— Это всего лишь охотники! — шепнула она Элизабет.
— И что нам теперь делать?
— Просто сидеть тихо и ждать, пока они проедут.
Индейцы вернулись на поляну и вскочили верхом на лошадей. Джесси различила среди них Поканока. Он был, как всегда, полуголым, в замшевых штанах и мокасинах до колен, с украшенной перьями повязкой на лбу. С ним охотилось еще пятеро воинов. Каждый держал по несколько фазанов, сраженных бесшумными стрелами.
Охотники собирались возвращаться в стойбище. Они весело перекликались и хохотали, довольные своей добычей.
И тут Элизабет испуганно ойкнула. Джесси услышала негромкий шум. Она оглянулась и увидела, что в тех. самых кустах, что послужили им укрытием, затаилась гремучая змея, готовая вот-вот броситься. Наверное, сестры спугнули жуткую тварь у нее в гнезде.
— Проклятие! — вырвалось у Джесси, первым порывом которой было схватить сестру и кинуться наутек, подальше от змеиного жала… прямо под копыта индейских лошадей!
Когда Джесси набралась смелости и подняла глаза, то увидела, что кобыла Поканока стоит совсем рядом и просто чудом не размозжила ей голову тяжелыми копытами.
Индеец собрался соскочить наземь. Не в силах вытерпеть его злорадного оскала, пленница вскочила и кинулась наутек.
Она мгновенно позабыла про всех змей, ос и москитов и в ужасе неслась не разбирая дороги. Было слышно, как Поканок ломится за ней следом.
Джесси продолжала бежать, пока оставались силы, пока легкие не обожгло огнем. Она бежала до тех пор, пока ей не показалось, что она умрет от разрыва сердца, если сделает еще хоть один шаг. И все равно Джесси заставляла себя бежать.
Но индеец знал эти леса намного лучше и внезапно возник у нее на пути. Задыхаясь, жадно хватая ртом воздух, Джесси прижала руки к груди и отшатнулась. Поканок улыбнулся, оперся на поваленное дерево и ринулся па нее с такой силой, что мгновенно опрокинул навзничь.
Джесси завизжала и забилась, оказавшись внизу. Он навалился всей тяжестью, стараясь ухватить ее за руки. Ей удалось вырваться и расцарапать Поканоку щеку, и это лишь сильнее раззадорило дикаря. Он размахнулся и ударил так, что у Джесси потемнело в глазах. Он поднял руку для нового удара, и Джесси смятенно подумала, что это конец. Ей не хватит сил продолжать борьбу.
Но в следующее мгновение на плечи дикаря опустились могучие загорелые руки, которые отшвырнули его прочь, подальше от Джесси.
Джейми приходил в отчаяние и, хотя знал, что никогда не сдастся и не прекратит поисков, с каждым днем все меньше и меньше надеялся на удачу.
Джейми прочесал весь полуостров. Он заявился прямо в стойбище Опекапкаиока и вел себя так гордо и уверенно, что никто не посмел его остановить — как будто и не было недавней резни. Опеканканок поведал Джейми, что его жена и ее сестра находятся у Пована, но где именно — неизвестно никому. Джейми предлагалось отыскать их самому. Вождь не скрывал, с какими опасностями это связано. Да, это он, великий вождь, приказал устроить побоище. Он приказал вырезать всех белых — до единого, потому что его посетило видение. Бледнолицые будут все прибывать и прибывать из-за океана и не оставят индейцев в покое. Они сгонят их на самые скудные земли, а от великого союза Поухатана ничего не останется.
— Англичане должны уйти, мои люди это знают. И если они найдут а лесу тебя, Джеймс Камерон, то скорее всего убьют.
— Не забывай, Опеканканок, что моим учителем был сам Поухатан. И я не могу бросить свою жену. Это ты тоже знаешь. Мужчина должен защищать то, что ему принадлежит.
Опеканканок не стал спорить и даже снабдил Джейми припасами.
Но дни шли за днями, а Камерон так и не нашел стойбища Пована. Он наткнулся на кочующих индейцев племени чнкахомини, но они ничем не смогли ему помочь. Наконец не далее как прошлым днем Ветерок вывез своего хозяина к владениям старого, дряхлого знахаря, который посоветовал побывать в самой глухой части леса.
С этой минуты Джейми не покидал седла. Он сделал краткую передышку лишь в самый жаркий полуденный час, чтобы дать Ветерку напиться, а сам сидел у воды, машинально швыряя камешки в ручей. Опеканканок приказал вырезать всех до единого — мужчин и женщин. Правда, женщин обычно предпочитают брать в плен, но это не дает гарантии, что дикари не разгневаются на пленницу и не предадут ее жестокой смерти. А если она все еще жива…
Он успел выяснить, что Джесси с Элизабет захватил воин по имени Поканок. Пован старше его, он вождь племени, но Поканок — отважный и дерзкий, он может запросто потребовать назад свою добычу, если пожелает овладеть пленницами.
При одной мысли о Джесси в лапах этого дикаря у Джейми сводило судорогой все тело, а в сердце вспыхивала бешеная ярость. Она наверняка станет сопротивляться, и негодяй может изуродовать ее, взяв грубо, жестоко, как принято у этого племени. И если Джесси не угомонится, он будет бить и бить ее, пока не сломает окончательно или не забьет до смерти, что, впрочем, одно и то же.
От этих жутких мыслей Джейми буквально оцепенел, и ему стоило немалого труда заставить себя отправиться дальше. Сейчас не время предаваться горю. Сейчас надо сражаться — сражаться за Джесси и Элизабет.
Ему не остается ничего другого, как прикончить Поканока. Только так можно отомстить за то, что этот дикарь учинил над его домом, над его семьей. Он убил его экономку, похитил его жену…
И тут он услышал крик.
Поначалу он решил, что его подводит разыгравшееся воображение. Но крик зазвучал снова, теперь совсем близко, и Камерон вскочил, выхватив свой кинжал. Он оглянулся и услышал, как под чьими-то осторожными шагами шелестит листва. Джейми едва успел спрятаться, отступив в густую тень.
И тогда он увидел, как на укромную полянку вышел па-мунки. Он молча застыл, сверкая хищной злорадной улыбкой.
А потом появилась Джесси.
Джесси…
Совсем не такая, какой Джейми он запомнил.
Огромные глаза казались невероятно яркими на фоне легкого загара, покрывшего нежную кожу. На ней было надето индейское платье из мягкой замши — без рукавов, короткое, небрежно подвязанное на талин ремешком. Спутанные волосы развевались на бегу, она казалась такой же дикой и напуганной, как раненая лань, напоминая ее быстротой и изяществом движений. В тот же миг сердце Джейми зашлось от тоски, а губы зашептали ее имя.
Памупки с жутким хохотом выскочил из засады и набросился на Джесси, повалив наземь.
У Джейми от ярости потемнело в глазах. Ему казалось, что все вокруг залито теплой кровью, той кровью, которой дикари осквернили его дом. Само солнце вдруг стало алым от охватившей его ярости. Он засунул кинжал обратно в ножны и ринулся в бой, приготовившись голыми руками разорвать на куски негодяя, поднявшего руку на его жену. Однако юный воин не был ни слабаком, ни трусом. Поначалу внезапность атаки дала Джейми преимущество, и к тому же Камерон был закаленным бойцом. Он швырнул индейца оземь и набросился, молотя кулаками по ненавистной размалеванном роже. Но враг сумел извернуться и скинуть с себя бледнолицего.
