"Энрией" и думал, что если вашу маленькую подругу возложить на алтарь и убить особо мучительным для нее образом, это разрушит пятый замок темницы Никсы.
Мда. Скажи мне кто, что мою любимую кто-то хочет убить с особой жестокостью, и я бы уничтожил источник угрозы, особо даже не задумываясь. Пожалуй, Тенелову повезло, что он уже мертв, потому что на Райвена страшно смотреть. В его глазах явно читался приговор не только Тенелову, но всем приспешникам Артура Этиса.
– Когда началась заварушка с Шантарой, в Шаенон прибыло посольство от клана Черный Вран с требованием отдать им ключ к пророчеству, то есть Рейн. К счастью, тогда она уже не принадлежала Лексиану и была вне досягаемости Тенелова. – Кэдрин окинула нас настороженным взглядом, но Райвен молчал, упрямо поджав губы, и я тоже решил сперва дослушать до конца.
– Долгое время Тенелов готовился к массовому жертвоприношению. Он планировал уничтожить сразу несколько крупных кланов, в том числе и Шантару. Но не получив Рейн, он переключился на запасной план. Как известно, разрушить замок можно так же силой Древних, и он дождался появления носителя особой крови и пробудил в нем силу, однако что-то пошло не так. На момент жертвоприношения остатки нашего клана были в заточении и ждали смерти, но удар, который тщательно аккумулировался жрецами, был не такой силы, как планировалось, а сразу после этого Тенелов умер так же, как и его некроманты. Я не знаю фактов, потому что силовая волна прокатилась сквозь наши клетки, кого-то убивая, кого-то лишая сознания. Мне повезло, я после всего смогла очнуться.
Да, в подземелье Шантары. Удар, о котором она упомянула, волной прокатился от Шаенона до Драконьей Крепости, и не почувствовать его было сложно. Значит, Тенелов поставил на другую фигуру и просчитался. Что-то или кто-то его уничтожило.
По лицу Райвена сложно было что-то прочитать.
– Где сейчас Рейн? – поинтересовался он. – Почему я не могу с ней связаться?
– Она больше не в Шантаре, – как можно более спокойно ответил я. Уверен, Кхарр меня по головке не погладит, а скорее всего выпрет из клана вслед за мелкой. Я же обещал держать язык за зубами и не втягивать пернатого во все это. Но! Неужели Кхарр думает, что Райвен не заметит, что его подруга пропала из Драконьей Крепости и перестала отзываться? Да и к хаффу все. Если выбирать между кланом и карателем, то я, ни секунды не сомневаясь, выберу последнего.
– Как это произошло? – Райвен заметно побледнел.
– Как выяснилось, герцог Алькьярн жив. Насколько я понял из разговора с Кхарром, он предложил ей выбрать между прежним кланом и Шантарой. Вольно или нет, но выбор она сделала, причем не в нашу пользу.
Каратель вздохнул.
– Значит, выбор у нее был, – горько усмехнулся он. – Видимо, нет ничего, ради чего стоило бы распрощаться с прошлым и остаться в Шантаре.
Мне невыносимо захотелось отвесить ему оплеуху.
– Вот и спроси ее сам, – огрызнулся я. – Пусть в глаза скажет, что ушла добровольно, что не любит, что ты ей не нужен, а до этого не смей в ней сомневаться.
Думал, Райвен разразится гневной тирадой, но он весь как-то сник, опустил плечи, заляпанное кровью крыло повисло.
– А если и так? – спросил он, глядя в пол. – Если правда не нужен?
– Вот тогда и будешь переживать, – я хлопнул его по плечу, и обратился к Кэдрин. – Ты говорила, Рейн надо защищать, что мир на грани разрушения. Что это значит?
– Мы с братом любим и почитаем свою Богиню, но ни один из нас никогда не желал ее возвращения. Вы знаете, что она творила, будучи в заточении. Кровавые ливни, черная луна, чумной туман. Про драконов и полчища порожденных ею монстров уже молчу. Но если она освободится, весь мир утонет в крови. Она не оставит в живых ни своих врагов, ни союзников. Алекс защищал Рейн от Тенелова и был готов убить ее сам, лишь бы она не исполнила пророчество. Теперь же у него прямой приказ Никсы, и ослушаться он не может. Она вернула ему жизнь и пожелала видеть дитя с красными глазами. Он попросил меня защитить ее по дороге в Шаенон, но, видимо, она сама каким-то образом сообразила и переместилась в город до того, как я с ней встретилась. Сейчас они у Богини, и, боюсь, здесь мы уже ничего не можем сделать.
Я, кажется, запутался. Хотят или не хотят принести Рейн в жертву? Грозит ей опасность или не грозит? Что сделает с ней Черный Вран, если найдет? Вернется она из недр Скаландра, или не вернется? И что, мы так и будем сидеть в разгромленной таверне и ждать непонятно чего? Кажется, Райвен решил так же.
– Вы как хотите, а я отправляюсь за ней. Хоть к Богине, хоть к земляному дракону в зубы, какая теперь уже разница?
Я усмехнулся. Узнаю карателя. Пропустив его вперед, я вышел из таверны. На Шаенон опустилась ночь, и город как будто вымер. По стенам домов скользили неясные тени, в переулок, в котором мы оказались, практически не падал свет редких фонарей, но я вздохнул полной грудью посвежевший воздух и обернулся. Кэдрин, недовольно поджав губы, следовала за нами.
– Сначала в Бракор, – отозвалась она на вопросительный взгляд Райвена, когда он закончил выплетать каркас телепорта. – А оттуда к Скаландру. И да поможет нам Богиня, как бы нелепо это ни звучало.
Глава 29
Рейн Эльвин-Грим
Телепорт закружил нас в сияющем вихре, и я зажмурилась, оберегая чувствительные глаза. Тело как будто рассыпалось на мельчайшие песчинки, из-под ног исчезла опора, и все, что я чувствовала – мои пальцы, переплетенные с пальцами Алекса. Я держалась за него, как за якорь, изо всех сил надеясь, что бушующая стихия не разделит нас и не раскидает в разные стороны. Но метание огней вокруг постепенно улеглось, и на короткое время мы застыли в абсолютной темноте и тишине. И чего, спрашивается, испугалась? Первый раз в телепорте, что ли?
– Идем, – на этот раз эльф не тянул меня за собой, даже руку выпустил, но я послушно шагнула вперед, сойдя с гаснущего узора на полу. Его голос эхом отразился от стен, и я попыталась понять, где мы оказались. Постепенно тьма вокруг рассеялась, и стало видно, что мы
