Вино в таверне тоже имелось в ассортименте, но предлагалось за
