похвастался Роланд.
— Вот как… — задумчиво протянула аристократка, встав с его кровати и подойдя к окну.
Прямо перед ней на улице раскинулся цветущий дуб, тихо шелест листьями на ветру. Получается, Гюнтер как бы усыновил его? Интересно, он это сделал официально или же просто подыграл мальчику? Но зачем?
Она развернулась к ребёнку, который разлёгся на кровати и листал какой-то журнал.
— Скажи, пожалуйста, а твоя мама и тётя Катарина присутствовали в тот момент когда Гюнтер решил стать твоим папой? — спросила Мария, стараясь чтобы её голос звучал спокойно и равнодушно.
— Да, мы были все вместе! — кивнул Роланд без малейшего колебания.
— И… Как они отреагировали? — снова поинтересовалась она, подспудно уже подозревая какой ответ услышит.
Мальчик весело рассмеялся:
— Они очень обрадовались! Начали обниматься и целоваться как маленькие! — Он фыркнул, показывая как относится к таким телячьим нежностям. — А потом папа Гюнтер сказал что раз я его сын то они станут ему жёнами!
— Жёнами⁈ Он так и сказал? — ошеломлённо переспросила Мария, чувствуя как ревность или что-то похожее начинает терзать её душу. — Но это же невозможно! Может, ты что-то напутал? Нельзя жениться на двух женщинах сразу!
— Да, папа Гюнтер тоже так ответил… — согласился с ней Роланд. — Но сказал что мама и тётя Катарина красивые, он очень их любит и никогда не бросит! И они опять начали целоваться… — неодобрительно покачал головой мальчик.
Морально подавленная баронесса снова отвернулась к окну, прилагая все усилия чтобы сдержать непрошенные слёзы. Как он мог⁈ Предатель! Кобель! Развратник, пользующийся тем что на его внешность клюют зрелые женщины! Неужели ему мало самой Марии и её подруги Ребекки? А ведь есть ещё и Лаура! Не считая других дамочек которые так горячо провожали его на фронт на перроне вокзала Лертер. Получается, что все слова о любви, которые Гюнтер так щедро расточал ей, на самом деле ничего не значат? Простое сотрясение воздуха? Как же это унизительно, сознавать что она, гордая аристократка, вместе с подругой стала лишь ещё одной победой в длинном списке трофеев эсэсовца… Выходит, молодой и красивый оберштурмфюрер, один из личных охранников самого Гитлера, нагло врал ей в глаза? И, наверное, в душе усмехался, видя как она, дурочка, наивно верит ему… Такой же как и все мужчины, ему нужно только одно! Мария, вопреки своей воле, снова наступила на те же грабли что и в юности, а жизнь так ничему её не научила. Вот и получай, глупая дурочка!
Подсознание робко напомнило что Гюнтер, при всех своих открывшихся недостатках, всё равно спас её саму и дочерей, а значит, как минимум, он храбр и решителен… Возможно, она как-то неправильно поняла ситуацию?
Боже, да как ещё её можно понять⁉ Обман и измена налицо! О чём тут думать или сомневаться⁉
Не желая больше узнавать подробностей, от которых ей станет только хуже, баронесса скомкано попрощалась с мальчиком, взяла с него обещание ничего не рассказывать маме, и вышла из комнаты. Добравшись до гостиной, в которой расположились болтающие между собой Аннелиза и Катарина, Мария вежливо объяснила что у неё появились срочные дела и она больше не может отнимать время у них, тем более вечером, когда уже поздно. И, несмотря на их явственное удивление, попытки угостить чаем или кофе, аристократка вышла из дома, сумев ничем не показать что пребывание в этом особняке больше не доставляет ей никакого удовольствия.
— Домой! — приказала она срывающимся голосом, быстро села в автомобиль и закусила губу почти до крови.
Не плакать! Ни в коем случае нельзя показывать водителю что всегда собранная и спокойная хозяйка может разрыдаться у него на глазах как какая-то молодая, сопливая девчонка. Она аристократка и должна держать себя в руках, даже если сердце болит так что хочется вытащить его наружу! Мария не запомнила сколько времени заняло возвращение обратно, хоть и смотрела в окно пустым взглядом.
Очнулась лишь тогда когда водитель открыл ей дверь машины. Автоматически поблагодарив его, женщина быстрым шагом вошла в свою усадьбу и, на ходу отдав пальто подскочившей молодой горничной, направилась в свою спальню, желая остаться одна.
Но когда она уже входила внутрь своей роскошной опочивальни её заметила Ребекка, только что узнавшая о приезде лучшей подруги. Графиня, увидев баронессу, быстро подошла к ней и, улыбаясь, спросила:
— Где ты была, дорогая? Я уже… — она осеклась, вглядываясь в лицо Марии, её улыбка исчезла как будто стёртая тряпкой с доски. — Что случилось?
Бросив на кресло шляпку, перчатки и сумочку баронесса молча села на кровать и уставилась в стену, не в состоянии ничего сказать. Она чувствовала что ещё немного и выдержка изменит ей, слёзы польются из глаз и Мария разревётся как маленькая.
Ребекка, остро почувствовав состояние подруги, тут же присела рядом и обняла её, искательно заглянув в глаза:
— Милая, да не молчи же! Что случилось? На тебе лица нет!
Мария, кусая губы, пыталась сдерживать себя но боль, разочарование, горе были слишком сильны и она сдалась.
Лицо скривилось, из уголков глаз покатились две маленькие слезинки, она всхлипнула и… разревелась навзрыд.
Закрыв лицо руками баронесса упала на покрывало и зарыдала, чувствуя себя бесконечно несчастной, покинутой и одинокой.
Всполошенная подруга тут же прилегла рядом и крепко обняла, что-то успокоительно причитая и ласково поглаживая по голове.
Мария продолжала горько плакать, прижавшись к графине, мысленно снова поблагодарив Бога что у неё есть такая подруга рядом с которой можно быть самой собой а не носить маску гордой и невозмутимой аристократки. Ведь она тоже женщина, так же страдает, так же… любит.
…Минуты шли и Мария начала понемногу успокаиваться. Бурные слёзы вымыли из сердца первую горечь и разочарование. Оно по прежнему болело но уже можно было попытаться взять себя в руки. Что ж, это был очередной урок в жизни, горько признала баронесса. Нельзя доверять мужчинам в любви! Нельзя, даже если очень хочется и сердце поёт от счастья. Потому что потом оно же станет сжиматься от горя, как сейчас. Да и чем она думала когда строила свои воздушные замки⁈ Наперёд же знала что не сможет удержать его возле себя! Та же разница в возрасте, в положении… У неё три почти взрослые дочери, он ей самой в сыновья годится! Дура, какая же дура! Ну почему ей снова так захотелось обмануться, поверить в то что в жизни ещё возможна взаимная
