горячим воздухом, и он полетит.
– Точно? – Иван представил себе этот процесс в уме.
– Ты совсем не интересуешься знаниями, которые хранятся в библиотеке. Любая обыкновенная вещь для человека из прошлого воспринимается тобой как повод сомневаться в её существовании.
– Зато я научился шить одежду и обувь из медвежьих шкур. Вон, полюбуйся, это я сам смастерил для своих пацанов, – не без гордости сообщил Иван, показывая на обувь близнецов.
Борис и Захар бегали по траве в белых сапожках с чёрным орнаментом на голенищах. Обувь выглядела ладной.
– Хм, поможешь мне сшить шар? – внезапно обратился Прометей к Ивану.
Тот даже опешил.
– Пожалуйста, Иван.
– Слушай, у меня не так много времени. Я сейчас на плотине работаю, за рыбой слежу.
– Давай, я подменю тебя на то время, – предложил Прометей, ища в глазах Ивана поддержку.
– А что сам?
– Руки кривые. Я пытался сшить, но у меня то стежок неровный, то ткань топорщится, а надо плотно, чтобы воздух не сквозил.
Ивану просьба друга польстила. А такой аргумент, как подмена на плотине и совсем пришёлся по душе. Не нравилось ему возиться в воде.
– Показывай, как сшивать, – словно делая одолжение, согласился Иван.
– Вот так, потом вот так, – Прометей сложил два куска, затем приставил третий.
До Ивана, наконец, дошло, что куски ткани, похожие на лепестки, при сшивании образуют шар.
– Смотри, острый край – это верхушка, а тупой – это низ, туда вставится обруч. Глянцевая сторона внутренняя. Понятно?
– Вроде. Снизу останется дыра, чтобы попадал горячий воздух, – догадался Иван.
– Молодец, именно так.
– Когда нужно?
– Хоть сейчас.
Иван взял в руки один кусок и с любопытством рассмотрел его.
– Это же не просто лён?
– Конечно, нет, это моё изобретение. Я спрессовал ткань и бумагу, чтобы уменьшить потерю горячего воздуха, ещё и пропитал тюленьим жиром, на случай дождя.
– Выдумывать ты всегда был горазд, Прометей, а вот руки у тебя, действительно, кривые.
– Согласен, и даже не обижаюсь. Значит, да?
– Куда от тебя денешься, сказочник. Инструмент есть, надо приноровиться к работе, – Иван по-хозяйски оглядел ткань, прикидывая в уме как удобнее с ней работать.
– Ты про иголки?
– Да, иголку и нить. Придётся частить, чтобы плотно было.
– Конечно, Иван, но особо не старайся, это же модель, – Прометею стало неловко, что друг согласился помочь ему в этом сомнительном предприятии.
Прометей подал грубую иглу и клубок суровой нити, тоже пропитанный жиром. Иван взял иглу двумя пальцами и рассмотрел её.
– Н-да, только мешки латать и сгодится, – Иван проверил пальцем остриё иглы.
– На кузне я не стал признаваться про шар, тоже сказал, что для мешков, вот и дали такую.
– Ладно, приглядывай за пацанами, а я попробую.
Прометей с готовностью кинулся к близнецам друга, пытающимся спрятать в карман пойманного лемминга. У одного из них из пальца капала кровь, но малыш словно не замечал её.
– Вам что отец сказал, осторожнее надо, – назидательно, но тихо произнёс Прометей, чтобы не отвлечь родителя близнецов от важной работы. – Давай руку сюда.
Прометей взял руку ребёнка с окровавленным пальцем в свою, вынул из кармана небольшой кожаный мешочек со спиртом, и полил на ранку. Мальчишка скривился, но промолчал.
– Молодец, крепкий, как папка, – похвалил он ребёнка.
Прометей перевязал ранку куском льняной ткани. Сын Ивана смотрел на то, как о нём заботятся, сморщив лоб.
– Готово! – довольно произнёс Прометей. – Теперь заживёт быстрее.
Близнецы на некоторое время забыли о лемминге, рассматривая перебинтованный палец.
– Я тоже такую хочу, – и второй брат захотел себе такую же повязку.
Прометей перебинтовал и ему здоровый палец. Близняшки, выставив пальцы как знамёна над головой, побежали к отцу, чтобы похвастаться.
– Смотли, папка, мне не больно.
– И мне не больно.
Иван отложил работу в сторону и сделал серьёзное выражение лица.
– Да вы уже большие, не плачете, скоро сами на охоту будете ходить.
– Да, – согласился Борис.
– И я буду ходить, – Захар притопнул ногой. – На медведя.
– Конечно, на медведя, только горшок с собой возьмём, чтобы было куда валить со страху.
Малыши не уловили иронии в голосе отца, развернулись и побежали играть дальше. Прометей, как наседка, кружился рядом, присматривая за детьми. Бывали случаи, когда осмелевшие совы пытались напасть на детей. Унести не получалось, но они ранили их острыми когтями. У посёлка сов не было, но на отшибе иногда бывали, словно чувствовали границу, отделяющую дикий мир от человеческой цивилизации. Прометей как раз занимался своими делами вдали от людских глаз, не желая лишнего обсуждения своих планов.
Ивану понадобилось три дня, чтобы сшить все куски ткани. Далее Прометей доделал его до рабочего состояния. Он вшил в основание шара деревянный обруч, накрыл шар сеткой с висящими концами верёвок, к которым прикрепил корзину. В корзину положил несколько мешков с песком.
– Хочу проверить грузоподъёмность шара, – объяснил он Ивану, для чего ему нужны мешки. – Я взвесил всё по отдельности и думаю, что через специальный расчёт смогу понять, как увеличение размеров шара повлияет на его грузоподъёмность.
Иван до момента начала опыта смотрел на эксперименты друга с некоторым недоверием. Как и многие в посёлке, он считал, что прежний успех Прометея сыграл с ним злую шутку, заставив его поверить в собственную исключительность, граничащую с лёгким помешательством. Не верил он в то, что воздух пригоден для перемещения, считая эту стихию слишком непредсказуемой.
Для накачки шара Прометей использовал горелку, заправленную спиртом. Прометей делал его из всего, что испортилось в хозяйстве. По большей части это был рис, за которым не углядели, иногда ягоды и даже фрукты. Никто особо не знал и потому не считал, что сжигать драгоценное топливо на разные эксперименты сущая глупость.
– Я растворил в спирте загустевший мазут с корабля, чтобы он не горел слишком быстро. Пламя стало жарче, а расход меньше. Для длительного путешествия топливо будет основным грузом.
– Да ты ещё и не взлетел, – не удержался от иронии Иван.
– Сомневаешься? – спокойно произнёс Прометей.
– Есть такое.
– Помоги лучше, – попросил Прометей, – держи кольцо, чтобы я мог направить в него тёплый воздух.
Прометей насосом поднял давление в горелке, поджёг кресалом промасленный факел и открыл вентиль. Мелкодисперсная струя мгновенно вспыхнула оранжевым пламенем. Прометей направил его в основание шара, ещё лежащего на боку. Иван отвернулся от бьющего в его сторону огня, хотя расстояние до пламени было больше метра.
Горячий воздух, направляемый внутрь, вызвал конвульсии внутри сшитой ткани. Шар приходил в себя, как откачанный утопленник, выплёвывающий в судорогах воду из лёгких. Тело шара росло и расправлялось на глазах. Иван не верил своим глазам, но подъёмная сила
