чтобы позорно не разреветься прямо здесь и сейчас, но Алекс внезапно шагнул ко мне и прижал к себе. Осторожно обхватив пальцами мой подбородок, он заставил смотреть ему в глаза.
– Ты ни в чем не виновата, – очень серьезно сказал он. – Единственный, кому следует просить прощения в этой ситуации – это я. Я очень виноват перед тобой, перед Клаудом, перед Лелушем и даже перед Богиней. С Латиэль я был, потому что Тенелов приставил ее следить за мной, а я не хотел раньше времени разрывать договор с ним. Умирать, так за что-то стоящее. Судя по тому, что Богиня еще на месте, у Тенелова ничего не вышло.
– Почему я забыла Клауда? – спросила с трудом, горло сдавило спазмом. – До Шантары помню, а потом как отрезало. И вспомнила буквально на днях, вспышкой.
– Пойдем, – Алекс слегка улыбнулся и взял меня за руку. – Та, что вернула меня к жизни, сможет ответить на все наши вопросы. В том числе, что стало с Тенеловом.
Прежде, чем я успела спросить, куда идти, если впереди лишь тьма, в шаге от нас прямо в воздухе начала разгораться алая искра, как будто кто-то невидимый сотворил огненный шар и удерживает его на ладони. Через миг искра разрослась до небольшой воронки, и вскоре перед нами светилось окно стихийного телепорта.
– Идем, – повторил эльф.
И, крепче стиснув его пальцы, я шагнула следом.
Глава 27
Шаксас Варр-Вардр
Солнце наполовину утонуло в воде залива, окрасив его расплавленным золотом, когда я заметил бывшую пленницу Шантары. Ветер разметал короткие пряди, и она шла вперед, то и дело откидывая со лба непослушную шевелюру. Эльфийка что-то бубнила под нос, но с такого расстояния ничего было не разобрать. Хотя, ухо даю на отсечение, она ругается. И чего пешком топает, спрашивается.
– Эй! – позвал я.
Эльфийка обернулась резко и всем корпусом, скимитар вылетел из ножен неуловимым росчерком, а в следующий миг в меня полетело заклятие. Увернуться или блокировать я не успел, тело в мгновение утратило гибкость и окаменело.
Ну, ушастая, за это твоя попа пострадает отдельно. Хотя тут я сам дурак. Кто же к нервным бабам подкрадывается, не ожидая от них нападения? Да с первой минуты было ясно, что она неадекватная.
Однако, вопреки моим ожиданиям, Кэдрин не спешила убегать. Приблизившись, она обошла меня по кругу, заставив понервничать, когда оказалась у меня за спиной.
– И чего тебе неймется, зеленомордый? – спросила, остановившись напротив меня. – Сам сказал, что я свободна и могу идти. Ваш командир передумал? Или это личное?
При этих словах губы ее искривились в усмешке, глаза опасно сощурились. Я с удовлетворением заметил, что заклятие начинает ослабевать, и на всякий случай начал плести свое, чтобы пустить его в ход, едва смогу шевельнуть хоть пальцем. Похоже, эльфийское чутье – не просто домыслы, потому что Кэдрин насторожилась и ощетинилась мечами.
Они тебе не помогут, милая. Не против меня.
Когда заклятие окончательно развеялось, мы оба были готовы, но я оказался быстрее. Не было никаких визуальных эффектов, лишь едва заметное движение пальцев и усилие воли, и невидимые путы сковали стройные эльфийские ножки. Я шагнул ей за спину, так что достать меня мечом или магией она могла, лишь встав на мостик. А ради такого зрелища можно и пострадать.
– Скотина зеленая! – похоже, больше всего ее беспокоит мой цвет. Хмыкнув, я перехватил ее руки и завел за спину от греха подальше. Чуть сжал запястья, но она лишь зашипела от боли, не выпустив при этом оружие. Что ж…
– Поверь, если бы не острая необходимость, я забыл бы о твоем существовании, – меньше всего мне нравится делать ей больно, но кто ж знал, что упрямая девчонка лучше позволит сломать ей руку, чем обезоружить. Выбора нет, и я придвинулся максимально близко, чтобы у нее не было возможности замахнуться для удара. – Рейн пропала. И я подозреваю, ты в курсе, где она и с кем.
– Рейн больше не ваша забота, – она дернулась, хлестнув меня по лицу волосами, и я невольно отпрянул, дав ей возможность высвободить руки. Хитрая бестия. К сожалению, мое заклятие тоже очень быстро развеялось, но я пришел сюда не драться, поэтому просто отступил.
– Возможно у вас, темных, нет такого понятия, как дружба, но я к этой мелочи ушастой успел привязаться, и если она собирается вляпаться в очередное… кхм… приключение, то я буду рядом и прикрою ее круглый зад.
Кэдрин выругалась, однако оружие опустила.
– От меня тебе что надо? – с явной злостью поинтересовалась она.
– Я знаю, что ты в курсе, где она. Из Шантары ее выкинули, поэтому ментальное общение невозможно. А мне позарез надо с ней поговорить.
Эльфийка кивнула, принимая такой ответ.
– Я знаю, где сейчас Рейн, и приведу тебя к ней. На этом, зеленый, наши пути разойдутся, – и добавила, направив один из клинков мне в грудь. – Но это не делает нас союзниками.
– Конечно, – согласился я. Мне бы только найти эту мелкую занозу и оттянуть как следует за уши. И чего, спрашивается, переживаю? От нее же проблемы только. Спать мешала, вечно куда-то вляпывалась, на мои увещевания только глазищами своими наивно хлопала и продолжала гнуть свое. Уверен, она прекрасно проживет и без Шантары. Хотя без Райвена вряд ли. Похоже, с ним у нее все по-настоящему и очень серьезно. А он пока даже и не в курсе, что, возможно, уже навсегда потерял свою половинку.
Удовлетворившись моим кивком, Кэдрин окончательно убрала оружие и направилась в сторону города.
– Рейн в Шаеноне с моим братом, – обернувшись, бросила она. – И вряд ли она теперь вернется в ваш клан.
– У меня нет цели вернуть ее обратно, – да и вряд ли Кхарр примет ее. – Только поговорить.
Не сказав больше ни слова, эльфийка продолжила путь. С одной стороны, Шаенон рядом и можно прогуляться. А с другой – телепортом всяко быстрее. Но судя по объему сумки и тому, с какой легкостью девчонка ее несет – накопителями там и не пахнет. И вряд ли ее имущество стало добычей Шантары, это ниже достоинства орков. Хотя, тут я могу говорить лишь за себя. Но ладно накопители, а фамильяр-то где? Язык чесался спросить об этом, но пятой точкой
